Карающий орден (СИ)
Девушка блаженно зажмурилась, а по ее губам скользнула легкая, едва уловимая улыбка.
- Потому, Аш, я и не сказала тебе, кто ждет нас в этой избушке. Теперь понимаешь, почему?
- Думаю, да. Чият слишком дорога твоему сердцу, чтобы заранее раскрывать ее убежище подозрительному чужаку и бесчестному доносчику, - профессор невесело усмехнулся.
- Именно так. Но теперь самое страшное позади, верно? Мы оторвались от преследования, а, как только отдохнем, то сможем отправиться в горы и наконец покинуть эту негостеприимную страну.
- Твои слова бы да Залмару в уши...
Со двора послышался легкий стук - кто-то, предупреждая домочадцев о своем приходе, по привычке постучал по калитке. Через несколько секунд в сенях хлопнула входная дверь, и в комнату вошла тетушка, которая, судя по частому дыханию, очень торопилась прийти домой. Лантея, едва успев натянуть под рубаху брюки, скорее подхватила груженое лукошко и сброшенный Чият платок.
- Хорошо, что ты уже встала, мой свет, - сразу же зачастила Чият, вытирая тыльной стороной кисти вспотевший то ли от жары, то ли от скорого шага, лоб, - потому что я принесла дурные вести.
- Что такое? - нахмурившись, спросил Ашарх.
Немолодая хетай-ра опустилась на лавку у стены с небрежной элегантностью, несколько неуместной конкретно в этот напряженный момент, когда племянница и профессор не сводили с нее серьезные взгляды. Но, очевидно, некоторые свои привычки Чият была не в силах побороть.
- Весь Зинагар стоит на ушах. В город прибыло несколько отрядов двенадцатого ордена прямиком из столицы. Здесь чуть ли целый век уже не появлялись бордовые флаги Сынов, и народ в смятении - никто не знает, что псам Владыки понадобилось в таком захолустном месте.
- Зато мы знаем. Они пришли по нашему следу, - невнятно ругнувшись себе под нос, сказал Аш.
- Они пока не делали никаких объявлений. С самого утра ведут переговоры с градоправителем Кариусом, но по всему городу уже ходят их патрули, всматриваются прохожим в лица.
- Быстро ли они смогут выйти на наш дом? - с волнением прошептала Лантея, комкая в руках ткань своей рубахи. - Если горожане что-то запомнили, то времени у нас немного! Надо уходить!
- Не торопись! - повысила голос Чият. - Сейчас ситуация неоднозначная... Они могли прибыть в Зинагар по другому поводу. Угроза восстания - это весомая причина для приезда Сынов.
- Что ты имеешь в виду?
- Проблему с обездоленными погорельцами, конечно же.
- Исключено. От столицы ехать не меньше четырех суток. Даже если бы городские власти отправили запрос в Италан, то отряды ордена просто не успели бы прибыть так рано. Разница во времени слишком значительная, - разъяснил профессор.
- Хм. Да, это я не учла, - хмыкнула Чият, переплетая пальцы в замок. - Выходит, если они здесь действительно из-за вас, то это вчерашнее происшествие может сыграть нам на руку, поскольку орден обязательно им заинтересуется, и это их замедлит.
- Что случилось там вечером, после того как мы покинули город? - спросила Лантея.
- Кое-что мне удалось узнать. Вчера на главной площади Зинагара прошли столкновения между погорельцами из деревни и городской стражей. Старший жрец храма был так оскорблен всеми услышанными заявлениями, что приказал на месте казнить полдюжины селян.
- О, Эван'Лин!
- Остальных протестующих выбросили за городские стены. Им запрещено появляться в Зинагаре и даже посещать храм, так как они посмели усомниться в чистоте божьего служителя. Висельники все еще на площади и пробудут там три дня. Я своими глазами их видела. Жрец не смилостивился даже над ребенком... Мальчик с обожженными ногами висит в самом центре, а на его груди табличка "Вор и лжец". Боюсь, мой свет, это тот, о ком ты мне рассказывала...
- Витим!..
Лантея, кажется, совершенно перестала дышать. Лицо ее застыло фарфоровой маской, на которой запечатлелись отчаяние и неверие. Несколько ударов сердца она, не моргая, смотрела на стену, ни на чем не концентрируя взгляд, а после стремительно выскочила во двор, как была, босиком.
- Ох, как мне жаль, что все так вышло... - прошептала Чият и с сожалением посмотрела вслед племяннице.
- Оставьте ее, - посоветовал Аш, прислушиваясь к звукам с улицы - девушка явно убежала в осиновую рощу, окружавшую дом со всех сторон. - Она сейчас не захочет ни с кем говорить.
- Знаю, что не захочет. Поверьте мне, я знаю ее гораздо дольше, чем вы, профессор. И в такие моменты Лантея всегда предпочитает закрываться в себе и обращаться в мыслях к богине.
- Зря вы рассказали о мальчике. Она ведь, наверняка, до последнего надеялась, что все обойдется с ним. И тешила бы себя этой надеждой еще долгое время. Будь я на вашем месте, то ни за что не стал бы расстраивать Лантею.
- Но вы не на моем месте, - жестко подчеркнула Чият, поднимаясь с лавки. - Она потоскует, подумает и, в конце концов, придет в норму. Потрясения могут быть полезными, когда они несут с собой какой-то важный опыт для будущего. Впредь она будет понимать цену ответственности.
Неторопливо принявшись разбирать принесенное с рынка лукошко, заполненное продуктами и другими покупками, тетя выкладывала свертки на стол, пока в руках у нее не оказалась пара потрепанных мужских сапог с облупленной кожей на носах.
- Вот, держите. Они хоть и поношенные, но не худые, - сказала женщина и протянула Ашарху обувь.
- Это мне?
- Ну, а кому же еще! Вы же без сапог, а у меня дома только лапти, да драные валенки. А в горы без обувки идти - это без ног остаться можно, по камням-то лазать, - произнесла немолодая хетай-ра и сунула покупку в руки нерешительного профессора.