Карающий орден (СИ)
- Очевидно потому, что в пустынях для меня не было места. Не будем об этом.
Чият собрала со стола все крошки до последней, стряхнув их в ладонь, и выбросила в загнетку раскрытой печки. Обсуждение ее затворничества не подходило для непринужденной беседы.
- Быть может, Лантея успела рассказать вам, что мы с ней заключили некую сделку, - мягко продолжил профессор, пальцами крепко обхватывая кружку.
- Да, она сообщила мне. Я не в восторге от всего этого - ни от сделки, ни от идеи племянницы.
- Опасаетесь, что я обману ее? - напрямую спросил Ашарх.
- Вы уже это сделали, - процедила тетя и бросила на собеседника недовольный взгляд исподлобья, - когда вынудили мою девочку заключить это соглашение и выманили у нее силой сведения о хетай-ра.
- Она тоже, знаете ли, не белая овечка, - парировал профессор и поморщился.
- Не спорю. Но эта сделка все же принесет гораздо больше бед как для вас обоих, так и для наших народов, пребывающих пока что в блаженном неведении. И это неведение, как сладкий сон, лучше бы было не прерывать как можно дольше.
- Так решила Лантея. Вы ведь и сами говорили, что уважаете ее выбор.
- К сожалению, она пока не понимает, что борется с бурным речным потоком. Как бы крепко на ногах она ни стояла, уверенная в своей правоте, но рано или поздно течение снесет ее. И Лантея не заметит это, даже когда непокорная стихия общественных суждений оттолкнет ее далеко от первоначальной цели, - со вздохом призналась Чият.
- Я не собираюсь ее переубеждать, - сразу же предупредил Ашарх. - Для меня эта сделка - предложение всей жизни, и я не стану отказываться от возможности посетить города мифического народа, даже если вы предполагаете, что замысел Лантеи не удастся.
- О! Я вижу вас насквозь, - фыркнула тетя и пренебрежительно прищурилась. - Вы один из тех, кто гонится только за собственной выгодой и готов ради этого пожертвовать даже судьбами целых стран.
- Не надо делать из меня какого-то беспринципного злодея. В конце концов, я просто помогаю вашей племяннице добиться ее целей, как и вы когда-то. Согласившись выучить ее и в одиночку отправить в столичную академию, вы вряд ли думали о том, что это может как-то навредить целым странам и народам, не так ли?
Женщина явно была не в восторге от подобных претензий. Она поднялась из-за стола и сжала губы в тонкую линию, совсем как любила делать ее племянница, когда с трудом сдерживала свой гнев. Но, судя по всему, Чият гораздо лучше владела собой, поскольку через несколько секунд лицо ее разгладилось, и на нем вновь появилась немного высокомерная и невозмутимая маска.
- Что ж, вы действительно человек неглупый, профессор. Но, даже услышав от меня это признание, не рассчитывайте на то, что я поддерживаю племянницу в ее выборе! Лантее стоило быть осмотрительнее, когда она соглашалась на эту безмерно глупую сделку!
- У нее не было выбора. От этого зависела ее жизнь и безопасность.
- Ее жизнь и стала пристанищем опасностей, когда в ней появились вы.
В дальнем углу комнаты на лавке, стоявшей неподалеку от тетушкиной кровати, заворочалась Лантея, разбуженная громкими голосами. Собеседники мгновенно замолкли, не желая продолжать свою ссору при свидетелях, тем более что свидетелем оказался как раз обсуждаемый субъект. Однако девушка лишь перевернулась на другой бок и вновь предалась сну, не собираясь просыпаться. А вот гнев тети и профессора уже сошел на нет, и теперь они оба лишь старательно отводили глаза друг от друга, не желая продолжать свой разговор.
- Мне нужно сходить на рынок, купить вам кое-что в дорогу. Вы уж как-нибудь найдите себе занятие, эфенди профессор. Только дайте Лантее выспаться, - произнесла Чият с непроницаемым выражением лица, накидывая себе на плечи строгий темно-синий платок.
Она неторопливо причесала гребнем волосы, придирчиво выбрала самое целое лукошко из висевших на стенах и только после этого удалилась из дома, как можно тише закрыв входную дверь. Некоторое время Аш продолжал сидеть за столом, прислушиваясь с удалявшимся шагам Чият. Но они были такими легкими и осторожными, что профессор достаточно быстро потерял их в окружающем шуме - ветер играл ветвями деревьев и шумел листьями, а мягкая земля поглощала любые звуки. Либо же немолодая хетай-ра имела привычку всегда красться, как и ее племянница.
Редкое дыхание Лантеи с легким присвистом ввело Ашарха в приятную рассеянную задумчивость. Облокотившись на стол, он прикрыл глаза и сконцентрировался на одной фразе, оброненной Чият в разговоре. Хозяйка сказала, что ее племянница из пустынь Асвен "сбежала от чужого гнета". Неужели в родном доме у Лантеи все было настолько дурно, что она предпочла совершить рискованное путешествие через горы, лишь бы не оставаться там? А каковы были гарантии, что по возвращении девушку встретили бы радушно?
Профессор ощутил, как его желудок скрутило в тугой узел от плохих предчувствий. Ведь враждебный прием могли оказать и спутнику сбежавшей хетай-ра, являвшемуся еще и чужаком. К тому же, было совсем неясно, с кем Лантея находилась в напряженных отношениях - с родственниками, с законом, либо же с каким-нибудь отвергнутым женихом. Вариантов было достаточно, а негативных исходов еще больше.
И все это означало, что перед подъемом на хребет Ашарху необходимо было или вывести девушку на честный разговор, что, скорее всего, привело бы к серьезному конфликту, или же идти вслепую до самого конца, уповая на благоприятный исход. Последний вариант не устраивал самого преподавателя: на твердой земле у него еще был шанс разорвать сделку и повернуть обратно, но на зыбком песке пустынь такая возможность таяла на глазах. Чем больше Аш размышлял над условиями их с хетай-ра соглашения, тем более сомнительными они ему казались.
Чтобы как-нибудь отвлечься от навязчивого желания бросить все к гоблинской матери и сбежать из избушки, позабыв и о сделке, и о шансе побывать в городе хетай-ра, профессор принялся мерить шагами небольшую комнату. Ему нужно было сконцентрироваться на чем-то нейтральном, и книжная полка, висевшая над тетушкиной кроватью, пришлась как нельзя кстати. Аш замер перед скудным набором зачитанных фолиантов и принялся изучать корешки.