Скальпель судьбы (СИ)
Аня отрицательно мотнула головой и вдруг уткнулась лбом ему в грудь.
— Я испугалась.
— Чего, глупая?
— Что мальчишка умрёт. — Анна подняла на него свои невозможные глаза и тихо прошептала: — Спасибо тебе… вам, Игорь Александрович, — и сжалась в его руках, пытаясь высвободиться из мужских объятий. Шанин хмыкнул и крепко прижал её к себе.
— Глупенькая ты моя, глупенькая. Ну как он мог умереть, если его спасала ты, а? Такая сильная, смелая, правда дурочка дурочкой.
Она распахнула зелёные глазищи, открыла рот да так и замерла, с негодованием глядя ему в лицо. Шанин положил ладонь ей на губы и склонился к уху:
— Если ты ещё раз покажешь мне свой знаменитый жест, я тебя выпорю.
Анна закусила губу и уже виновато посмотрела на него. Шанин вопросительно поднял бровь. Она игриво скривилась и согласно кивнула.
— А пороть ты меня будешь где? На общей конференции или…
— Или… — он наклонился, прищурил глаза и внимательно посмотрел в её виноватое лицо с закушенной губой, пригладил рыжие волосы, в беспорядке торчащие в разные стороны. Потом глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду, и поцеловал. Она вцепилась в крепкие плечи, подтягиваясь к его лицу на носочках, отдаваясь поцелую со всеми невысказанными и непонятными ей самой чувствами, своей дремлющей нежностью и любовью.
Сквозь гул в голове Игорь услышал, как машины «скорой помощи» умчались в город, сверкая сигнальными огнями и ревя сиреной, мимо них медленно поползли стоявшие в пробке автомобили, изредка сигналя им, а они стояли посреди этого шума и гама и от души целовались.
Анна первой оторвалась от него и тихо спросила:
— Почему ты так и не приехал? Я так ждала, когда же ты появишься у нас, даже платье вытащила. А ты? — и она топнула ногой.
— Я приеду, Анют, теперь точно приеду, потому что твои родители должны знать, что я тебя у них украду. А теперь езжай! У тебя первая пара скоро начинается, а до универа ещё далековато.
— Я сегодня не дежурю, ты приедешь?
— Приеду, обещаю, Анют. Давай. — И он развернул её и легко шлёпнул по тугой попке, обтянутой кожаными брюками.
Анна не торопясь надела курточку и шлем, заправила под него огненные волосы, оглянулась и медленно вытянула в его сторону руку с поднятым вверх большим пальцем, а потом рванула по шоссе, оставляя его возле машины, смеющегося и счастливого.
______________________________________________________________
*БСМП — больница скорой медицинской помощи.
Часть 5
Десять лет назад. Анна
Шанин подошёл к калитке и поднял руку. Надо позвонить, дождаться хриплого «слушаю вас» и просто сказать: «Это я, Виктор Степанович». И в ответ услышать заветные слова — «Сонечка, Игорь пришёл, накрывай на стол».
Как давно это было… Будут ли они? И эти слова, и эти встречи, и радость от общения с умными, добрыми людьми.
Он вздёрнул голову и нажал на кнопку звонка. Послышался долгий переливающийся звук, затем щелчок, и чей-то чужой голос коротко спросил:
— Кто?
Игорь наморщил лоб, пытаясь вспомнить человека, что говорил так отрывисто и жёстко, но потом мотнул головой и тихо проговорил:
— Это Шанин Игорь Александрович, мне необходимо встретиться с профессором Золотарёвым.
Его невидимый собеседник помолчал, а затем Игорь услыхал:
— Вам назначено?
— Назначено? — озадаченно повторил Шанин. — Нет, я…
— В таком случае, профессор не может вас принять, — и наступила тишина.
Уж лучше бы на него наорали, да даже ударили, чем вот так спокойно вышвырнуть из жизни когда-то любимого учителя. Игорь криво усмехнулся и резко повернулся, чтобы уйти. Он быстро шёл вдоль витого забора, оплетённого диким виноградом, и старался не смотреть в блестящие окна, в которых отражалось заходящее майское солнце. Игорь так крепко задумался, потому не сразу понял, что его зовут.
— Игорь Александрович! Игорь, остановись! Ты куда? Ты же обещал!
Его резко дёрнули за рукав. Перед ним стояла Анна и с укором смотрела в лицо.
— Ты же обещал, — тихо закончила она.
Шанин через силу улыбнулся и пожал плечами:
— Но меня не впустили в дом, Анюта.
— Кто? — вдруг прошипела Голубовская, опасно прищурившись. — Опять этот говнюк командует в нашем доме? Ну ничего! Сейчас я выдам всё, что накопилось за эти несколько лет.
— Аня, о чём ты?
— Вот тут ты прав на все сто! Именно «о чём», потому что этот мерзкопакостный Муравин на звание «кто» не тянет!
— Муравин? Не помню такой фамилии.
Анна потянула его обратно к калитке, вскоре они вошли во двор и поднялись по высокой лестнице на террасу.
— Муравин! — закричала Анна, быстро расшнуровывая свои ботинки. — Вы почему не впустили хирурга Шанина? Я вас спрашиваю!
Игорь замешкался в прихожей, проведя рукой по поверхности старинного комода и оглядываясь вокруг.
— Я сам буду решать, кому открывать двери в этом доме, — услышал он в ответ на заданный вопрос.
— Вы здесь никто, чтобы решать подобные вопросы.
— Да, возможно, но я скоро могу стать здесь хозяином, а вот тебе как студентке не мешало бы принять тот факт, что если ты не поменяешь своё безобразное отношение ко мне и не согласишься на мои условия, то я сделаю всё, чтобы учиться тебе стало не так комфортно. Я давно тебе говорю, что от твоего поведения и покорности зависит о-о-очень многое, в том числе и благополучие твоей семьи.
— Я папе всё расскажу, — вдруг как-то потерянно ответила Аня, и Шанин понял, что он стал невольным свидетелем неприятного для Анюты разговора, совершенно не предназначавшегося для посторонних ушей. — Я расскажу ему не только о ваших гнусных предложениях и домогательствах, но и угрозах.
— И кто тебе поверит? Тебе, что известна своими безрассудными поступками? Может быть, ты думаешь, что поверят девчонке, что ушла из дома, чтобы доказать родителям свою мнимую самостоятельность, а сама между тем продолжает жить за их счёт? Ты посмотри на себя! Что ты такое без громких имён Золотарёва и Голубовской? Никто! И как студентка ты ноль, тебя терпят и ставят отличные оценки только за твою фамилию. И врач из тебя будет такой-же, нулевой!
— Можно подумать, что вы врач, — тихо, но твёрдо ответила Анна. — Вы тоже ничего не представляете из себя ни как врач, ни как преподаватель! Вас терпят только из-за имени моего отца, который имел несчастье стать вашим руководителем, иначе бы вас давно вышвырнули с кафедры, потому что вы… вы мерзавец! А хитрость и подлость — это не проявление ума, это ваша натура!
— Неизвестно когда меня по твоему желанию вышвырнут с кафедры, — мужчина громко рассмеялся, — зато я сегодня вышвырнул из этого дома вашего любимчика Шанина.
— Почему же? Я здесь. — Игорь зашёл в гостиную и протянул руку Анне. Она тут же шагнула к нему, обняла и уткнулась носом в плечо. — Я пришёл в этот дом к своему Учителю, а вы к его семье не имеете никакого отношения. Осталось выяснить последнюю деталь. Анют, а когда он появился у вас?
— Вскоре после твоего отъезда, он тогда на последнем курсе учился. Папе голову заморочил, ведь после тебя он не приглашал в дом других учеников. Я только потом поняла, что он как-то слишком быстро втёрся в доверие к папе. Этакий дрыщ в прыщах.
Шанин улыбнулся и прижал девушку крепче. Муравин усмехнулся и снисходительно оглядел их:
— Как бы там ни было, я ассистент кафедры, а вы как копались в человеческом дерьме, так и будете копаться. А после защиты моей кандидатской различие между нами в социальном статусе будет непреодолимым. Тогда и поговорим.
— Возможно ваш социальный статус и станет выше, — Игорь прижал Анну сильнее и вдохнул аромат её волос. — Только вот это не поможет вам стать порядочным человеком. И врачом тоже, а между тем Анна сегодня спасла две жизни, несмотря на невысокое ваше мнение о ней.