Стань моей свободой (СИ)

Сегодня единственное непрочитанное письмо в почте — от Алёны и лучше бы я его не видела. С другой стороны, размер дыры в бюджете после покупки дома на Гоголя я представляла ещё тогда. Смотрела на кирпичную кладку и большие окна и видела всю нерадостную перспективу. Алёна только усугубила, до копейки просчитав во что мне обойдётся камерная блажь.
Кредит? Да, но… это долбанное «но» становится постоянным моим спутником. И как бы можно заложить квартиру, но не хочется снова рисковать своим единственным жильём. Не хочется, но фото здания в Алёнином отчёте снова манит атмосферностью, словно шепчет: «Возьми. Я не подведу».
Или у меня просто едет крыша.
Поблагодарив Алёну в ответном письме, я со вздохом опираюсь локтями о стол, пряча лицо в ладонях. Что я имею? Отлаженный бизнес, жильё, машину, относительное здоровье. С чем мне надо разбираться? С папиной болезнью, со свадьбой и с тем, лгу я всё-таки Андрею или рассказываю всё как есть. И ухожу.
Отец приоритетнее, Андрей срочнее, а свадьба может и не состояться.
Прекрасный расклад, веселее у меня в жизни ещё не было! Мрачно постукивая пальцами по столу, я беру городской телефон и звоню вниз с просьбой позвать мне Аллу. Начну с простого.
— Звали, Алиса Константиновна?
— Садитесь, — я жестом указываю на гостевое кресло.
И Алла садится, в то время как мой взгляд скользит по уложенным в сложную причёску светлым волосам, по резким чертам лица и по идеальному тёмному костюму. Красивая, местами даже умная, но дальновидности ни на грош.
Хрен с ними, с завистью и неприязнью, всё-таки я плачу ей не за восторги своей персоной. Хуже всего то, что, возомнив себя умнее, Алла решила саботировать работу, а этого я не прощаю. Ни себе, ни другим.
— Что-то случилось? — И вот вопрос, она больше не скрывает неприязни из-за чего? Считает меня идиоткой? Или пытается на что-то спровоцировать?
— Почему вас вчера не было?
— Я отравилась, — она нагло врёт мне прямо в глаза.
— Чем?
Нет, правда, интересно чем таким можно травануться, чтобы на следующий день быть огурцом. Или Алла прикладывается к бутылке, а мы не в курсе?
— Маскарпоне, — меня не впечатляет её вежливая улыбка, — добавляла его в салат, а качество оказалось не на уровне.
— Какая жалость, — иронизирую я в ответ. — А подготовить подарки для «Спутника» что помешало? Насколько я помню, они были закуплены и привезены задолго до вчерашнего дня.
— Целесообразнее было хранить их в двух коробках, а не в тридцати отдельны пакетах. — Точно считает себя самой умной. — Рассортированные они могли растеряться по всему складу.
— А так потерялись обе коробки, — усмехаюсь я. Зазвонивший телефон отзывается вибрацией, но я сбрасываю вызов. — Алла, мне не нравится качество вашей работы. Постоянные задержки, больничные и, что хуже всего, невыполнение своих обязанностей. Это нервирует и меня, и персонал.
— Я выполняю обязанности, прописанные в трудовом договоре, в полном объёме, — выпрямляется Алла в кресле.
— Вы так считаете?
— Да.
Уверенность это, конечно, прекрасно, но не в случае со мной.
— Что же…
— Алиса Константиновна, — в кабинет без стука вырывается Оля, — там к вам пришли!
— Кто опять?! — рявкаю я, понимая, что, если это Ян, я прикопаю его под ближайшей клумбой.
— Налоговая.
Тишине, воцарившейся после этого, позавидовали бы и театральные подмостки.
— Кто? — тихо переспрашиваю я, краем глаза уловив мелькнувшее на лице Аллы злорадное выражение.
— Они внизу, — шёпотом отзывается Оля. — Как хорошо, что вы приехали, Алиса Константиновна!
Прикрыв глаза, я выдыхаю и разжимаю кулаки. Какая ещё, на хрен, налоговая?! Глубокий вдох, медленный выдох. Помнится, один психолог лет десять назад как раз советовал дышать на счёт, чтобы успокоиться и начать думать головой.
Жаль, что не помогает.
— Ну, я им скажу, что вы сейчас спуститесь, — наткнувшись на мой взгляд, тараторит Оля и исчезает, словно её и не было.
Не спеша я перевожу глаза на сидящую в кресле Аллу. Вальяжную, почти не скрывающую торжество. Это когда я успела её так достать?
 
— Вы хотели мне что-то сказать, Алиса Константиновна? — особенно выделяет она моё имя.
То ли я слепая, то ли Алла так хорошо маскировалась, но вот эту всю злорадную мерзость я увидела только сейчас. Из-за лишения премии так не ненавидят. Или я что, у неё когда-то мужика увела?
— Обязательно скажу, — оценивающе прищуриваюсь я, — попозже, а пока у нас с вами есть другие дела.
— Старший государственный налоговый инспектор Иванов Иван Петрович, — представляется хмурый подтянутый мужчина старше меня лет на десять. — Алиса Константиновна?
— Во плоти, — саркастически хмыкаю я.
Плевать, у меня нет обязанности их любить, тем более, что они явно не возвращать налоги мне пришли. Алла стоит за моим левым плечом, а покупатели любуются на неожиданное представление. Неудивительно, я бы тоже любовалась: на себя, в джинсах, футболке и кроссовках, на всю из себя Аллу и на двух мужчин в тёмно-зелёной форме. Очень узнаваемой.
— Старший государственный налоговый инспектор Поруханов Владимир Маркович, — продолжает тот, обязанность которого назвать сына Иваном. Классно же, ребёнку ни один документ заполнять не придётся — обойдётся шаблонами. — Ознакомьтесь, пожалуйста. — И, раскрыв кожаную папочку, тот самый почти шаблонный протягивает мне документ.
— Пройдёмте в мой кабинет, — отрицательно покачав головой, я разворачиваюсь и иду к выходу в подсобные помещения.
Прекрасно, мне только налоговой проверки не хватало! А в том, что это именно она, сомневаться не приходится. Как же, я ведь злостный неплательщик! С мизерными налогами, низкими зарплатами, никакой прибылью и постоянной перерегистрацией бизнеса!
Бесит!
И особенно то, что от этих хрен отвяжешься!
— Прошу. — Сев за стол, я жестом предлагаю налоговикам располагаться в двух, стоящих перед ним, креслах. Алла остаётся стоять у стеночки.
— Мы должны ознакомить вас с решением о проведение выездной налоговой проверки. — Шаблонный кладёт ту самую бумажку мне на стол.
— Что послужило поводом? — Мне хватает взгляда, чтобы выцепить оттуда самое важное — проверяемый период.
— Алиса Константиновна, это плановая проверка, — по-акульи улыбается шаблонный. Интересно, а зубы он себе сделал после скольких таких проверок? Потому что настолько белоснежного оттенка у нормальных людей не бывает.
— Как скажете, — усмехаюсь я.
Могу я отказать? Нет. Могу что-то изменить? Тоже нет. Хотя слова насчёт плановой — чушь. Если бы оно так и было, я бы знала об их визите, не зря же заприятельствовала с Аней из налоговой и Ириной из банка. Конфеты и кофе за эти пять лет окупились уже раз десять.
— Тогда прошу предоставить нам с коллегой рабочее место и ближайший час никуда не отлучаться.
Вот же… И уволить Аллу уже не получится, не до конца налоговой проверки, а она может и затянуться. Тем более, что этих гончих на меня натравили. Кто, зачем — не знаю, но попробую узнать.
— Конечно. — А шаблонный, по глазам видно, тот ещё волчара. Удивительно, что всё ещё в старших инспекторах — неугоден начальству или просто кайфует от тыканья других в их ошибки? — Алла, устрой инспекторов в своём кабинете, — мило улыбаюсь я, — там как раз два стола. Прошу вас проследовать за Аллой Фёдоровной. — За очень раздражённой моим решением Аллой Фёдоровной, но это уже исключительно её проблемы.
— Как скажете, — улыбается она сквозь зубы и послушно выходит из моего кабинета.
— Алиса Константиновна, нам нужно будет поговорить с вашим бухгалтером, — поднявшись, сообщает почти шаблонный.
— Алёна Алексеевна — приходящий сотрудник, но я сообщу ей о вашем намерении.
Кивнув, оба налоговика уходят, а я звоню Алёне.
  
Глава 21
 
— Привет, — тепло произносит Андрей, стоит мне взять трубку и одно это говорит о многом. — Как ты?