Сильная и независимая для котика (СИ)
— Падонок! Я тебя воспитывал, силы вкладывал, и так ты ответил мне? Ублюдок!
— Зря ты так о мальчике, Дуку, — осуждающе покачала головой Мурси. — Очень зря! Вилли или Кавот, не знаю, как ты хочешь, чтобы я тебя на самом деле называла, можешь больше не изображать очарованного кретина, а то и впрямь наставник мне уже выговоры выговаривает. Будто я не знаю, шо ты меня терпеть не можешь! Не убью я твоего папашу, обещала же. Будет честный суд. Люди захотят стать сопричастными к возмездию.
— Давно догадалась? — помрачнел и тут же изменился в лице Кавот. — Неужели я настолько бездарен и в самом деле?
— Не принимай на свой счёт. Обычная логика. Тебя посылали травить канцлеров, значит, считали, по меньшей мере, умным. И вдруг поверил, что я морганием свет выключаю? Но не могу не отметить, как быстро ты среагировал, сосчитав предателей в Инквизиции, и принял быстрое решение преобразиться.
— А задание с половцами — проверка на лояльность? Я же там не нужен был на самом деле? У меня тоже с логикой всё в порядке.
— Если бы сдал меня, тебя бы убили, — кивнула капитан. — Был у Теки и Самби такой приказ, признаю. Но я в тебе никогда не сомневалась! Недаром же Жовани мозги так долго утюжил. Именно из-за его пламенных речей ты и уверовал в моё могущество. А как увидел, количество поддерживающих такой Путь, так и принял решение, хотя бы жизнь отцу спасти. Всё верно?
— Да. С точностью до запятой. Так хоть преследовать не будете, не убьете впопыхах и из страха. Я не согласен с ним, с его идеями, но Дуку мой отец. Пусть плохенький, но я его не выбирал.
— Понимаю. Сама бы сделала тоже самое, будь у меня отец. Кстати! — капитан вновь переключилась на животрепещущую для неё тему. — Наставник, а у меня есть папа?
— Я понятия не имею, была ли Императрица беременна от кого или и впрямь Тёмная Материя вспомнила свой старый фокус.
— Но я точно из неё выползла? Без всякого?
— Выползла? — хохотнул Христов, прикрывая лицо руками. Сделал вид, что зачесались глаза, потом пальцами перешёл на собственные виски, круговыми движениями массируя лоб, и в итоге просто утёр лицо. Но скрыть стыда за собственную ученицу не получилось. Дуку с победной злобой глядел на него неотрывно. — Мила, о, Разум! Ну что за выражения? Выбирай слова!
— Так чё там? Из прям вон оттуда вылупилась?
— Если обязательно знать, то пуповину лично обрезал.
— Всё-таки не клон! — обрадовалась на миг Мурси, но паранойя взяла верх и капитан подозрительно сощурила глаза. — Или не договариваете?
— А ты думаешь, я бы ради созданной человеческой болванки мог на это всё пойти? На предательство наставника, на разрушение государственности СШГ, догм и парадигм Ордена, которому принадлежу сердцем целиком? — искренне недоумел Христов. — Мог бы рискнуть всем, включая совесть и честь, лишь бы спасти жизнь клону? Женского пола? В самом деле?
— Ну, было бы выгодно, то наверное, — повела плечиком Мурси.
— Зачем? Зачем мне всё это, Матильда?
— Ну, предположим, ради власти. Силы. Править единолично Галактикой. Может у вас аппетиты не хуже Пяпяки?
— Ради власти? — повторил Джес, будто не решаясь поверить в такое отступничество собственной ученицы. Будто Мурси только что его жестоко оскорбила. — У меня всё это было! Я мог только пожелать и грандмастер даровал бы мне абсолютное могущество, трон, власть над душами и Галактикой.
— Да, но сам бы грандмастер вами бы и повеливал! — возразил Морган. — Разве не для этого вы воспитали Мурси? Не для того, чтобы она помогла вам нейтрализовать кукловода, обрезать нити, управляющие вами? Сами же говорили, высокий канцлер, что она ваше орудие. Мотивация! Вы когда-нибудь про неё слышали?
— Ты вообще не лезь в разговоры держателей Силы! — окончательно рассердился на катара Христов. — Мила, ты не моё орудие, а орудие Разума Вселенского! Лично мною совсем не жажда к бремени правления двигала, неужели ты не поняла этого? Фальшь в своей жизни распознала, как только контроль мой ослаб, как только занят стал совсем иными делами, но до конца не раскрыла сути? Я разочарован. Истина где-то рядом, внемли ей.
— Я же говорил это с самого начала! — ядовито принялся изрыгать из себя Дуку. — Бабская подстилка! Только чуть с курвой провожался, так и сам стал такой же тряпкой! Посмотрите на него! Подкаблучник!;lakjyg,! Куколд!
— Это не отменяет двойных целей! — заходили ходуном желваки на лице Христова. — Я вас всегда уважал, наставник. Считал гением, передовым мыслителем. Просто новый мир ваш показался мне не достаточно справедливым ко всем живущим. Противоречащим нормам конвекции о правах живущих в Галактике. Лишенный гуманизма к слабым и убогим. Вы так долго вдалбливали мне в голову о порочных желаниях йонгеев, о том, какие жуткие мысли крутятся в разуме моей наречённой, какой страшный монстр даден мне на пестование, и в одночасье переплюнули свои фантазии в алчности и жестокости. И именно эта ложь, несоответствие рассказанного и увиденного посеяли в душе моей сомнения, заставили углубиться в смыслы, препарировать постулаты и рассмотреть каждое слово в них под микроскопом. Я не мог допустить ни смерти Матильды, ни прихода такого нового порядка. И теперь со спокойной совестью, зная, что вложил я в душу своей ученице, отдам ей власть над миром.
— Фуй, наставник! Так трындите, будто Шериф или Морган вас покусали! — фыркнула Мурси. — Или вы их покусали. Не слушайте этого старого маразматика. Он проиграл, вот и гадости раздает, шо ему ещё остается делать. Не оправдывайтесь. Вы сделали то, что должны были.
— А я проникся, — кивнул Кавот. — Примерно такое же и думал постоянно об отце, только никак сформулировать не мог. Вы и в самом деле один из мудрейших братьев Ордена, как о вас то и молвят в наших кругах, — и Кавот преклонил голову, выражая глубокое почтение.
— Ой, ну началось. Ладно, Вилли или как там тебя, — скривилась Мурси. — Я просто хотела сказать, шо ежели бы пришлось самой такой вопрос порешать, я бы тоже все силы приложила, согласилась бы на сделку хоть с исчадием бездны, хоть с совестью, сохрани это жизнь гипотетическому отцу! — капитан ещё немного подумала и добавила: — Да я ради своего наставника даже взамуж бы пошла или на эшафот!
— Тонко и смешно, — на этот раз Христов не сдержался. Не получилось у него изобразить равнодушие. Досадливая улыбка старательно пыталась искривить его губы, как только разум уловил всю иронию сказанного. — А теперь к делам насущным. То, что скрывает в голове грандмастер Дуку, опасно для каждого из нас. Кроме, как я заметил, катар. Мои рекомендации не оставлять его в живых. Простите, наставник, ничего личного. Но дело сугубо твоё, Матильда. Полагаюсь на разум.
— Можно, возымнуть на брате Изврате его же орудие, — предложил Шнобби.
— Отрубить голову, — посоветовал Ванно. — Но не до конца.
— Нет, мы не будем воплощать в жизнь ещё раз волновой резонатор чувств, — замельтешила руками Мурси. — Иначе мы все заколебаемся его охранять. Или нас он заколебает. В любом случае, такие колебания недопустимы.
— Это больше не теория? Дуку затеял практику? — вытянулось лицо у Моргана. — Вы были правы, сэр? Гений, я же так и говорил, вы гений! Только Лене ни слова, что я знал и промолчал…
— Тюкнем его по темечку? — порекомендовал Кавот. — Отец и забудет всё. Можно ещё использовать массовое стирание памяти. Не будем же мы, в самом деле, казнить всех, кто присутствовал сегодня на тайном собрании? Тогда и меня придётся убить, и Кондрата, и Шнобби. Всех! И себя в том числе.
— Кстати, стереть память и отдать вам в ученики — отличная месть, — расхохоталась Мурси и Джес впервые за всё время легонько её шокнул. — Ай, да пошутила я, пошутила!
— Я тоже, — безэмоционально ответил Христов. — Не забывайся, юная ученица.
— Подлец! — пробурчал Морган.
— Ну, вы там решили или как? У нас катастрофа огромнейших масштабов, — перебила всех по передатчику Лена. — Сина стёрли с лица Галактики. Гидроса, по-видимому, тоже. Надо что-то делать с бесноватой толпой.