Сильная и независимая для котика (СИ)
— Именно. Они вдвоём играют в метафорический пазл, а мы всего лишь метаионы на поле. Дуку понял, что это не просто гора и создал Моту, в ответ на ход Христова с моим побегом. А потом… — Мурси не договорила. Морган достал бластер и одним выстрелом срезал мешающий пласт. — Ой, Варкусу больно, — ухватилась она крепко за его руку с оружием. — Наконец слышу!
— Что? Что он говорит?
— Ругается, — прошептала Мурси и воззрилась на «отрытое» сокровище.
Это была капсула, похожая на медицинскую, с треснувшим, некогда прозрачным верхним покрытием. Из неё выходило множество манипуляторов, шлангов, ветхих оборванных проводов и кривых пластиковых труб, утопающих в плоти горы. Почерневшая от времени и непригодных условий табличка внизу основания гласила: «Образец 3».
— Что это? — шёпотом спросил Морган.
— Мне в детстве говорили, что отыскали меня в искусственном коконе, возле умершей Императрицы. Что я её последний клон, удачный эксперимент, — голос Мурси сделался совсем тихим и безжизненным. — Видимо, мы откопали место моего рождения. Что ж, это — истина и нужно просто смириться. Принять как данность. Я не настоящая.
— Вот ещё, сэр! — возразил Морган. Он физически ощутил, как и у нянни рухнул мир перед глазами. С находкой умерла её последняя надежда. Он крепко сжал Мурси за руку. — Хотите, я вас ущипну? Может быть, всё враки? Посмотрите, у капсулы же явно выломана электронная начинка. Она нерабочая!
— Мы не дошли, — равнодушно произнесла Мурси и потянула за собой Моргана. — Сюда, Варкус зовёт.
Капитан откинула ещё один свисающий с потолка пласт материи и вошла в следующую полую залу, чтобы тут же замереть как вкопанная. Морган врезался ей в спину, поднял глаза и тоже остолбенел. Он безотчётно обхватил нянни за талию, прижимая к себе, готовый в любой момент сорваться и побежать. На него смотрело два гигантских человеческих глаза. В гладкой стене прорезался рот с белыми зубами, похожими на сталагмиты, и воздух затрясся:
— Гы. Привет, ненаглядная!
— Лорд Варкус, — прошептала обомлевшая Мурси, вжимаясь в Моргана.
— Наконец-то я умер! Как же радостно, что по ту сторону жизни меня встречаешь ты и Арик! Вот и свиделись. Как долго я ждал этого момента.
— Я — Морик! — взбунтовался сразу же катар. — Морик Морган! Муся, вас так вечно путают?
— Говорите громче, я плохо слышу. Странно, почему в потустороннем мире проблемы со звуком? Мне мечталось, наши души встретятся в каком-то уютном местечке, а я опять смотрю на свой собственный зад. Но хоть на его фоне родные лица. Ну, рассказывайте, как поживаете?
— Лорд, я не Марго, нет!
— Всё же это был задний проход, — не к месту застонал Морган.
Мурси вырвалась из объятий катара, подошла ближе к исполинским безволосым глазам, сняла свою перчатку и приложила руку к поверхности, проводя «небывалое прикосновение». Губы горы поникли, веки наполовину закрылись, Варкус пробормотал какие-то ругательства и тише добавил:
— Да когда же я сдохну уже наконец!
— Очень хочется? — сочувственно поинтересовалась Мурси. — Я тебя понимаю как никто другой в этом мире.
— Я слышу тебя. Но ты хотя бы ходить можешь, а я…
— Постараюсь помочь, обещаю. Нанесу тебе сострадание, чем я хуже вакуйев?
— О, матерь Богов, ты связалась с этими монстрами? Дитя моё, кто довёл тебя до такой жизни?
— Она и довела. Не для этого ли вы меня с Императрицей и создали?
— Претензии не по адресу. Я сам в лёгком замешательстве от всей этой истории. Сколько лет думаю-думаю, как так получилось, а всё не найду уместного объяснения.
— Расскажите по порядку, — попросил Морган. — Мурсик сама найдёт объяснения, она знаете, вообще-то, гений. Правда-правда.
— А мне придётся не только по порядку, но и по очереди всем рассказывать. Там ещё кто-то из наших идёт.
— Это Лена, ты её должен помнить. Воспитанница Марго.
— Лена? Ещё жива? Как её Син-то не угробил, грязный мальчишка?
— Она неплохо маскируется. А сынуля ваш не слишком, по-моему, умён.
— С самого начала я был против такого расклада генов, но Маргаритка в эйфорическом восторге от собственной шедевральности пребывала и наплевала на предостережения. «Вот увидишь, этот сыночек будет самым умным и красивым». Выросло отродье. И главное, его же баловали, как могли, Сила в нём жила почти сродни Первородным, но мало, мало ему было. Власти хотел. Сдох, что ли?
— Увы. И он тоже нет. Сидит на троне в Империи.
— Тьпу ты, лучше б не просыпался, такие новости узнать. Как было сто лет назад, как было пятьдесят лет назад, тридцать — всё одно. Слушай, а ты не видела случайно, что у меня там в боку колет? Здесь животные поселились и гнёзда вьют?
— Э, нет, — мотнула головой Мурси. — Занозу загнал. Но мы уже вытаскиваем.
— Зачем? Может быть, у меня случилась бы гангрена и я бы помер сам собой.
— Ну не расстраивайся, я тебя укокошу, Лорд Варкус, — ласково пообещала Мурси, поглаживая гору по стене. — Честное слово.
— Спасибо, доброе дитя. Ты вся в мать пошла.
— О, Разум, что это такое? — крякнула появившаяся Лена. — Папа? Это ты?
— Привет-привет, названная доченька. Как поживаешь? Такая серьёзная стала, — рот искренне заулыбался. — Ну, поговори с папой, как положено.
— Варкус, — на глазах Лены заблестели слёзы, она тоже встала возле Мурси и так же приложила свою руку. — Я так надеялась, что у тебя не осталось разума.
— Признаться, мне кажется, я всё же сошёл с ума и вы мне просто видитесь, — гора хохотнула. — Другого объяснения я не нахожу.
— С этим я солидарен, — булькнул Гидрос. — Мне теперь тоже кажется, что я сошёл с ума. Мы все отравились воздухом и, как ты там Матильда говоришь, «поехали кукушечкой»?
— Матильда. Красивое имя, — расчертил рот дыру в стене. — Под стать, так сказать.
— Ты что, и впрямь Варкус? — наконец поверил в происходящее Гидрос. — Как тебя так угораздило, Лорд?
— Странно, откуда в моей фантазии говорящий неберианец? Не припомню такого.
— Это мой, — усмехнулась Мурси. — Из личных кошмаров. А теперь рассказывай, как всё было. Прошу тебя, с самого начала. Императрица, то есть Марго, послала уничтожить генетические лаборатории, а дальше что? Интересно жи.
— Уж послала, так послала. Без клона, говорит, не возвращайся, а с клоном и уничтоженной лабораторией возвращайся. Ну что-что, я взорвал родилище, разбил все капсулы, перетащил «образец номер 3» на борт корабля, а когда дело дошло до вместилища, где содержалась Тёмная Материя, так меня и раздуло.
— А где вы взяли эти все родилища-вместилища? — вмешался Гидрос.
— Да тут и нашли. Это уже после взрыва ничего на планете не осталось. Три раза волна обогнула её, прежде чем большая часть материи в меня влилась. Мы-то надеялись, что я успею удрать. Но взрыв зацепил спрятанные такие же лаборатории, те тоже взорвались, давая цепную реакцию. Электроника на корабле после возвратного импульса сразу отказала, а материи в меня вошло больше, чем мы вообще могли себе представить. Вот я на его месте и остался. Видели бы вы Немезис раньше! На ней такие смешные и чудаковатые постройки стояли, растения росли какие-никакие, мелкая живность бегала.
— То есть до вас тут жила цивилизация? — уточнил Гидрос. — Интересно.
— Да, жила и процветала, а потом, видимо, начались эксперименты с биологическим оружием, гонка вооружений. Локальный конфликт перерос в планетарный, который и погубил всех направленными ядерными ударами. Потом в запустенье, видимо, одна из лабораторий взорвалась и выпустила наружу скопившуюся Тёмную Материю. Она попыталась прижиться в насекомых, но те сдохли. Ну, а потом пришли мы с Маргариткой.
Гидрос хотел ещё что-то спросить, но Мурси подалась вперёд и успела первой:
— А я? Я? Как вы меня создали такую, похожую на настоящую? Играли с генами?
— Ты нашла родовую капсулу рядом с Маргариткой? Это вы меня полчаса назад солили за старую рану? Как не стыдно! Пришли в гости и причиняете неудобства! — гора вздохнула. — Ну, хоть убить обещаете, и на том спасибо.