Зов пустоты

Пора! Села в экипаж. Белый бульвар был одним из любимых мест для прогулок в столице. Он тянулся вдоль реки, а название свое получил из-за белой плитки, которой был вымощен. Здесь чаще всего прогуливалась знать, а у других сословий были свои любимые местечки. Сама я не помнила, когда была на Белом бульваре в последний раз. Во время учебы было некогда, с Анри мы гуляли зимой, а у речки всегда дул ветер, и мы выбирали другие места. По всему выходит, что уже лет пять я здесь не была. Матушка навязала мне в сопровождающие глупенькую служанку. Та озиралась по сторонам с суеверным ужасом, а я думала о том, как бы от нее отделаться. Но приличная девушка не может встречаться с мужчиной наедине.
Экипаж остановился. Я осторожно вышла из него и огляделась. В полдень река казалась залитой солнцем. На воде играли блики, делая ее изумрудно-бирюзовой. Вдалеке были видны прогулочные лодки. Красиво!
— Простите, что заставил ждать, — раздался голос у меня за спиной.
Я обернулась, чувствуя, как сердце ухнуло в пятки от страха. Магистр тьмы поклонился и улыбнулся.
— Кажется, к тому же я вас напугал.
— Да, вы очень тихо подошли, — призналась я.
— Тогда прошу извинить.
И магистр Кернер предложил мне руку.
— Я рад, что вы пришли, Полина, — сказал магистр. — Можно называть вас по имени?
— Можно, — кивнула я.
— И вы зовите меня Фернан. Мне будет приятно.
— Хорошо, Фернан.
Имя казалось чужим — как и этот мрачный, суровый мужчина, который по какой-то прихоти пригласил меня на прогулку. Я обернулась. Служанка, как и положено, следовала на пять шагов позади нас.
— Наверняка, вы спрашиваете себя, чем вызвано мое настойчивое желание видеть вас, — произнес Фернан. — И я готов дать вам ответ, но взамен на услугу.
— Какую же? — Я старалась оставаться спокойной.
— Прокатитесь со мной на лодке.
Он издевается? Это ощущение становилось все сильнее, но я только улыбнулась и кивнула:
— Как скажете, Фернан. С удовольствием.
Мы медленно спустились вдоль бульвара к лодочной станции. Другие парочки косились на нас с легким удивлением. Я бы тоже косилась, если бы передо мной вдруг явился магистр тьмы под руку с девушкой. Но, к счастью, мы недолго были развлечением для зевак. Следующую же лодку уступили нам. Фернан подал мне руку, помогая перебраться на шаткий борт, и усадил на скамейку, застеленную тканью. Сам же сел рядом, но не настолько близко, чтобы оскорбить. Лодка медленно двинулась по течению. Ею управляла магия, так что мы были вдвоем.
— Итак, вернемся к нашему разговору. — Фернан вглядывался в мое лицо так пристально, что становилось не по себе.
— Да. Вы обещали рассказать, почему желали видеть меня, — осторожно напомнила я, опасаясь даже взглянуть на Фернана.
— О, здесь все просто! Вы понравились мне.
Я почувствовала, что краснею.
— Если это шутка, то не очень удачная, — ответила тихо.
— Почему же шутка? — Магистр откровенно потешался. — Я крайне редко позволяю себе шутить, Полина. Тьма шуток не любит.
— На балу были десятки девушек. Почему я? — теперь уже спросила прямо.
— Я заметил, что у вас есть ко мне вопросы. Не удивляйтесь! — перебил он прежде, чем я успела спросить хоть что-то. — Видимо, вы не сталкивались с менталистами. Глядите, я уже раскрываю вам свою страшную тайну. Да, я — ментальный маг, Полли. Об этом мало кому известно, но считаю, что вы должны знать. А вы, увы или к счастью, не умеете защищаться от подобного типа магии. И мне стало любопытно, чем вызван такой жгучий интерес к моей персоне. Поделитесь?
Я молчала. Магистр же не собирался ждать.
— Хотите, я помогу вам, Полина? Ни для кого не секрет, что вы как-то связаны с делом Анри Вейрана.
— А может, это вы связаны с его делом? — ляпнула я и закрыла рот, но было уже поздно. Думала, магистр разозлится, но он только рассмеялся.
— Право слово, Полина, — проговорил он, когда приступ веселья утих. — Какой мне смысл избавляться от вашего жениха? Да и от Таймуса, если на то пошло? Вы хоть знаете особенности магии, которая защищает Гарандию? Нет? Так слушайте, раз невнимательно учились в коллеже. Стабильность магического фона страны обеспечивают три артефакта. Света, тьмы и пустоты. Все три были созданы после того, как умер последний король, и возникла необходимость в магистрах. Артефакты своевольны, особенно пустота. Уже сегодня к артефакту света выстроилась очередь из светлых магов, которые жаждут власти, но, готов поспорить, преемника Таймуса мы получим не скоро.
 
— Почему? — Я перестала понимать что-либо.
— Да потому что, Полина, гибель Таймуса была безвременной, его наследник, скорее всего, еще не вступил в полную магическую силу. Думаете, без магистра света нам с Эйлеаном достанется больше власти?
Что скрывать? Я действительно так и думала.
— Не тут-то было, — продолжал Фернан. — Нам это, наоборот, во вред. Пока одного магистра не хватает, наши собственные артефакты нестабильны. Пустота бунтует, Эйлеан бродит, как сыч. Тьма пока более-менее спокойна, но недовольна, что ее тревожат. Поэтому в наших интересах было, чтобы Таймус жил как можно дольше и скончался от естественных причин.
— Тогда кто? — спросила я, признавая, что магистр прав.
— А вот тут-то и начинается самое интересное! Никто, кроме Анри, сделать это не мог.
— Ложь!
Я подскочила, лодка опасно покачнулась, и Фернан едва успел перехватить меня раньше, чем я рухнула в воду.
— Постойте! — шикнул он, усаживая меня на скамью. — После заявлений вашего защитника я лично работал с зеркалами в башне света. Неприятное занятие, конечно, но действенное. Там нет источника темного заклинания, а только оно могло вызвать изморозь на зеркале. Там вообще нет тьмы.
— Маг мог быть светлым.
— Нет, Полли. Точнее, мог, но тогда он не должен был влиять на зеркала. Отсюда получается, что Анри врет. Врал.
— Нет. — Я упрямо качала головой, позабыв, где и с кем нахожусь. — Анри — не убийца.
— А кто тогда? Хотя я не чувствую на нем крови, это забавно. Но! Есть одно «но». Родовая сила Вейранов в башне все-таки присутствует. Если это был не Анри, это должен был быть его родственник по мужской линии, отец или брат.
— Глупости какие.
— Как хорошо вы знали семью своего жениха, Полина? — усмехнулся магистр. — Мне вот посчастливилось. А моему предшественнику так и вовсе. Что вы знаете о том, что отец Виктора Вейрана однажды пытался захватить артефакт тьмы?
— Ничего, — изумленно прошептала я.
— То-то же! Ничего.
— Об этом я и хотела спросить, — опустила голову. — Из-за чего не ладили Виктор Вейран и предыдущий магистр тьмы?
— Как водится, из-за женщины, — хохотнул Фернан. — Виктор никогда не был святым, уж поверьте. Нехорошо, конечно, осуждать мертвых, но, если бы завтра выяснилось, что пройдоха Вейран жив, я бы даже не удивился.
Он лжет. Он определенно лжет. Но почему? И в чем?
— Видите ли, Полли. — Теперь Фернан отвлеченно смотрел на воду. — Я, в отличие от многих, был учеником магистра тьмы, и только потом занял его место. Магистр Тейнер усыновил меня ребенком. Я считал его отцом. Поэтому прекрасно знаю, что он схлестнулся с графом Виктором. И — да, причиной тому была женщина. Давняя возлюбленная магистра Тейнера, которой он так и не смог сделать предложение в силу статуса. Боялся даже дышать на нее. А Виктор Вейран затащил эту леди в постель. Потом, конечно, нашлись и другие причины. Виктор схватил жену, старшего сына и спешно уехал. А ту женщину никто больше никогда не видел живой. Мой учитель ненавидел Вейранов, это верно. И пока он был жив, Виктор вел себя тише воды ниже травы.
 
Я не знала, что сказать. У меня не было повода верить Фернану. Он хотел очернить отца Анри? Но зачем? Мне надо подумать об этом спокойно, без эмоций, а пока что…
— Не верите? — сразу понял Фернан. — Право ваше. Вы — умная девушка, Полина. Заметьте, я не сказал ничего плохого о вашем женихе. Я не знал его. Близко не знал, так, видел пару раз. Младшего же и вовсе не видел. Кстати, вы, случайно, не знаете, куда подевался мальчишка?