Синдзи-кун и дорога домой (СИ)
— Аматэрасу… — вздыхает Читосе и кричит не своим голосом: — всем держаться! Разворачиваю носом к волне! На пол все, быстро!
— Да что… — я оборачиваюсь и вижу вздымающийся над морем огромный плазменный пузырь. АкиЮки или «Дыхание Феникса и Дракона».
— Нам конец. — говорит Хината и спокойно укладывается на пол: — было приятно вас всех знать. Читосе-сан, ты лучшая из этих оболтусов, надеюсь твое посмертие…
И тут грохот взрыва наконец настиг нас…
Глава 5
В голове гудит. Гудит вообще везде и все. Перед глазами все плывет и качается. Что-то кричит Читосе, но ее не слышно, она смешно открывает рот и машет рукой. Я встаю на ноги, пытаясь убедить себя что я не человек и человеческие реакции мне чужды, что мне даже дышать не надо и какого черта у меня все плывет перед глазами, если у меня и глаз нет, а просто имитация? Получается откровенно плохо, мой организм считает себя человеком и у меня что-то ноет внутри и тянет выблевать наружу свои внутренности. Сжимаю зубы и пытаюсь встать на ноги, но внезапно поднявшийся пол бьет меня прямо в лицо с зубодробительной мощью.
-… всем лежать! — кричит Читосе: — еще волны идут! — и как она умудряется стоять на ногах? Впрочем, ей тоже досталось, на ней нет ее капитанской фуражки, волосы разметаны по плечам, правая рука висит плетью. Ах, да, она успела пристегнуться к капитанскому креслу и не стоит, а наполовину сидит в нем, упираясь ногами в пол.
— Почему мы еще живы? — задает риторический вопрос Хикэру-Хината и поднимает голову. Я смотрю на нее и сдерживаю рвотные позывы, лежа на полу. Пол снова бьет в лицо, но на этот раз амплитуда удара небольшая и я просто стукаюсь головой о полированное дерево. Черт, так не пойдет. Моя кожа просто взрывается десятками тентаклей и с их помощью я надежно фиксирую себя в пространстве, умудряюсь даже принять вертикальное положение, напоминая самому себе паука с длинными ногами, засевшего в трубе, растопырив лапки во все стороны. Выметаюсь на палубу, помогая себе своими «ложноножками», цепляясь за каждый поручень или трубу по дороге. Одна мысль не дает мне покоя — если нас так встряхнуло, когда мы были на капитанском мостике, что же произошло с Иошико и Михо, с Майко, которые были на палубе? Перед глазами мелькают страшные картинки как девушки пропадают в бушующем море. Я вылетаю на палубу и едва сдерживаю облегченный вздох — все тут. Иошико лежит под шлюпкой, обнимая прижавшуюся к ней Михо, Майко скалит зубы, удерживая в руках ведьму со связанными за спиной руками. Видя меня Майко кивает головой дальше и я вижу там другую ведьму — опасно близко к борту. Мои щупальца тут же фиксируют Иошико и Михо, помогают Майко, и я уже сам — подтягиваю пленницу ближе. Она потеряла сознание.
— Че за нахер творится?! — кричит Майко, перекрикивая грохот волн и рокот грома на горизонте: — это же АкиЮки?! Какого хера?!
— Не знаю! — кричу в ответ, открывая дверь во внутренние помещения и перетаскивая туда всех, кто на палубе, борясь с качкой и солеными брызгами. Со стороны я, наверное, напоминаю паука, который тащит свою добычу в логово. Затаскиваю всех внутрь и закрываю дверь. Пришедшая в себя ведьма пучит на меня глаза и бормочет что-то невнятное. Наверное проклятья. Времени на перевод проклятий и общение у меня нет. Майко прислоняется к стене и сползает по ней вниз.
— Чуть не вышвырнуло нас с палубы — говорит она: — если бы не силовое поле…
— Силовое поле?
— В момент взрыва — яхту накрыло полем, какая-то прозрачная штуковина… на несколько мгновений стало темно, а потом — снова светло. Меня с палубы сорвало, но остановило в воздухе. — поясняет Майко: — а то бы унесло к черту.
— Ясно. — что же, технологии Золотого Города продолжают удивлять. И немного злить.
— Присмотри за ними тут. — говорю я и открываю дверь навстречу ветру и соленым брызгам.
— Ты куда? — кричит в спину Майко: — будь осторожнее там!
— Непременно! — формирую под ногами маленькие кровавые лужицы и левитирую их, поддерживая на весу. Как можно отталкиваться от того, чего нет? У Акиры — плазменные факела, там все понятно — принцип реактивной струи, Юки — всегда умела льдом управлять, но я словно барон Мюнхгаузен — не парю, не левитирую, а просто прикручен к пространству. Мои лужицы под ногами — привязаны к конкретному месту в магическом измерении, или откуда вся эта кровушка есть. И я просто перемещаю эту лужицу в этом измерении… перемещая магическое относительно него? Мысль об этом слишком масштабна, и я гоню ее в сторону. Вряд ли. Скорее всего там, в магическом измерении моя кровушка (или ее тентакль) — перемещается параллельно. Потому и скорость у меня не так чтобы очень. Я набираю высоту и лечу в сторону бушующей стихии — туда, где на месте АкиЮки — ревет смерч, где клубятся тучи, прорезаемые молниями.
Справа вырастает извилистая ветвь молнии, словно бы совсем рядом и оглушительный треск разряда через долю секунды с силой бьет по барабанным перепонкам. У меня же нет барабанных перепонок? Это тело все же слишком хорошо подражает человеческому — все те же реакции и те же слабости. Или я все же человек? Какая в общем разница, не до того сейчас.
Я врываюсь в бурю и меня сносит в сторону, я ничего не вижу и продолжаю свой путь, как говорят летчики «по приборам». Вокруг меня бушует буря, воет ветер, бьют разряды молний, я оглушен, ослеплен, но продолжаю лететь вперед, прибавляя ход. Мелькает мысль о том, что в таком бардаке я их не найду, что сто лет тут летать придется, что надо бы повернуть назад и подождать пока буря уймется, или спуститься ниже… но я отгоняю панические мысли. Вперед.
Вдруг буря прекращается, ветер и разряды — остаются позади. Я влетаю в то, что называют «глазом бури». Вокруг — на километры бушующая стихия, а посредине — островок тишины и спокойствия и даже солнце светит как-то по-особенному тепло и ярко. Янтарный свет проливается сверху, по склонам кучевых облаков, словно мед по зефирному торту… тишина и благодать. Выше, посредине этого оазиса спокойствия — в воздухе — висят напротив друг друга две фигуры. Юки и Акира. Прибавляю ход, поднимаясь к ним. Вокруг парят в воздухе обломки кораблей, мачты, шлюпки, какие-то непонятные предметы.
— Акира! Юки! — я поднимаюсь выше, но какая-то сила препятствует моему подъёму, мягко толкает меня назад, сопротивляясь.
POV Акира
Когда все началось — она еще сдерживалась. Она держала под контролем свой гнев, свою ярость, свою ненависть. Нельзя срываться на Майко, говорила она себе, Майко не виновата в случившемся, она просто … Майко. Нельзя срываться на друге, пусть даже таком бестолковом и притягивающем неприятности. Несколько резких слов — вот и все, что она себе позволила тогда и чуть позже.
Акира отдавала себе отчет в том, что она — опасна. Всегда была, а теперь и подавно. Совместные тренировки с Юки, работа над повышением своего потенциала, открытие новых граней своей способности, ощущение силы, пульсирующей под ее кожей, словно бы поскреби, чуть надави и вот она — сила, вырвется, полыхнет алым фениксом, сжигая все вокруг…
Она держалась. Даже там, в этом чертовом пыточном подвале научного комплекса — держалась. Сдерживала свою силу, чтобы не превратиться в бушующее пламя, потому что все еще хотела остаться человеком. Она — Акира. Нисимура Акира. У нее есть друзья. Есть семья. Есть враги. Есть любимый человек. Даже несколько. Она — больше чем просто пламя. У нее есть планы, у нее есть желания, у нее есть мечта. У нее есть месть. У пламени нет ничего, кроме мести.
Она все еще держалась. Мысль о том, что старый Джиро предал ее с потрохами — ела ее поедом изнутри, занимала ее ум, тревожила ее сердце. Снаружи она не показывала ничего, оставаясь такой же спокойной оболочкой самой себя, но внутри… она просыпалась ночами и поднимала лицо, залитое слезами вверх. Как ты мог — шептала она и слезы мгновенно высыхали у нее на лице, когда пламя заполняло ее изнутри, шепча и подталкивая ее к действиям.