Синдзи-кун и дорога домой (СИ)
Конец POV
— Они заходят на нас! — кричит Иошико, ее темные лезвия срываются с рук и летят вверх, навстречу атакующим, троица летящих на нас девушек в черных комбинезонах расходятся в стороны, уклоняясь от атаки, от них отделяются огненные шары и ударяют в мой щит, который я едва успел поднять. Пусть яхта и современная, просмоленного дерева на борту практически нет, но получить огненным шаром по палубе неохота. С палубы в воздух срывается Юки, у нее под ногами ее парящая ледышка, следом за ней — Акира, ударив вниз струей раскаленной плазмы и едва не спалив к чертям палубу.
— Да что ты будешь делать?! — говорю я, глядя как ситуация все больше выходит из-под контроля. Юки, едва оказавшись в воздухе — тут же отправляет одну из атакующих в полет по баллистической кривой — снеся ее ледяной глыбой вниз, Акира закручивает вокруг себя огненные хлысты и сбивает двух оставшихся. Они падают в волны и на месте их падения — расцветают оранжевые цветки спасательных плотиков.
Юки и Акира поднимаются выше, обмениваются взглядами и единым росчерком по небу — летят в сторону Флота Вторжения.
Я прижимаю полосу браслета, активируя мыслесвязь. Ответа нет. Понятно не могут ответить. Или не хотят. Эти двое слишком долго сдерживали себя, им почему-то нужно применять свою силу.
— Ну вот и конец флоту пришел. — говорит Майко, приложив руку ко лбу и разглядывая огненный след в небе, оставленный Акирой: — а я говорила…
— Человек за бортом! — кричит Читосе с капитанского мостика: — Иошико! Спускай шлюпку!
— Я не знаю, как, Читосе-нээсан! — кричит в ответ Иошико, беспомощно глядя наверх: — тут столько всего!
— Аа… черт! — ругается Читосе, а я окидываю взглядом водную гладь. На море — барахтаются двое, сбитые Акирой с небес. Той, которую снесла Юки — нигде не видать. У нападавших видно надутые спасательные не то жилеты, не то воротники, не то небольшие плотики, которые поддерживают их на плаву.
— Давайте я. — раздается вдруг голос. Тринадцатая в своей наглухо застегнутой рубашке — делает жест рукой. Поразительно знакомый жест и в воздухе возникает ледяной осколок. Парящий ледяной осколок, совсем как у Юки. Тринадцатая ловко вскакивает на него и … сваливается за борт. Подбежав к борту, я вижу, как она стремительно удаляется от яхты, заворачивая к ближайшему утопающему. Морской закон гласит что сперва человека надо спасти, вытащить из моря — любого человека. А уж потом вы можете его судить, казнить и делать что хотите, но вытащить вы его обязаны.
— Она криокинетик? — спрашивает у меня Майко.
— Без понятия. — признаюсь я: — но получается у нее хорошо. — Тринадцатая тем временем подлетает к тонущей и вытаскивает ее на осколок льда, продолжает путь к другой.
— Син! — кричит Читосе с капитанского мостика: — Акира и Юки не отвечают! Смотри, они сейчас весь флот потопят!
— Майко, Иошико — проследите, чтобы все в порядке тут было! — отдаю непонятную команду я, лишь бы что-то сказать, потому что события выходят из-под контроля, а показывать, что все идет в тартары — нельзя. Вскарабкиваюсь по лестнице вверх и залетаю в рубку. Читосе молча протягивает мне бинокль. Подношу его к глазам, успев заметить, что Хината-Хикэру и Чиеко стоят тут же и наблюдают за битвой.
В бинокль совершенно определенно видна постигшая флот катастрофа. Корабли горят, тонут, взрываются. Две маленькие фигурки мечутся над ними, их было бы не видно вовсе, но срывающиеся вниз огненные столбы и ледяные копья — обозначают их местоположение.
— Какая муха их укусила? — спрашиваю я вслух. Сам у себя, конечно, но ответ не заставляет себя ждать.
— Опьянение силой. — говорит Хината. Я опускаю бинокль и поворачиваюсь к ней. Ее плечи опустились, она вздыхает. В эту секунду я вдруг вижу перед собой не молоденькую певичку, айдола и кумира молодежи, а умудренную жизнью, уставшую от разочарований женщину.
— Они слишком любят свою силу. Обе. — говорит она, глядя вдаль, туда, где рокочет гром и раздаются взрывы, где прямо на воде — бушует пламя.
— Я видела такое. Много раз. Слишком сильные, слишком горячие, слишком любящие… они отринули срединный путь, пойдя путем крайностей. Если любовь — то до самой смерти, если ненависть — то до скрипа зубов. Красное — должно быть алым, весна — должна быть цветением.
— Ты говоришь про магический психоз? — спрашивает Читосе, сведя вместе брови: — что у них магопсихоз начался?
— Это сейчас стали называть такое модным словом. Магопсихоз. — Хината катает слово по языку, словно пробуя его на вкус: — дескать маг впадает в истерику и крушит все вокруг. Только это не истерика. Это опьянение силой. Ты становишься всемогущим. Тебе все легко, все по мановению пальца, все по плечу. И простые решения всех вопросов. Всех убить. Вот только остановится такой маг уже не может, его придется останавливать. Жаль.
— Как Акира и Юки могли… Акира такая рассудительная… а Юки уже лет сто будет…
— От возраста это не зависит, у нас у всех есть свои минуты слабости. Что же до вашей Акиры, то похоже, что в последнее время у нее было много стресса. — замечает Хината. Я вспоминаю недавние события. Да, уж, стресса у Акиры было выше крыши.
— И как это останавливать? — теория это прекрасно, но я за практику. Ладно, разнесут они к чертям флот — не жалко. Пусть хоть все тут пожгут, но сами-то как?
— Уничтожать. — пожимает плечами Хината: — на этом, кстати, Антимагия и поднялась, в свое время очень трудно было такие случаи купировать, приходилось ждать пока маг выдохнется… а у них как будто второе дыхание включалось каждый раз.
— Про Антимагию я помню — действительно, читал же что-то такое в свое время: — но их тут нет, это раз. А во-вторых — не дам я Акиру уничтожать. И Юки тоже. — я снова поднимаю бинокль к глазам, глядя как горят на горизонте корабли. Мелькает мысль, что может быть и делать ничего не надо будет, что разнеся все в хлам эти двое перебесятся и успокоятся. Снова прижимаю стальную полосу браслета и вызываю сперва Акиру, а потом Юки. Безрезультатно.
— Там это… — вваливается на мостик Майко: — Эри выловила двоих ведьм из моря. Уверяют что боевые. Что с ними делать-то?
— Два дня карцера. — машинально отвечаю я, глядя как вспухают огненные цветки взрывов на горизонте. Грохот доносится к нам только через несколько секунд, рокочущий гром.
— Есть два дня… так у нас карцера нет. — говорит Майко.
— Ну так придумай что-нибудь. — предлагаю ей я: — зачем тебе голова? Ты у нас умная, вот и придумай.
— Да запросто. — обижается Майко и топочет к выходу. Понимаю, что обиделась, но как-то не до нее пока.
— Ладно — принимаю решение я: — пойду я с ними на месте поговорю.
— Син! Ты же летаешь … не очень … — беспокоится за меня Читосе. Летаю я и правда не очень, так легко держаться в воздухе как Юки на своем парящем осколке или Акира со своими плазменными факелами из ступней — я не умею. Я умею делать островок крови под ногами и манипулировать им. Держаться на нем — я держусь, а вот маневрировать умею с трудом. Вернее — совсем не умею.
— Да я невысоко — спешу успокоить я ее: — а если что внизу вода же. Должен же кто-то за девчонками приглядеть, а у нас больше никто туда не пролетит.
— Тринадцатая оказывается умеет — слабо возражает мне Читосе, но она сама понимает, что отправлять туда Тринадцатую — это не решение. По многим причинам. Если у девчонок магопсихоз, то увидев ее они не только не остановятся, но могут распалиться еще больше.
— Если ничего не получится — я сама все сделаю. — тихо произносит Хината: — я … уже делала так.
— Нет, спасибо, Хината-чан — поднимаю руку я: — я обязательно обращусь к тебе за помощью, если припрет, по пока у меня все под контролем.
— Ну ну. — говорит та и откидывается в кресле: — да будет так. Мне и самой бы не хотелось…
— Так, все, я полетел — говорю я: — скоро буду. Надеюсь. И …