По эту сторону любви (СИ)

— А капуста при чем?
— Пока голова новая запекается, не могут же они без головы сидеть. Он надевал им вместо нее капусту, временно. А потом доставал из печки новую красивую голову и приделывал обратно вместо кочана. Здорово, правда?
— Здорово? Жуткая сказка. Страшилка, детей пугать, — меня передернуло.
— Вот я бы согласилась, например. Посидел немножечко с капустой на шее. Зато потом лицо красивое.
— И ваш муж собирает картины с этим сюжетом?
— Да! У него их несколько. Даже не знаю сколько. Мне повезло увидеть ее раньше него, — и она просияла от радости.
— Да, повезло. А вот мне интересно, головы в печке не портились? Там же не только лицо, а мозг? — вот и что мне это в голову пришло.
— Да, портились. Иногда пекарь мог ее передержать или недопечь. И тогда… не знаю. Они, наверное, глупели? — она задумалась.
— Да куда уж глупеть-то? Если они согласились засунуть голову в печь и сидеть с капустой, то поглупеть сильнее им не грозит, — и я скептически хмыкнула, но она не поняла и на полном серьезе сказала.
— Вот и я думаю, что такое вряд ли могло случиться. Все-таки это был способ омоложения. И люди туда приходили уже опытные, их было нелегко обмануть.
— Разумеется. Давайте я осмотрю картину магией и попробую что-то еще сказать.
Это не была мастерская. Я стояла скорее в комнате, заполненной людьми. Все они подходили, осматривали картину. Некоторые смеялись и хлопали стоящих возле картины мужчин по плечу. Я тоже подошла к полотну и услышала их разговор между собой.
— Как ты думаешь, Корнелис, что они видят?
— Разное, Ян. Кто-то забавную сказку, кто-то задумается, что не стоит так уж гнаться за молодостью, и использовать сомнительные средства, роде вчерашнего шарлатана на ярмарке с ослиной мочой разлитой по красивым флаконам.
— Да, это было смешно.
— А кто-то и задумается, а не кочан ли капусты у него вместо головы? А у его соседа? А у бургомистра?
— Опасную картину ты нарисовал, Корнелис.
— Ты помогал.
И они засмеялись.
Я подробно рассказала все, что удалось увидеть. Пропустив некоторые детали из диалога. Она бы все равно не поняла. И зачем ей это? Она долго хлопала в ладоши и благодарила.
Стоило выйти из её будуара, как к нам подошел слуга, и, поклонившись, попросил меня пройти в кабинет хозяина для недолгого разговора. Эманум Экерсберг всплеснула руками, но я уверила ее, что о картине-сюрпризе не скажу ни слова. И скорее всего её муж хочет мне тоже показать полотно для оценки. Успокоив ее, я проследовала за слугой в кабинет.
Помощник бургомистра Метр Экерсберг сидел в своем кресле и пил. Причем пил прямо из графина. Рюмочки были, но видно их размеры не устраивали его. Поэтому он пил из горлышка пузатенького сосуда. Я спокойно подошла и села в кресло у стола. Сложив руки, приготовилась ждать. И дождалась.
— Как вы убьете меня?
— Яд.
— Вы уже отравили меня? — и он еще раз отхлебнул из графина.
Вот уж не думала, что я такая страшная и всесильная. Так ведь он напьется и ничего мне не скажет. Надо прекращать это. И я, решительно встав, отобрала у него графин. Заткнула его стеклянной пробкой, катающейся рядом, и поставила подальше от Метр Экерсберг.
— Да, отравила. Вы умрете завтра утром.
Вот и зачем я так? Я же не травила никого. Но репутацию злого убийцы надо поддерживать. Так что смело вру дальше.
— Это был чай? Там, в гостиной? — его руки слегка затряслись.
— Да. Только ваша чашка, — хорошо он мне подсказывает, так убедительно.
— Я знал, что так будет. Знал, что меня убьют. Но не думал, что это будете вы.
— Вы убили моего мужа. Кто если не я, — родственники Свена отстают от меня шага на два, по словам дядюшки Вилфа.
— Я расскажу. Я вам все расскажу. Вы должны знать, — его руки снова затряслись, но он умудрился успокоиться и продолжить.
— Это старая вражда. Существует легенда о двух магах еще на заре времен, которые отстаивали два полярных мнения. Один считал, что магия должна быть у всех, а другой, что этого достойны избранные. Их вражда достигла кульминации, когда один из них создал Грааль. Он хотел с помощью Грааля наделить магией всех, только второй не мог этого допустить. Он спрятал Грааль. Но остались подсказки, которые помогут его найти.
 
— Отличная легенда для любителей древности. Какое это имеет отношение к убийству моего мужа? — что-то такое мы со Свеном и сами надумали и прочитали за эти два года.
— Не перебивайте, пожалуйста. Я уже чувствую, как яд действует. Мне надо успеть все вам рассказать — недовольным тоном сказал он.
— Яд подействует только завтра утром. У вас полно времени, — вот ведь. Так он и в самом деле умрет, от самовнушения.
— Вы недавно в нашем мире и не знаете, что яды индивидуальны. У меня нежный организм. Я умру раньше.
Я покачала головой, но спорить не рискнула. Хотелось все же понять и выяснить стоит ли еще ждать бед и от кого.
— Последователи этих двух магов создали магический орден. Один носил название «Роза на кресте», а его адептов прозвали розенкрейцерами. Они поклялись отыскать Грааль и помогать переселенцам, любым. К моему глубокому сожалению орден просуществовал недолго. И был почти полностью истреблен другим. Орденом…
— «Золотой Зари» — закончила я за него.
— Да. Чьим символом является…
— Черное солнце. Именно этот символ Вы носите на пальце. Вы член ордена? — опять продолжила я за него.
— Да. Уже много лет. Но Вы должны поверить, что орден уже давно не приносит кровавых жертв. Мы не совершаем зловещих ритуалов и не приносим в жертву младенцев. Это скорее взаимная поддержка, помощь в делах, консультации по сложным вопросам. И тут появляетесь вы.
— Просто свалилась из ниоткуда, — саркастически ухмыльнулась я.
— Да. И буквально в первые полгода нахождения в нашем мире нашли половину подсказок. До вас это никому не удавалось. У нас их было всего четыре. А вы принесли нам еще две. Мы сразу на вас внимание не обратили. И подключились довольно поздно.
— Премного благодарна. Страшно подумать, где бы я оказалась, найди вы меня раньше, — и я поклонилась ему в шутливом поклоне.
— Не надо так. Потом вы приехали в мой город, мне предоставили на вас всю информацию. Ко мне лично приезжал глава нашей местной ложи и проводил беседу. Я раньше и не удостаивался такой чести. А тут…
— Прекрасно вас понимаю. Дальше, — он и так меня раздражал, а тут я поняла, что долго не выдержу и в самом деле отравлю его.
— Я познакомился с вами, следил за вами, постарался бы подружиться, но это выглядело бы слишком подозрительно и вы могли насторожиться. Я…
— Зачем вы убили моего мужа? — снова перебила я его.
— Такого приказа не поступало. Наоборот. Мне приказано было всячески оберегать и поддерживать этот брак, — он потер рукой лоб.
— Так зачем вы нарушили его? По-моему прекрасный приказ был, — кажется, я все же убью его.
— Я хочу, чтобы вы нашли Грааль! Я и в орден вступил с этой целью. С целью однажды помешать им! Магия должна принадлежать всем! — вдруг перешёл он на крик.
— А при чем тут мой муж?! — заорала я и, встав, хлопнула двумя ладонями по столу.
— Так вы же ничего не сделали! Он как якорь тянул вас на дно! За последние два года вы не нашли ни одной подсказки. Ни единой! Он вам мешал идти вперед к цели! — он вскочил и всю эту тираду произнес стоя, гладя мне в глаза. Под конец выдохнулся и плюхнулся обратно в кресло.
— И вы его убили — обреченно констатировала я.
Я тоже села не в силах стоять от свалившейся на меня информации. Значит, всё же я была права. Если бы я не вышла тогда замуж за Свена, он был бы сейчас жив. И этот псих не убил бы его.
— Я нарушил ради этого все приказы. Я знал, на что иду. Я ждал, что за мной придут члены ордена, но даже рад, что пришли вы. Теперь вы найдете Магический Грааль, — теперь в его голосе мне послышалось самодовольство.
Я встала. Нужно уходить, иначе я и в самом деле его прирежу. Или отравлю. В моем помандероме, болтавшемся на цепочке, прикрепленной к поясу, был яд.