По эту сторону любви (СИ)
А когда прилетел тот вестник, то даже Арчибальд вздрогнул от рыка Рихарда. Машина в тот тупик не ехала, а летела. Ни о каком поиске заветного ключа и речи не шло. Рихард дверь просто снес, убедившись, что мы на безопасном расстоянии.
Новый Год мы справляли в кругу семьи. Я категорически отказалась ехать на прием. И у себя его устраивать тоже не стала. Была только наша семья, довольно большая. Приехала дочка Мэтра Липринора со своими детьми. Поэтому по замку носилось трое сорванцов. А её младший ребенок был почти одного возраста с Мишелем, и дележка игрушек и подарков шла полным ходом.
Акке отпустили на каникулы, но он взирал на все безобразия и суету со стоическим спокойствием. Я постоянно видела его или зарывшимся в книжку, или в компании его двух школьных друзей, которые приехали к нам на праздники. Я была ужасно рада, что у него появились друзья-сверстники, и в целом дела в школе шли неплохо.
Мы по молчаливому согласию не стали ничего обсуждать. Тема Грааля во время подготовки к празднику и во время празднования не поднималась.
Артур пришел на пятый день празднования. Мы вернулись с городской площади, где гуляли и ели засахаренные апельсины. Дети угомонились и уже порядком притомились от впечатлений и новых эмоций. Поэтому мы, оставив их под наблюдением нянь и Эманум Кокорины, отправились в кабинет Рихарда.
Артур и Рихард держались между собой спокойно. Как мне шепнул Арчи, они уже успели все выяснить. И Артур получил только удар в челюсть и небольшое сотрясение мозга. Но сотрясать там все рано было нечего, всё так же шепотом поведал мне Арчи. Мы хихикнули и заговорщицки переглянулись.
Арчи и мэтр Липринор взяли себе по бокальчику наливки, а вот все остальные ограничились соком или кофе. Себ и Габби долго на меня дулись, что я не позвала их с собой в катакомбы. Ну, как долго. По их меркам. Себ час, а Габби полминуты. Но вот поиски Грааля никто пропускать не желал.
Все молчали, пока Артур звонко не поставил чашечку на блюдце и произнес.
— Когда выдвигаемся?
— Куда? — прозвучало на три голоса.
Это отличились мои братья и я.
— В замок Монсегюр, — ответил всем нам Рихард.
— А почему туда? — спросил Габби.
— Замок Монсегюр находится на скале. Причем буквально. Скала возвышается над окружающим ландшафтом как единственный зуб во рту у трехсотлетнего выжившего из ума деда, — потягивая настойку, поведал Мэтр Липринор.
— И рядом с ним, по соседству так сказать, находится пик Святого Варфоломея. Именно о нем говорилось в последней основной подсказке. Это прямое указание на этот замок. Как мы и предполагали, — пояснил для нас Рихард.
— Когда мы были во Франкфурте, я хотела попасть в собор Святого Варфоломея. Он большой и его хорошо видно. Не знаю, почему меня туда тянуло. Но мы тогда были так поглощены яйцом Фаберже, и нападение на почтеннейшего ювелира нас отвлекло. Всё тогда так завертелось, и в собор я так и не попала, — вспомнила я.
— Да. Собор и в самом деле большой. И он известен тем, что там хранится череп святого Варфоломея. Ну, так говорят, — кивнул Арчибальд.
— Так когда мы выдвигаемся? — снова спросил Артур.
— Январь уже начался и он невечный, — поддержал его Габби.
— Я думаю, что откладывать не нужно. Завтра выдвигаемся. Арчибальд, ты остаешься здесь. На тебе Мишель. Мэтр Липринор, я на вас тоже рассчитываю. Не так много людей, кому я могу доверить сына, — решил Рихард.
— Разумеется. Можешь не волноваться, мы справимся, — сказал в ответ Арчибальд, а Мэтр Липринор кивнул.
На этот раз горы были покрыты снегом. Все-таки был январь, и зима была в самом разгаре. Было холодно, и мерзнуть я почему-то начала еще по дороге к Монсегюру. Поезд был весьма комфортный и теплый, но я все равно отчаянно мерзла. Рихард почти постоянно обнимал меня. Он согревал мои руки своим дыханием и только его объятья снимали дрожь во всем моем теле.
Артур странно на меня посматривал и, увидев, что я в очередной раз зябко повожу плечами, сказал.
— Клари, тебе нужно успокоиться. Это нервное. Тут тепло, просто успокойся.
— Фон Мёнерих, потрудитесь не фамильярничать с моей женой. И если ей хочется мерзнуть, это мое дело её согреть, а уж никак не ваше, — тут же вмешался Рихард.
— Рихард, признайся, тебе нравится меня обнимать, — улыбнулась я мужу, пытаясь смягчить его тон.
Но к совету Артура прислушалась. Попыталась успокоить разбушевавшиеся нервы и перестать мерзнуть.
Монсегюр был прекрасен. Мы стояли у подножья скалы, на которой он возвышался. Даже отсюда темная громада древних стен производила впечатление своей силой и мощью. Внизу под скалой располагалась деревня, в которой было принято решение заночевать.
Мы сидели за столом в местной гостинице и ужинали. В зале с камином было тепло и уютно. За окном бушевал январский ветер, а мясное рагу таяло во рту, было горячим и вкусным.
— Ты уже бывал там раньше? — спросила я, принимая из рук Рихарда горячий чай с травками и ягодами.
— Нет. Особой нужды не было. Это старый разрушенный замок. От него мало что осталось. И мне до сегодняшнего дня не приходило в голову его посетить, — ответил он.
Все остальные кивнули.
— Его разрушили уже давно. В результате, так называемого, Альбигойского крестового похода. Шло присоединение Лангедока. И тогда его занимали катары, тогда все воевали. За землю, разногласия в религиозных вопросах, деньги, власть. Крестоносцы напали на Монсегюр, и он в результате пал, — просветил нас Себ.
— Да, они храбро его защищали, и отвесные скалы и неприступность стен позволили им обороняться почти год. Нападавшие были так разгневаны длительной осадой, что когда крепость все же пала, почти всех её защитников убили, включая женщин и детей. В замке была престарелая маркиза де Лантар, её дочь Корба и молодая внучка Эсклармонда. Они отказались отречься от своих убеждений, и их сожгли вместе с остальными защитниками. Теперь это место называется «Поле Сожжённых», — продолжил рассказ Рихард.
— Я даже не рассматривал этот замок, если честно. Там просто стены, и мало что осталось. Я не представляю, что нам там делать, — пожал плечами Артур.
— Я нанял местного жителя, который завтра утром проводит нас к замку. Нам нужно успеть до рассвета. Даже если ничего не найдем с первого раза, время еще есть. Обследуем замок и дождемся вечерних сумерек, — ответил Рихард.
— Я не хотел бы вас пугать, но не думаю, что у нас много времени, — покачал головой Артур.
— Это еще почему? — вскинулся Габби.
— Наше местопребывание скоро перестанет быть секретом. И сложить два плюс два будет просто. Люди из ордена сюда явятся. И завтра нам лучше отыскать Магический Грааль, если мы не хотим столкнуться с сопротивлением одной из самых могущественных организаций. Они пока не проявляют себя. Возможно, надеются, что подсказки до сих пор не найдены и есть еще год впереди. Но отец просил предупредить, что бы мы были готовы ко всему, — мрачно поведал Артур.
— С нами достаточно охраны. Мы не полезем туда без нее. И у нас в самом деле есть фора. Все последние подсказки держались в строжайшем секрете. И я думаю, что они пока не догадываются о том, что мы так близки. Все предыдущие подсказки находились редко. Одна в два, а то и три года. От нас не ждут такой прыти. Но поторопиться стоит, — кивнул Рихард.
Мы отправились по комнатам. Я не думала, что мне удастся заснуть. Но, стоило мне опустить голову на подушку, как я провалилась в тяжелый сон. А может быть, это Рихард наколдовал. Но по моим ощущениям я не успела лечь, как уже почувствовала, что родные руки меня ласково будят и уговаривают вставать.
Оделась я максимально тепло. И идя по дороге вслед за нашим проводником, надеялась, что мы, наконец-то, у цели.
Что долгие поиски завершены.
Что уже сегодня Магический Грааль будет найден.
Глава 21.
«Еще не пал Монсегюр»
В стоне ветра бьет набат.
Гарью пахнут зевы бойниц.