По эту сторону любви (СИ)

— Объясняю и напоминаю еще раз всем. Зомби убить нельзя с помощью отрубания головы. Даже если вы её отрубите, тело по-прежнему будет идти и пытаться вас порвать. Отрубите руку, она поползет вас расцарапать. Голова будет пытаться вас укусить. Зомби убиваются путем расчленения и сжигания. Обычный огонь работает, но с магическим огнем это происходит быстрее.
— Они превратят нас в зомби, если укусят? — вспомнила я все ужастики разом и испугалась.
— Клари, что за безумные мысли? Нет, разумеется. Но, трупный яд опасен. У нас есть противоядие, но его запас невелик. Так что следите внимательно, — Рихард даже головой покачал в знак неодобрения моего невежества.
— Отрубили конечность или голову и сразу кинули в огонь. Это всё замедляет зомби. Я и Его Сиятельство будем поддерживать костер магически, но на всякий случай будут гореть и наши посохи, — продолжил просвещение Артур.
— Габбриэль, это мы поручаем тебе. У тебя не так хорошо, как хотелось бы, с колюще-режущими предметами, так что на тебе зачистка периметра, — подхватил Рихард.
— Понял. У меня и штуки этой нет, палки вашей, которая в саблю превращается, — ухмыльнулся неунывающий Габби.
— И это тоже. Себастьян? Что у тебя с ловушками и огнем? — обратился Рихард к Себу.
— Загорятся, как миленькие. Правда, дойти все равно дойдут, сгореть не успеют. Но многие могут подорваться и их разнесёт на кусочки, прости за детали, Клари. Но не факт, что многих. Как повезет, — отчитался наш химик.
— Отлично. Что еще? — похвалил муж.
— Постараюсь во время боя поливать их некоторыми составами, улучшающие горение. Ну и по обстановке есть пару задумок, — задумчиво протянул Себ.
— Мы обнесем лагерь камнями, создадим круг, вернее полукруг вокруг скалы. За него не выходить. Защитные чары будут действовать только внутри него, — продолжил уже Артур.
Охранники все это время слушали молча и лишних вопросов не задавали. Они все были проверенными профессионалами, и я уверена, видели и не такое. Судя по их лицам, совершенно спокойным, почти каменным — кучка зомби их не пугала. В отличие от меня. Я боялась до одури. Со времен мумии в склепе при упоминании о мертвецах меня колотит.
— Фон Мёнерих полностью берет на себя злобного горного духа, создателя так сказать, так что его защищать и оберегать. Он не может отвлекаться на зомби, — и Рихард кивком головы указал на Артура, для убедительности.
— А как же Её Сиятельство? — спросил один из охранников и все сразу же уставились на меня.
— Моя жена это моя забота. Вы должны озаботиться только фон Мёнерихом и зомби. Больше не на что не отвлекаться, — и мне от слов Рихарда полегчало, не скажу, что стало менее страшно, но все же полегчало.
— Вопросы? — спросил Артур.
Вопросов не было. Это у них вопросов не было. А вот у меня их была куча, и они все роились у меня в голове. Мои тараканы бегали с плакатами нам конец, и крыша должна была уехать, и её нужно было срочно подпереть, чем-нибудь надежным.
— Клари, у нас мало времени. Идем, — вдруг сказал Рихард.
— Куда? — удивилась я.
Я сидела на камне у входа в палатку, и отрывать свою задницу от такого безопасного сидения мне совершенно не хотелось.
— К колокольне. Нужно обследовать появившуюся на поверхности часть храма, — последовал лаконичный ответ.
— Мы пойдем к той башне, что возвышается посреди пруда? А может не надо? — вот мне хотелось поплакать, поорать, устроить истерику, а не идти непонятно куда.
— Надо. Клари, соберись. Чтоьы её обследовать у нас есть несколько часов, пока солнце высоко. Потом удаляться от лагеря, будет рискованно. А как только встанет солнце, утром после битвы, мы должны отправиться назад. С нами могут быть раненые, поэтому отвлекаться на твою картину будет некогда. Вставай, — последнее он произнес уже сурово.
Я встала. Надо собраться. Устрою истерику на обратном пути, когда все закончится. Будет уже не так страшно быть съеденной зомби. Нет, лучше начать истерить в Лютеции, когда мы туда вернемся. Точно так и сделаю. Отложу страх ненадолго. Зато потом оторвусь. Решено. И я вложила свою ладонь в протянутую руку Рихарда.
 
Я заглянула ему в глаза и поймала изучающий взгляд. Он как будто понял, как мне страшно. Потому что сжал мою ладонь, и мы пошли к берегу. На берегу он подхватил меня на руки и побежал по воде. Вот просто взял и побежал.
— Рихард, ты Иисус? — выдала я.
— Клари, я в курсе, что когда ты нервничаешь, то несешь один Бог Отец знает что. Это заклинание хождения по воде. Оно включает преломление света, скорость передвижения, массу тела и еще много показателей. Я не чистый маг воды, но как видишь, справляюсь, — последовал невозмутимый ответ.
Мы добежали до башни, и Рихард осторожно опустил меня в окно, которое было наполовину в воде, и только верхняя его арочная часть возвышалась над водой. Но это был единственный возможный способ попасть внутрь. Я тут же провалилась по пояс в воду и поскорее по ступенькам поспешила подняться выше, потому как вода была холодная. Рихард перегнулся и тоже влез в башню.
А потом я стала сухой по одному движению его руки. Не стала спрашивать, что это было на этот раз и не Святой ли он Януарий. Мы стали подниматься по лестнице вверх, и пока мы шли, я понимала, что делать нам тут нечего. Стены были покрыты фресками, но вода уничтожила почти все. То, что осталось, рассмотреть было сложно.
Поднявшись в верхнюю башенную комнату, я застыла как вкопанная, рассматривая фреску на стене. Она почти не пострадала от воды. Цвета были яркие, сочные. Золото не облупилось, а сияло как прежде ярко и насыщенно. Я с удивлением рассматривала это чудо.
Рихард подошел к стене, где была нарисована фреска, и провел над ней рукой.
— Магия. Зачарована сильным магом, но была еще подпитка извне. Скорее всего, магия Грааля, — ответил он мне на мой непонимающий взгляд.
— Это Мария Магдалина? Она была хранительницей Грааля. Но почему он такой странный? — форма ужасно необычная.
— А Мария Магдалина обычная? Посмотри на её взгляд. На форму носа, на богатые одежды. Как-то не похожа она на кающуюся о своих прошлых грехах, — фыркнул Рихард.
— Я бы сказала, что это работа Карло Кривелли. На него похоже. Но как она тут оказалась?
— Ну, он мог путешествовать? Мало ли? Или это копия. Клари, у нас не так много времени, — поторопил муж.
Я дотронулась до фрески и отпустила магию.
Художник выпрямился и обернулся ко мне. В его черных кудрявых волосах прорезалась седина, а взгляд был мрачен и недобр. Две глубокие морщины пересекали высокий лоб. Орлиный нос завершал непривлекательную картину его лица, и было в нем что-то демоническое.
— Неудачное место для встречи. Полностью разделяю твои страхи. Но по-другому последние две подсказки тебе не добыть. Риск и потери должны быть.
— Нет! Не будет никаких потерь!
— Как скажешь.
— А почему у нее такой нос? Почти на всех ваших картинах все нески с пусть и утонченными, но все же длинными носами?
— Не знаю, если честно. Просто это мой типаж. Мне просто так нравилось и все.
— Просто нравилось? Искусствоведы сломали головы над символикой и скрытым смыслом. А вам просто так нравилось? — возмутилась я.
— Ты подсказку слушать будешь? Или как?
— Буду. Меня там вот-вот зомби убьют, так что да, буду.
— Не должны. Хотя могут.
— Утешили.
— Ладно, стену с фруктами за спиной Марии Магдалины видишь? Найди в замке похожую. От нее начинай движение.
— Стену? С цветами и листьями?
— Да. А когда её найдешь, вспомни этот храм. Все иди.
Меня просто вытолкнуло, причем физически. Я даже пошатнулась и упала бы, если бы Рихард меня не поддержал.
— Что случилось?
— Я с ним припиралась. Про нос спрашивала. Но он первый начал! Заговорил про потери! — стала оправдываться я.
— Потом обсудим. Возвращаемся, — не стал вдаваться в детали муж.
Вернулись мы тем же путем. Артур ждал нас на берегу, и как мне показалось, был рад нашему возвращению. Переживал?