Отринуть любовь (СИ)
— Почему? — хмуро спросила она.
— Разрыв Грани, — пояснил он. — Даже если вы уничтожите войска, разрыв останется, земли соединятся, и с Анг Мирта на Ирнан хлынет толпа обычных людей-переселенцев.
— Она восстановится, — возразила Юлька.
— Без Ворона — не скоро. А если постоянно поддерживать текущее состояние, время от времени выпуская гранеедов, то земли в итоге станут единым целым.
— Или их пожрет Маар, — вспомнила Юлька объяснения Реса. — Пограничные территории вдоль Грани.
— Или так, — кивнул он. — Но вероятность слияния гораздо выше. Кроме того, Кинэн планирует подорвать пару шеадров в Ирнане для дестабилизации обстановки. И еще — он выйдет против вас сам. Лично. Его вечный облик растет с каждым днем, и будет расти дальше. Ни один из Вечных не сможет ему противостоять.
Юлька слушала его хмуро и сосредоточенно, внимательно вглядываясь в его лицо.
— Ты пришел меня запугивать? — с отвращением поинтересовалась она. — Ну, допустим я испугалась. Что дальше?
— Ты можешь избежать всего этого.
Она молча ждала продолжения, не задавая вопроса.
— Я знаю, что ты меня не любишь, — вдруг заявил он печально. — Может, мне надо было быть решительнее когда то… В общем, я всегда думал, что у меня нет шансов. Сейчас я хочу предложить тебе защиту. Я не знаю, любишь ли ты Сашку, ты вроде бы была в него влюблена когда-то…
— Я давно излечилась от этой любви, — отрезала она. — Он сам постарался.
— Ну вот, тем лучше. Джилейр считает, что ты — наша будущая Элианна. Может быть, так даже лучше — ну, то, что ты меня не любишь… Когда ты войдешь в силу, тебе не придется мною жертвовать — ни отвергать, ни предавать. А я — я буду рядом. Я смогу защитить тебя от всех — и от интереса Кинэна, и от мести Сашки, если тот вдруг обозлится, что ты ушла к нам, — пока он говорил все это, он нервно потирал руки, ерзал на стуле, стараясь не смотреть ей в лицо, а потом вдруг поднял на нее глаза — несчастные, умоляющие. — Я… мне все равно, что у тебя с кем было. Любовь — странная штука, оказывается… Я понял, что я многое могу простить, лишь бы… ты была рядом.
Юлька потрясенно молчала. Меньше всего она ожидала от Румянцева подобных откровений.
— И как ты это себе представляешь? — спросила она настороженно, на всякий случай отыскав глазами парализ, лежавший на краю кровати. Она умышленно оставила оружие в пределах досягаемости: доверять ему у нее больше не было оснований.
— Я увезу тебя в одно из наших укрытий, — сказал он. — До него они не доберутся — оно очень удачно расположено. Потом, когда все катаклизмы пройдут и ситуация урегулируется, мы сможем открыто жить вместе.
Юлька содрогнулась от такой перспективы, но сумела сохранить бесстрастное выражение лица и неподвижность позы.
— Подожди, я что-то не поняла… Почему это вы Хэйгена списали со счетов?
— А ты не в курсе? — удивился он. — Он попался во время подрыва крепости. Угрохал половину размыкателей и резак. Кэйн теперь его в живых точно не оставит. Выжмет информацию и скорее всего принесет себе в жертву. Выброс силы от него будет очень мощный, это к гадалке не ходи. Так что можешь передать Сашке, чтоб они на него не рассчитывали.
Юлька потрясенно молчала. Нет. Он врет. Он специально врет, чтобы запугать ее, заставить добровольно броситься к нему за защитой. Но ведь Рес до сих пор не вернулся… и если бы у него все получилось, вторжения бы не было. А Саша подтвердил, что оно состоится. Значит, Румянцев говорит… правду?
Острая, яростная, невыносимая ненависть нахлынула на нее. Задыхаясь, она схватила парализ и махнула им в сторону двери.
— Убирайся отсюда. Живо. Или я тебя сейчас сама пристрелю и принесу кому-нибудь в жертву. Себе, например. Или Шандру сдам. Если то, что ты мне сказал — правда, он тебя на куски порежет. Умолять будешь, чтобы он остановился.
Он поднялся неловко и растеряно.
— Я хотел тебе помочь, — сказал он с неожиданным отчаянием.
— Ненавижу, — выкрикнула Юлька. — Как я вас всех ненавижу… — и она прицелилась ему в грудь, собираясь выстрелить. Он опрометью бросился к двери, выскочил, и, отбежав на некоторое расстояние от двери, остановился и сказал:
— Может, ты все-таки подумаешь?
Она нажала на курок. Заряд парализа просвистел у него над головой — она не целилась, просто отвела душу…
— Сумасшедшая, — бросил он в сердцах и скрылся во дворе дормитория.
Ночью она так и не заснула, перебирая в голове все, что сказал ей Румянцев, а утром отправилась к Шандру. Он был не один — неожиданно в большом кресле напротив его стола обнаружилась закутанная в пушистую белую шаль Ширин. Юлька никогда еще не видела эту энергичную, сдержанную и в целом достаточно жизнерадостную женщину бледной, печальной и изможденной.
— Завтракала? — коротко спросил ее Шандр. Юлька кивнула, но он все равно распорядился насчет кофе. Глотнув горячего бодрящего напитка, она с удивлением обнаружила, что кофе у Шандра не местный, а земной, горчащий. Контрабандный.
Выслушав ее рассказ о встрече с Румянцевым, он схватился за голову.
— Подрывы шедаров, этого нам только не хватало… Дьявол, и охрану то не поставишь, их тысячи, шеадров, по всей Ар Соль.
— Мастера шеадров в боевых действиях участвовать не будут, — успокоила его Ширин. — Где рванет — туда и пойдут. Предупреди их, чтобы были готовы. И не паникуй раньше времени.
Шандр кивнул. Связавшись с Амиром, он коротко изложил ему ситуацию, услышал в ответ очередную порцию проклятий и обещание найти способ понаблюдать за шеадрами хотя бы пару ближайших дней.
— А что с Кинэном то делать… — вздохнул он, когда они закончили разговор. — Гигантская опасная тварь, Рес с ним не справился даже в большом облике… А Алекс молод и неопытен, у него пока недостанет ни сил, ни умения. Нам нечего ему противопоставить.
— А если по нему стрелами стазиса-некроса бить? — предположила Юлька. — Непрерывно. Утыкать, как ежика?
— Можно попробовать, — сказала Ширин. — Если только он не нарастит броню, что было бы логично. Но надо попытаться, — согласилась она.
— Мне кажется, все должны пытаться, — Юлька встревожено переводила взгляд с Шандра на Ширин. — Все Вечные. У каждого что-то есть, какое-то умение. Даже Альсар, наверно, что-то может, ведь так?
— Может, — неожиданно рассмеялась Ширин. — Он же эгри-фэйр, в облике Феникса, если он на эмоциях, поджечь может одним прикосновением крыла. Он стар и опытен, и давно уже таких фокусов не выкидывает, но мочь — может.
— Так пусть хоть шкуру этой твари подпалит! — воскликнула Юлька с яростью.
Шандр сардонически усмехнулся.
— На самом деле ты абсолютно права, — сказала Ширин. — Мы все должны защищать свою землю. Это общее дело. Я поговорю… с оставшимися. Думаю, возражений не будет.
Юлька повернулась к Шандру.
— Определи мне место в бою, — сказала она твердо.
— Решай сама, — ответила вместо Шандра Ширин. — Мы разделимся. Ассасины будут вместе с наземной гвардией ноа. Часть специалистов школы Джмар будет с Пауками, часть — с Нагами.
— А какие у кого задачи?
— Пауки — нэрги, гранееды, воздушная защита от болидов, — ответил Шандр. — Часть ноа — атака на крепость Кан, уничтожение пехоты и всего, что движется по земле. Уничтожение авиации противника вместе с Пауками. Если ты планируешь участвовать в зарядке стрел и концентраторов, то тебе скорее к нагам.
Юлька кивнула.
— Ты уверена, что хочешь… там быть? — спросил он с неожиданной болью. — Может… не стоит? Если ты погибнешь, в этом мире станет на одного замечательного человека меньше.
— Мы сюда попали из-за вашего заговора, — сказал она. — В котором Кинэн — один из главных. Я хочу вернуть должок.
Глава 37.Без шансов выбраться
Я с трудом пережил возвращение к реальности. Проклятая память услужливо подбрасывала эпизоды вчерашних — а может и более ранних издевательств, отчего я заскрипел зубами от унижения. Постепенно приходила боль, судорогой скручивая простреленную ногу и плечо, невыносимо терзая исхлестанные до лохмотьев спину и грудь. Я стал искать такую позу, чтобы хоть как-то ее уменьшить. Думать о чем-то другом было сложно.