И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (СИ)

Она попыталась ответить, но вздрогнула и осеклась – вероятно, после некоторого физического воздействия. Уилсон предусмотрительно убрал руки за спину, получив тем самым свободу маневра.
- Если у тебя есть какие-то вопросы, задавай мне, - Уилсон вытянулся, как солдат на плацу. Делла озадаченно моргала из-за его плеча, явно не понимая, как реагировать на этот внезапный перформанс. Кажется, Уилсон импровизировал – и кажется, импровизировал неудачно.
- Хорошо, - покладисто согласился Петер. – Вываливай свою версию.
- Мы обсуждали допрос мистера Лангфранка. Он отказал нам в доступе, и Делла огорчилась. Тогда я предложил проникнуть в дом и осмотреть его. Делла возражала, но я ее убедил, - стремительно отбарабанил Уилсон. Потом запнулся и продолжил. – И «Крайслер» тоже я предложил угнать.
- Отлично. Очень убедительно, - одобрил Петер. – Сразу видно, что репетировал. А теперь давайте послушаем правильный ответ. Делла перехватила тебя где-нибудь в коридоре, или в гараже, или на улице. Одним словом, там, где нет меня. И в красках объяснила, как будет плохо, если мы не вытащим из дома неведомую проклятую хрень. Ты слушал, кивал и соглашался. Делла рассказала, какой мудак наследник, какому риску подвергает невинных граждан, описала сто тысяч причин, по которым так поступать нельзя. И ты снова кивал. А потом она предложила хуйню. Залезть без ордера в чужой дом, все там обшарить и спереть унаследованное имущество. Остатками здравого смысла ты осознавал, что это авантюрный суицидальный пиздец. Ты даже попытался возражать – недолго, минуты две-три. Но все было так убедительно, так правильно… Поэтому ты все-таки кивнул. И согласился. Вот так все и было, да?
- Нет, - коротко отрезал Уилсон и сдвинулся еще правее. Его пасмурное, вечно недовольное лицо застыло в таком напряжении, что врежь им об стену – треснет кирпич, а не лицо. Петеру стало интересно: что же он там себе такое напредставлял? Что Петер бьет Деллу ногами? Пытает Круцио? Сдает в аренду в каменоломни?
Все-таки этот парень был крепко двинутым. Но хотя бы заботился о Делле. Уже хорошо – при прочих равных.
- Да, - резюмировал Петер. – Так оно все и было. Потому что именно так оно и происходит. Всегда. Это у Деллы модус операнди. Не думай, что ты единственный, кто ведется на эту херь. Когда Деллу клинит, она не убеждает – она индуцирует, - Петер слез со стола и подошел к Уилсону, нависнув над ним, как доброжелательный мастодонт. - Чисто для справки – я был категорически против того, чтобы брать тебя на работу. И все-таки ты здесь. Делай выводы.
- И какие выводы я должен сделать? – вздернув подбородок, подался вперед Уилсон. Выглядело очень воинственно, но психоделическая футболка с единорогами несколько смазывала эффект.
- Самые очевидные. Не ведись. Опомниться не успеешь, как по уши в дерьме окажешься. И она, кстати, тоже, - тыкнул пальцем в Деллу Петер. - Из вас двоих здравый смысл есть только у тебя. Его мало, но он есть. Учитывай это, когда принимаешь решения.
На мгновение по лицу Уилсона пробежала тень сомнения. Утратив гранитную уверенность, он коротко зыркнул на Деллу – и наткнулся на такой же озадаченный взгляд. В головах сотрудников оперативной группы происходила сложная и, возможно, интеллектуальная деятельность.
Петер счел этот невыразительный результат успехом. Потому что другого успеха пока не завезли.
- Вот и отлично. Наконец-то мы разобрались с началом этой охуительной истории. Теперь переходим к основной части. Что вы делали в доме?
- Ничего, - хором ответила оперативная группа и синхронно покачала головами.
- Господи! – воздел очи горе Петер. – Вот за что мне это, а? Я что, в прошлой жизни сиротский приют поджег? Старушку изнасиловал? Щенков топил? Делла, кисонька! Ну имей же ты совесть!
- А что я? – высунулась из-за плеча Уилсона Делла. – Мы действительно ничего не делали! Просто влезли и посмотрели. Льюис на диване сидел, я сканировала. Все стоит, как стояло, даже пыль на месте!
- Перечисляй, какие заклинания использовала: с момент проникновения и по порядку, - скомандовал Петер. – Начала с Алохоморы, так?
 
- Нет. Начали с ножа, - снова влез поперек Уилсон. – Это я вскрыл окно, без магии. Мы же не идиоты.
- Замечательно, - проглотил комментарии о спорности подобного утверждения Петер. - А дальше что?
- Залезли в дом, - подключилась Делла. – Тоже без магии. Потом я использовала только сканнер и левитационные. Кофе варили на печке, Льюис поджег газ зажигалкой.
- Что. Вы. Делали? – переспросил Петер. Услышанное не умещалось у него в голове, как «Граф Цеппелин» - на автомобильной парковке. – Вы варили кофе?!
- Ну… Да. В доме был запас, мы взяли две ложки. И чашки помыли, - растерялась Делла. – А что?
- Да вы совсем рехнулись, что ли? Это же место преступления! – от возмущения у Петера перехватило горло, он сипел и свистел, как проколотый воздушный шарик. – Вы бы еще пикник устроили, с костерком!
- Но мы устали! Поздно же было… – развела руками Делла. – Да и сварили всего две чашки. Без магии. Это технически нельзя обнаружить.
- Охуеть… - с размаху вбил фейспалм в лицо Петер. – Просто охуеть… Ну, не томите, родимые. Жгите дальше!
- А нечего больше жечь, - пожал плечами Уилсон. – Выпили кофе, помыли посуду, поставили на место. Потом я нашел эту херь. Все.
- И вы вылезли через окно точно так же, как пришли?
- Ну да, - кивнула Делла. – Льюис задвижку на место поставил.
- Зашибись. Когда вас посадят, я первый скажу: вы заслужили каждый год из назначенного срока. За тупость! Взлом с проникновением. Кофе. Собачку сперли. Господи, с кем я работаю… - Петер добавил к одной ладони вторую, отгородившись от кошмарной реальности. – Вот скажите, что мне теперь с этой хуйней делать? – потряс он в воздухе фарфоровой собачкой.
- Все, что захочешь, - фыркнул Уилсон.
- Точно, - немедленно поддержала его Делла. – Это всего-навсего маленькая статуэтка. Никто и не заметит, что она пропала. Бери, препарируй, изучай.
- А оформлять ее как?!
- А зачем тебе ее оформлять, солнышко? Напиши рапорт: так мол и так, нас не пустили, ой и ай. Передай аврорам, забей хуй и развлекайся с артефактом. Тебе же интересно, правда, - искусительно улыбнулась Делла.
Петер посмотрел на нее. Молча.
Делла потупилась.
- Слушай, ну чем ты недоволен? – насупился Уилсон. – Надо было эту херню суицидную прекратить? Мы прекратили. Надо было артефакт достать? Мы достали. Тебе бумажки нужны или результат? Если результат – так вот он, забирай.
Петер молчал. И подкидывал в ладони собачку. Глянцевая тяжесть фарфора приятно холодила ладонь.
В этом был смысл. Дурацкая авантюра Деллы выходила за грани понимания, но результат… результат действительно был. Вот он. В руках.
Эти засранцы действительно вошли в дом, не оставив следов. Они ничего не изменили внутри – если, конечно, не врали. Уилсон мог бы, запросто и с большим удовольствием, но Делле Петер доверял как себе. Она частенько вела себя неосмотрительно, совершала поступки, о которых потом жалела. Но она никогда не скрывала своих ошибок. Если Делла сказала, что в доме все нормально, – значит, там все нормально.
А следовательно, наследник ничего не заметит. Он спокойно продаст старый дом, теперь уже безопасный, и будет счастлив, как нюхлер, пробравшийся в золотовалютное хранилище США. Петер напишет аврорам отказной рапорт, исследует артефакт и разберется, как он работает. И… и все будут довольны.
Кошмарные методы, но отличный результат.
- Сгиньте с глаз моих, утырки. Видеть вас не могу, - тоскливо вздохнул Петер. – Вы взломщики и воры. А я из-за вас лжесвидетелем стану.
 
- Почему? – пискнула, отступая к выходу, Делла. Ей было очевидно неловко – в отличие от Уилсона, которому было так же очевидно похуй.
- Потому что именно я буду отчет по этому делу писать. Лживый от первого и до последнего слова.
- Петер, ты лапочка, - улыбнулась Делла и выскользнула за дверь. Уилсон сдержанно кивнул. Он Петера лапочкой не считал, но мнение держал при себе. И на том спасибо.