Мефистон. Поход к Неумершим (СИ)

Ксхартеха отшвырнуло, и он врезался в лестничный пролет со звуком сминающегося металла. На мгновение оглушенный, он лежал, не шевелясь; его система была перегружена данными.
Немесор Техерон поднял его на ноги, и они оба побежали по раздробленному полу, карабкаясь по разбитым плитам и перепрыгивая через лужи огня, вылившегося из опрокинутых жаровен. Произошел еще один толчок, а за ним следующий. Пол рухнул — они вместе полетели во тьму.
Мозговые процессоры Ксхартеха перестали понимать, что происходит, но уже спустя миг он осознал, что лежит в полуразрушенном склепе рядом с генералом.
— Аппарат! — закричал он. Его вопль сопровождался шумом обратной связи. — Я должен спасти его.
Гелиомант увидел выход и лестницы, ведущие на нижние уровни, но, прежде чем рвануть к ним, он оглянулся на Техерона.
— Я должен командовать легионами, — сказал тот. — Если ты прав и эти взрывы могут угрожать нашим узлам регенерации, я обязан развернуть войска для их охраны.
— Фаэрон тебе не поверит.
Глаза Техерона запульсировали от гнева.
— Тогда, возможно, нам с Алахрой придется ускорить претворение наших планов. Я не намерен стоять в стороне, пока фаэрон безрассудно сдает наши склепы этим обезьянам.
Техерон отряхнулся и зашагал к одной двери, тогда как Ксхартех махнул на другую.
— Будь готов активировать устройство и использовать его истинную мощь. Мы с Алахрой придем к тебе, как только сможем. — Он указал боевой глефой на Ксхартеха. — Скоро у Морсуса появятся новые правители, криптек, и мы не потерпим неудачи. — С этими словами он исчез в облаках пыли.
Гелиомант задержался на мгновение, наблюдая за уходом Техерона и слушая, как рушится некрополь вокруг. С чувством всепоглощающего ужаса он побрел в противоположном направлении, спеша обратно в чертоги Китмозиса.
  
Глава 12
 
Мефистон тверже уперся ногами в пол, когда дрожь пробежала по стенам узкого бокового прохода, пролегающего над одной из огромных внутренних усыпальниц. Коридор выглядел не столь великолепно: тут не было скульптурных изваяний и жаровен, которые попадались в предыдущих залах, но и здесь безошибочно угадывалась чужеродная архитектура. Невероятно гладкие стены, сделанные из того же черного камня с изумрудными прожилками, что и склепы, были отполированы до такого блеска, что в них отражались богато украшенные латы Кровавых Ангелов, бегущих при зеленом болезненном свете.
— У них получилось, — сказал старый огрин, прислушиваясь к отдаленным взрывам. Мефистон кивнул.
— Но раньше, чем мы условились.
Арголис сотворил знамение аквилы. В неестественном сиянии стенных электросхем он выглядел как подземное чудовище, вылезшее из пещеры, чтобы напугать воинов своим нечеловеческим взором.
— Надо поторапливаться, — приказал Мефистон. — Каждый некрон в комплексе бросится защищать эту брешь. Сабиняне отвлекут их на некоторое время, но когда ксеносы не обнаружат вражеской армии, то поймут нашу уловку и вернутся в эти залы. Мы должны установить последний заряд и уйти до этого момента.
— А как же «Клятва на крови»? — спросил Рацел. — Если некроны догадаются, что мы стоим за этой атакой, они вряд ли будут соблюдать заключенное перемирие. Эфирный щит, который мы подняли, не выдержит длительного обстрела.
Мефистон кивнул:
— Поэтому нужно найти самый короткий путь к центральному узлу регенерации.
— Я проведу вас, — вызвался Арголис, отталкиваясь от стены и поспешно пройдя вперед. — Планы, что я показывал в соборе, точны до мельчайших деталей. Мы составляли схему туннелей десятилетиями, используя те же самые звуковые приборы, которые применялись для обнаружения прометиевых жил. И у меня была целая жизнь, чтобы запомнить карту.
Они бежали по коридору, и вдруг из расположенных ниже залов донеслась зловещая панихида. Некронская сигнализация протяжно играла низкую скорбную ноту, которая эхом отдавалась в проходах. Жуткая и диковинная, она казалась зовом из прошлого.
 
Как только отряд достиг перекрестка, Арголис махнул в сторону правого ответвления, которое вскоре вывело их на просторный балкон с видом на один из больших погребальных чертогов.
Как и предсказывал Мефистон, в некрополе кипела активность. По залу сновали отделения некронов-воинов и личей. Они перемещались той же синхронностью и четкостью, что и всегда, но куда быстрее, и стремительно прогрохотали через арки в конце зала.
— Мы должны перебраться на ту сторону, — объяснил Арголис, указывая на лестницу напротив, ведущую на другой балкон и к нескольким проходам. — Так мы окажемся почти в центре всего комплекса. — Он обернулся к Кровавому Ангелу, несущему взрывное устройство. — Если мы устроим взрыв там, запустится цепная реакция и вся крепость рухнет.
Мефистон кивнул.
— Как только зал опустеет, мы пересечем его и включим устройство. У вас будет время покинуть крепость до взрыва.
Рацел нахмурился:
— У нас?
— Мне ведь еще нужно найти устройство, которое заблокировало мое варп-зрение, Рацел. Победы над некронами может быть недостаточно, чтобы пелена спала. Если причина моей слепоты останется неизвестной и будет погребена под тоннами обломков, я не смогу выследить демона. Полагаю, аппарат где-то недалеко отсюда — почти под тем местом, где Арголис намеревается разместить взрывчатку. Я доберусь до нижних уровней, отключу устройство и выберусь через один из нижних выходов.
Рацел посмотрел на Арголиса.
— А другие выходы есть?
Огрин кивнул.
— Но их могут охранять.
Рацел почесал бороду.
— Я не понимаю, как…
— Милорды, — прервал разговор лейтенант Серват из задних рядов группы. — Я что-то слышу.
Они остановились и прислушались. Поначалу это было похоже на слабый дождь, барабанящий по некрополю, но потом звук стал громче, как будто начинался оползень. Мефистон взглянул на Рацела, но в мерцающих глазах старого библиария отразилось такое же замешательство.
Они пошли обратно по коридору к источнику звука. Арголис взволнованно принюхивался, расхаживая взад-вперед. Затем он зарычал и присел на корточки, указывая абляционной дрелью назад по узкому коридору.
Мефистон вытащил Витарус, когда постукивание усилилось.
— Одна из казней древних, — пробормотал Арголис сдавленным от злости голосом. — Meталлическая саранча. Она сдерет плоть с наших костей, если мы…
Тени рассеялись, и волна сверкающих панцирей устремилась к воинам.
Кровавые Ангелы открыли огонь и шарами плазмы превратили коридор в синюю преисподнюю. Серебристые скарабеи сплошным ковром ползли по стенам и пронзительно трещали, сгорая в пламени. Кучки механических насекомых отступили, но их было так много, что некоторые бросались прямо сквозь заградительный обстрел.
Боевой брат Анассус упал, выронив оружие и схватившись за шлем: сотни металлических конструкций принялись пожирать его броню; вокруг образовалось облако алых брызг.
— Отходим! — выкрикнул Мефистон, шагая вперед с воздетым Витарусом.
Космодесантники отступали с боем, отстреливаясь и яростно хлопая себя по доспехам, когда скарабеи спрыгивали с потолка.
Арголис взвыл и разрядил дрель, испарив пятно скарабеев. Мефистон занял позицию рядом с ним и, ругаясь, достал из ножен Витарус. Клинок замигал рунами и выпустил волну жара, рассеявшую скарабеев с грохотом взрывов. Их обгорелые панцири закружились в воздухе, окуренные тлеющими угольками.
Наступила короткая тишина, а затем снова послышалось чириканье. Еще сотни искусственных насекомых вырвались из темноты, устремляясь к Мефистону. Он нанес Витарусом удар наотмашь, швыряя сгусток пламени, и снова множество маленьких созданий попадало в кучу испепеленными, однако их было так много, что некоторые проскочили мимо него к другим Кровавым Ангелам.
Рацел поднял силовой меч, и тот вспыхнул тем же синим огнем, что и Витарус, тогда как капюшон доспеха библиария загорелся белым. Эпистолярий прочитал заклинание, и скарабеи, избежавшие гнева Мефистона, взорвались, наполнив тесное пространство шрапнелью.