В плену его демонов (СИ)

Вокруг задвигались тени. Ее рука на другом уровне снова оказалась у мастера тату. Той потребовался только один ранее стертый завиток, чтобы я вышла из ментала и вздохнула полной грудью.
— Прости, — успела прошептать я Рипли и провалилась в благословенную темноту.
  
Глава 17. Светлые и темные 
 
Лекари долго отказывались меня отпускать, пытаясь докопаться до причины транса, но мне было не до их изысканий, мне бы найти ответы на свои вопросы!
Сбежав в очередной раз из лечебницы, я прямиком направилась в комнату Рипли. Дверь была не заперта, но его там не оказалось. Я присела на кровать, чувствуя слабость. Меня потряхивало, знобило и покрывало испариной.
Раз уж все равное ждать упрямого блондинчика, то какая разница сидя или лёжа?
Я уснула во второй раз, но теперь не от потрясения, а от слабости. Из меня как будто вытянули все соки, а идти на погост не было сил. Но самое скверное, Дик скорее всего не поведет меня на кладбище за восстановлением сил, а пристанет с вопросами, откуда у меня рисунок руны…
Я протяжно зевнула.
Совру, что взяла его из дневника Нины.
Я просыпалась медленно и мучительно, словно пыталась пробудиться от затяжного сна, все еще не выспавшаяся и не набравшаяся сил. Но сбросить тревожащие и даже жалящие ощущения не получалось. Я простонала и выгнулась, чувствуя волнующие касания к своему лицу, к шее, томительные поглаживания ниже. Тогда я сама начинала извиваться, выпрашивая больше.
И только тогда распахнула глаза, а руки сами оттолкнули Рипли.
— Ты теперь всегда будешь набрасываться на меня как голодный монстр?
Но Рипли только рассмеялся, продолжая поглаживать меня под коленкой. Самое неприятное было в том, что мне нравилось. К слабости добавилась еще жажда снова прикоснуться к силе Рипли. Я не понимала, что меня может тянуть к рогатой тени мага, но тянуло.
Рипли видимо тоже, раз он продолжал манипулировать моим телом.
— Ты хотя бы дверь запер? — слабым голосом спросила я.
Дик кивнул и наклонился ко мне, чтобы начать свое нападение с поединка языков. Я проигрывала, безбожно проигрывала и теряла связь с реальностью.
— Эй? Аня? — Рипли хлопал меня по щекам, пытаясь привести в чувство. — Ты не рановато от лекарей сбежала?
Он хмурился, а я слабо улыбалась.
— Лежи, сейчас раздобуду тебе еды и компота.
— Дик, — я сама не узнала свой голос. — Мне лучше травяной чай. У меня… В комнате…
Рипли уже стоял надо мной и хмуро посматривал вниз.
— В траве твоя сила?
— Да.
— Лежи. Сейчас что-нибудь придумаю.
Он ушел, а я опять провалилась в полузабытье. Все же в этом бессилии было что-то отвратительное. Что-то похуже болезни.
Вернулся Дик нескоро. Поставил поднос на стол, вне моей досягаемости, сел на край постели и буквально сунул пучок травы мне в рот.
Я отплевалась, пытаясь в сумраке разглядеть, что за траву он мне принес.
— Вообще-то, в моей комнате помимо лекарственных трав есть ядовитые, — сообщила я.
— А что еще есть в твоей комнате? — так же нелюбезно спросил Дик.
— Много чего. Но это не опасные, правда их лучше заваривать, чем жевать высушенные.
Я села поудобнее, ожидая, что Рипли сейчас подаст мне поднос, но он даже не почесался.
— Ты будешь меня кормить?
— Обязательно. Сразу же как получу ответ, откуда у тебя эта руна? — Рипли взял мою руку за запястье и оголил до локтя, показывая на завершенный рисунок.
— А эта… Сейчас? Можно я сначала поем?
— Сейчас.
— Ну… Я нашла ее в дневнике Нины и решила попробовать.
— О! — кроме короткого удивленного “о” Рипли не произнес больше ни слова.
Он встал, перенес поднос на постель и поставил мне на колени.
— Ешь.
Всегда приказывает. Вот что за натура? Но сопротивляться я не стала, силы таяли на глазах, а я не ради этого выкарабкалась с того света, чтобы снова туда попасть.
С наслаждением опустила ложку в полужидкую кашу и после пары глотков уже отломила хлеб, чтобы было сытнее.
— Знаешь, в чем прикол? — снова заговорил Рипли, до этого пристально наблюдая за моей трапезой. — В дневнике Нины нет ни одного даже близко похожего чертежа.
 
Я закашлялась, подавившись хлебом. Зря я все же его взяла, лучше бы кашу хлебала.
— С чего ты взял? — откашлявшись, спросила я.
— Внимательно изучил, пока обыскивал твою комнату.
И вот тогда чертов Рипли достал из внутреннего кармана жилета сложенную тетрадку Нины.
Молодец, Аня, отлично спрятала! Под подушкой — больше не самое надежное место, запомни.
— Э-э… Ты считаешь нормальным шарить в кровати девушки?
— В кровати моейдевушки я могу шарить, когда хочу.
Ой, лучше бы он этого не говорил. Или лучше бы начал говорить, когда я уже поела.
— Я не т-твоя д-девушка, — заикаясь выдавила я, отставляя поднос, чтобы случайно не опрокинуть.
— Серьезно? — приподнял одну бровь Рипли. — А чья же?
Вопрос с подвохом.
— Ничья.
— Ничьи девушки не засыпают в моей постели, не стонут в моих объятиях, не рискуют ради меня жизнью и не заставляют рисковать моей.
Да, тут я вынуждена была согласиться, что между мной и Рипли как-то много всего накопилось, чтобы делать вид, что мы друг другу никто.
— А твоя девушка имеет право на маленькую тайну? — прищурившись поинтересовалась я.
— Исключено, — отрезал Рипли.
— Тогда я больше не твоя, — припечатала его. — Сейчас доем, задам вопрос и вернусь к себе. И я запрещаю приходить ко мне, Рипли!
— Сейчас доешь и ответишь мне на все вопросы, Аня. А если будешь упрямиться, придется тебя привязать веревками к кровати. Моей кровати. Как тебе такой вариант?
Вариант был отвратительный и похоже только один, без выбора.
Теперь я жевала медленно, не торопясь, проглатывала каждый кусочек и снова откусывала маленький.
Рипли терпел. Скрипел зубами, играл желваками, но молча наблюдал, когда еда на тарелке закончится. К тому моменту, как я доела кашу, мой травяной чай уже остыл и был отвратительно горький.
— Ну ладно. Я передумала массу вариантов, что тебе наврать, но ты ни одному не поверишь. Давай торговаться, — предложила я.
— У тебя есть что-то, что ты можешь предложить на обмен? — удивился Рипли, забирая у меня поднос и чашку с недопитым чаем.
— Ну-у-у… — протянула я, поглядывая на него из-под ресниц.
— Не годится. Я могу это взять, когда захочу без торговли, — самоуверенно усмехнулся он.
Я надулась. Это был самый приятный вариант обмена.
— Тогда я дам тебе оружие против соперников в испытании.
Тут Рипли заинтересованно обернулся и удивленно спросил:
— Ты видела меня на арене и думаешь, мне не хватит сил победить всех этих напыщенных магов-учеников?
— Сил может и хватит, а вот хитрости точно нет. Пойдем ко мне, я покажу тебе на примере.
Рипли замер, будто решая идти со мной или нет. Потом кивнул. Уже находясь в своей комнате, я достала завернутый в мешочек порошок щекотуна.
— Дай мне руку.
— Зачем?
— Ты не доверяешь своей девушке? — язвительно осведомилась я, протягивая руку и делая пальцами жест, мол, побыстрее.
Рипли усмехнулся, но протянул мне свою.
Я освободила руку от рукава, закатав его до локтя, потом взяла лопаточку, которой работала с травами и порошками, подцепила на кончик немного молотого щекотуна, опустила на кожу Рипли и чуть растерла.
Осталось досчитать до трех.
Три… Два…
— Твою мать! Что это?! — Рипли взвился и вырвал руку, потрясая ею в воздухе, стараясь стряхнуть порошок, но было уже поздно.
— Убери это! Слышишь? Убери немедленно!
Я оперлась бедрами на стол, сложила руки на груди и четко произнесла:
— Обмен, Дик. Я выкупаю свою тайну, сдавая тебе чужую. Соглашайся.
Рипли чертыхнулся и побежал в ванную под мой смех.
— Лучше не мочи! Будет только больнее. Щекотун не смывается водой.