В плену его демонов (СИ)

Что-то похожее на то, что заполняет контур человека в моем ментальном мире.
Неужели Нина была такой же, как я?
Я раскрыла дневник на той странице, откуда выпал рисунок и вчиталась в строки.
«Если я найду знак, позволяющий мне усилить свою магию, я разберусь с Церсой сама! Мне помощники будут не нужны».
Почему я не додумалась поискать знак, усиливающий мою магию?! Это же так просто! Спасибо Зое, что отдала дневник Нины мне.
Снова вернуться к чтению я смогла только ближе к ночи, после того, как вредный Рипли вытащил меня на погост, но заставлял перепрыгивать через ограды и прятаться от него, чтобы не получить многохвосткой по заднице.
Что это еще за развлечения? То ли ему просто скучно, и он так развлекается, то ли решил не терять время, пропущенное мной на тренировке. Но мне даже в голову не пришло, что он снова тестирует мой ментальный уровень!
— Ничего не понимаю. Вчера ты готова была падать в обморок при одном моем приближении, а сегодня хоть бы что. Я даже тронуть тебя не могу… Хм…
А дальше разгадка была близка. Рипли со мной больше не разговаривал, просто взял за шиворот и рванул броню вместе с нательной рубахой, оголяя мое плечо с нарисованными тату.
— Умно, — похвалил он, но как-то безрадостно. — Раз ты закрылась от ментала полностью, буду выжимать тебя физически. Ты ведь хочешь выжить, Возник?
Жить я хотела, но больше всего хотела дочитать дневник Нины и узнать, как далеко продвинулась она в своих поисках.
Вряд ли нашла тот самый знак, иначе не погибла бы, а отомстила Церсе. Но я доделаю ее работу. Приятно знать, что я не одна такая с полудохлой магией, что другие сталкивались с тем же и боролись.
Только ночью, оставшись одна, я открыла дневник и углубилась в чтение.
Пролистав страдания Нины от издёвок Церсы и ее компании гадюк, я нашла первые записи о необычных приступах. Нина называла из «озарениями». Но по описанию они очень походили на то, что видела и чувствовала я во время приступов.
Нина тоже видела черные тени магов, но у самой все было зеленым и шевелящимся.
«Не понимаю, почему у магов сущности такие огромные, а у меня похожи на червячков и бабочек, много мелких шевелящихся насекомых. Мне не противно, я обожаю насекомых, моя мама с детства приучила не бояться тех, кто нас кормит.
Папа — пасечник, и мед — наше сладкое золото. Помню у меня был свой муравьиный домик, и я следила каждое утро за тем, как они строят свои лабиринты…»
Воспоминания детства я пропустила, пролистнув несколько страниц.
«Я не могу взять под контроль свои озарения! Лекторы считают меня никчемной, и только Зоя знает правду обо мне. Она верит, что я обладаю силой. Я рассказала ей про тени и свой ментальный уровень. Она пообещала найти информацию в хранилище книг».
Значит, Зоя — друг?! Какое облегчение, что моя жизнь зависит не от одного Рипли. Можно не прятаться, а подойти и спросить Зою напрямую.
«Мелкие зеленые червячки непослушные. Они не хотят подчиняться моим приказам. Я пробовала управлять ими как Зоя управляет сущностями, но ничего не выходит — они рассыпаются и разбегаются, а меня выталкивает из ментального уровня.
Нужна печать! Но они все разработаны для магов с тенями. Арканов для управления моими тараканами просто не существует. Но если придумать? Самой? Я смогла бы усилить воздействие на них и заставить подчиняться!»
Мое сердце бешено заколотилось. Вот оно! То самое! То, что я желаю больше жизни.
Долистав до конца дневника, я разочарованно застонала. Нина не нашла нужный аркан, попробовала многие модели, но так и не добилась результата. А потом она покончила собой.
«Зоя предала меня. Церса выставила полным посмешищем. Я ничтожество! И не могу покинуть Академию… Или могу, но только одним способом».
В дверь раздался короткий стук. Я неохотно выползла из-под одеяла, и посмотрела на часы. Глубокая ночь. Кто может прийти в такое время?
Конечно, Рипли!
— Доброй ночи, наставник. Дверь попутали? Или, о боги, этажом ошиблись?!
— Смешно, — тихо ответил Рипли и втолкнул меня обратно в комнату, заходя внутрь и закрывая за собой дверь. — Сегодня я был в библиотеке.
 
— О! Про хранилище! Зоя знает про такую магию, как у меня, Дик! Нина была ее подругой, и у нее…
— Зоя — не друг. Не сближайся с ней и храни от нее свою тайну.
Рипли не шутил.
— Что с Зоей? — подозрительно переспросила я.
Сейчас я снова решала, открывать ли Рипли тайну дневника или нет? И если Зое нельзя доверять, зачем она дала тетрадку мне?
— Что это? — совсем другим, срывающимся от гнева голосом спросил парень, выхватывая дневник Нины из моих рук.
— Эй! — возмутилась я, и тут же прикусила язык. — Это… мое.
— Все твое — мое, — немедленно отозвался Рипли, раскрывая дневник на середине. — Твой дневник?
Теперь в голосе звучала насмешка. Я заметила, что голос у Рипли очень выразительный. Но в одном он прав — если бы не вступился за меня, таким же мог стать и мой дневник.
— Да ты, оказывается, плакса, Анна!
— Ты пришел сказать мне об этом? — я вопросительно изогнула бровь, выискивая возможность забрать дневник у Рипли.
— Нет. Я хотел предупредить против Зои. Она подозревает тебя и может спровоцировать на признание. Что-то сказать, наплести ложь, что у нее похожая магия, но ты не верь.
— Спровоцировать? — напряглась я. — Зачем ей это?
— Чтобы предать как Нину?
Он странно ответил — вопросом на вопрос. И если бы я не читала дневник, я бы не поняла его предположения. Но я читала и запомнила строчки, написанные Ниной. Зоя предала ее, бросила.
— Дик, — срывающимся голосом окликнула я его. — Зоя уже… Пыталась. Это она дала мне дневник.
— Это дневник Зои?! — удивился Рипли, снова открывая его наугад.
— Нет, Нины… У нее тоже зеленый ментальный мир.
Вот теперь я свободно взяла дневник из рук Рипли, открыла его на нужной странице и снова отдала.
— Читай.
— Включи огонек, — распорядился он, и без всякого стеснения одетый рухнул на мою кровать, закинув ноги в сапогах на спинку.
— Эй?!
— Ложись рядом, — хитро улыбнулся Рипли, разглядывая меня. — Ты тощая, тебе много места и не нужно.
Я надула губы и выпятила подбородок. Не дождется! Но проблема Рипли в том, что он ждать и не собирался. Резко согнувшись, он схватил меня за рукав пижамы и повалил на себя, снова раскладываясь на моей постели.
— Рипли, ты невыносим!
— А другие уверяют, что я обворожителен!
И без перехода снова сделал это! Поцеловал!
Я конечно же не позволила бы ему этого, просто оказалась застигнута врасплох. Но под упругим натиском его губ я неожиданно для себя растаяла, позволяя ему изучать изгиб моих губ и мягкость.
Рипли сжал меня сильными жилистыми руками, впиваясь в бока пальцами и наверняка оставляя на теле синяки, притянул выше, практически распластав меня на своей груди. Охнул в мои полуоткрытые губы, и поцелуй моментально стал не просто поверхностной экскурсией, а углубленным изучением моего рта.
На секунду я распахнула глаза, чтобы остановить Рипли, а в следующую застонала от чувственной волны дрожи, разлившейся по телу. Глаза закатились, пальцы сами вцепились в рубашку парня, а рот раскрылся шире, позволяя Рипли творить непристойности с моим языком.
Разве можно быть таким красивым, сильным и развратным одновременно? Парень и правда талантлив от бога!
Я вскрикнула и застонала, когда он сжал руками мои ягодицы и теснее впечатал в свое напряженное тело. Я почувствовала, насколько Рипли напряжен. Почему-то именно с ним я остро ощущала свою женственность и мягкость, ни на миг не забывала, что Рипли в любой момент может предъявить на меня права, а мне даже нечем будет прикрыться.
Но самое обидное, я и не хотела закрываться от него. Но тогда моему будущему придет конец.
— Мы не можем, — простонала я, пытаясь подняться с его груди.
— А кто нам запретит? — глухо ответил Рипли и снова нашел мои губы.