Посох Мерлина (СИ)

Так, за разговорами и чисткой одного-единственного пегаса, прошёл урок. Это, как ни странно, заметил Брендон, скармливая очередное яблоко Тучке. Душевно попрощавшись с добродушной тётушкой Долли и милой Эйлси, ребята направились к замку.
— Тучка — совсем несерьёзное имя для такого гиганта, — размышляя вслух, сказал Кит, разглядывая летающих на уровне облаков птиц. — Ему надо было дать имя Шторм или Гроза, или что-нибудь в этом роде.
— По-моему, Тучка — весьма милое имя, — пожала плечами Мелани, перебирая букет из сорванных ею отцветающих осенних полевых цветов.
— В том-то и дело, Мелли, оно не должно быть милым, — упрямо продолжал Кит.
— Я бы ему вообще драконье имя дал, — встрял Брендон. — Если это тот самый конь, что был вчера в нашей упряжке, то у него самые настоящие драконьи крылья!
— Сколько раз ты видел драконов? Мне кажется, что не так много, ведь его крылья вообще не похожи на драконьи.
— Для меня похожи, — пожал плечами Картер.
— Интересно, — прервала разговор о драконах Мелани. — Что мы будем проходить по амддиффину сегодня?
— Ничего страшнее водных фей вы точно не пройдёте, — послышался чей-то насмешливый голос. — А то Картер засунет голову кому-нибудь в рот, и поминай как звали. Ему мозгов больше ни на что не хватит.
— Фосети, — растягивая гласные, как это делал Джереми, сказал Брендон, поворачиваясь на пятках к своему родственнику. — А ты, я погляжу, побоялся даже водных фей.
Брендон злобно посмотрел на Паркер и Вермора, которые умудрялись выглядеть в школьной форме так, будто их вот-вот позовут на важный приём, в то время как у Брендона виднелись пятна от сока травы на брюках.
— Фосети, зачем связываться с малышнёй? — с презрением оглядывая троицу, спросила Паркер.
— Потому что у нашего милого Вермора только на это смелости хватает, — издевательски заметил Картер. — Он даже под страхом смерти никому из мюридхаудцев хоть на год старше себя так не скажет, иначе папочка ругаться будет.
— Не нарывайся, Картер, — скривил рот в непонятной улыбке Фосети. — Ты, поди, ни одного заклинания не знаешь, а нарываешься.
— Он тебя и голыми руками отчебучит, — не выдержал Кит.
— Вы такие самоуверенные дети, — сказал не пойми откуда взявшийся Киллиан. — Мы бы из вас всю вашу напускную храбрость выбили, будь на это время, но увы, у нас урок.
— Так страшно за свои морды? — никак не унимался Брендон.
— Слушай, ты, ангелок, ты позоришь всех волшебников, а не только свою и без этого грязную семейку. Ты настолько туп, что до сих пор веришь во все их сказки, в каждое слово, и не видишь, что на самом деле является правильным. Ты…
— Не смей вплетать мою семью, Вермор! У нас хотя бы руки чисты!
— А всё ли ты знаешь о них? — издевательски произнёс Фосети. — Ты, может, и не в курсе того, что происходит в твоей семейке? Не знаешь своей истории, Картер?
— Заткнись или…
— Или что? Ты не нажалуешься своему папочке, как в прошлый раз. Теперь тебе придётся самому за себя постоять. Добро пожаловать в Гринчвилд, Картер.
Каждую фразу Вермор говорил чётко, злобно, его слова о семье оставляли раны на сердце Брендона. Фосети криво усмехнулся и, зло сверкнув глазами, направился в замок. Какой-то старшеклассник, явно знакомый с Брендоном, с ледяным и надменным взглядом произнёс:
— Знай свое место, щенок, — и пошёл следом за Киллианом и Фосети.
— Я не знаю, о чём именно они говорили, — пытаясь звучать бодро, сказала Мелани, — но судя по словам мистера Хогана, ты определённо надерёшь им зад в ближайшее время.
Брендон вяло улыбнулся и молча пошёл в замок.
Ребята опять вбежали в класс как раз в ту минуту, когда прозвенел звонок. Картер, не сказавший ни слова за всё время, плюхнулся на первый попавшийся свободный стул и церемонно поставил свою сумку на то место, куда сядет Кит, когда заметил краем глаза растерянный взгляд Кэролайн, явно искавшей свободное место.
Все уселись, пошла пятая минута урока, а таинственного мистера Эванса всё ещё не было. Некоторые ребята, которые учились в кайндаймхе, от безделья запускали бумажные самолётики в воздух и друг в друга. Их громкие голоса, казалось, слышал весь этаж. мюридхаудцы же тихо перешёптывались между собой.
 
Обычно огненный и водный классы конфликтовали друг с другом, и это уже считалось чем-то сродни традиции, такой же, как тихая конкуренция за лучший аттестат между драммондом и алэйсдэйром и соревнование между кайндаймхом и сайлотаком за самую масштабную проделку. Эту особенность перенимали многие школьники из года в год, даже не интересуясь причинами такой обоюдной ненависти.
Брендон, который, казалось, отошёл от стычки с Фосети, обсуждал с запыхавшимся от быстрого бега Китом идею о внедрении пегасов в атенеум в свободном доступе для учеников, иногда замечая, как важно задравшие головы мюридхаудцы посматривали кидали насмешливые взгляды в сторону его одноадранцев. Перешёптывающиеся между собой девочки с кайндаймха смотрели на прыгающих от места к месту мальчиков точно с такими же выражениями лиц, но только от девочек получать такие взгляды было ни капли не обидно, а вот представителей драконьего класса так и хотелось ударить.
Знал бы мальчик, что именно с такими же мыслями сидела Кэролайн, следя за надменной Сьюзан! Найдя свободное место за партой со смешной рыжеволосой Дороти Блер, безостановочно болтающей со всеми вокруг, Дан чувствовала себя одиноко и с непонятной завистью наблюдала, как противно кокетничала со своими одноклассниками Паркер. Кэролайн несомненно бы начала думать о возможных причинах такой непонятной ненависти к подруге Фосети, если бы не внезапное появление учителя. Было сразу видно, что этот мужчина не такой, как остальные учителя, хотя бы по тому, как он вошёл в класс, поэтому девочка с интересом начала изучать своего преподавателя.
Мистер Эванс бесшумно, не афишируя своё появление, проскочил между первоклассниками и так же без единого слова уселся на край стола. Мужчина молча и расслабленно сидел какое-то время на массивном столе, заинтересованно следя за детьми. Его ноги были скрещены в длинных щиколотках, клетчатые укороченные брюки приоткрывали бронзовую кожу и необычные носки в полосочку. Учитель внимательно смотрел на детей и подёргивал ногами, которые были обуты в лакированные туфли.
Он не сказал ни слова, но класс почему-то довольно быстро заметил широкоплечего мужчину, изучающего их, и, тут же рассевшись по местам, затих. Дети ждали, что учитель что-нибудь скажет им, отругает за неподобающее поведение, но мистер Эванс продолжал молчать, постукивая каблуками о низ стола, и смотреть на учеников, будто выискивая среди них кого-то особенного. Потом, когда серые глаза учителя нашли и изучили лицо Картера, мужчина резко и всё так же бесшумно спрыгнул со стола. Затем взмахнул руками, как бы раскрывая для учеников свои объятия, и мягко, невероятно красиво улыбнулся, обнажая белые зубы с заострёнными, почти что вампирскими, клыками. Брендон в этот момент был готов поклясться, что услышал чьи-то восхищённые вздохи, и заелозил на месте в поисках источников звуков, но мистер Эванс проигнорировал это и громко представился.
Тембр его голоса был необычайно глубоким, и в то же время каким-то нежным и спокойным, и в его речи иногда проскакивал лёгкий, чарующий акцент. Такой голос можно было бы слушать бесконечно.
— Я Себастиан Эванс, ваш учитель по амддиффину, — всё так же внимательно осматривая учеников смеющимися серо-голубыми глазами, начал мужчина. — Но я всего немного старше вас, поэтому можете называть меня просто Себастиан. Знаете, я считаю, что амддиффин — почти самое интересное и древнее искусство. Возможно, вы слышали, что раньше, задолго до рождения Мерлина, нам не нужны были солторы, и мы могли колдовать без произношения заклинаний и взмахов руками, тростями и тому подобного. Однако та злополучная битва Мерлина и Барр лишила нас такой привилегии, и теперь нам приходится учиться простейшим и естественным вещам, таким как защита — и, конечно, нападение. Но это даже хорошо. Представьте, как бы трудно сейчас жилось хабиталам в окружении магов, которые не нуждаются в солторах. Или как трудно было бы скрывать свою безграничную мощь нам, волшебникам, а это очень непросто, ведь как-то они всё же узнали о волшебстве, эльфах и даже Мерлине, хоть и принимают это сейчас за сказки.