Магистр бессильных слов (СИ)

— Вчера? — удивилась Аннель. — Вчера никто никого не изображал. Марцель приходил за своим выигрышем, а проигрыш его мы даже не доели. Не хотите кусочек, учитель?
Она сняла крышку с коробки, предъявив роскошный почти нетронутый торт с затейливыми сердечками из розового крема на поверхности.
— Аннель! — позвал громкий голос графа Шекая, и сам он, опять величественный и властный, как и подобает носителю ордена Большого креста, распахнул дверь в классную комнату и смерил перебирающего листы эссе Иштвана взором монарха, только что закончившего во дворце травлю тараканов и вдруг заставшего одного из последних недобитых в своей сокровищнице.
— Снова вы, господин Йонаш, — процедил он презрительно. — Что вы тут делаете?
— Господин учитель проверяет мое домашнее задание, — выручила Иштвана Аннель.
— Дочь, — обратился граф к принцессе, — тебя ждут гости. Хозяйке неприлично так надолго покидать общество. А с твоим учителем, раз уж он здесь, мне надо завершить финансовые расчеты. В прошлый раз вы забыли взять чек, господин Йонаш, — пояснил граф, присаживаясь к столу. — Сейчас я выпишу вам новый, — и поторопил дочь. — Аннель, ступай в гостиную.
Аннель заколебалась на мгновение, но все-таки послушалась и вышла из комнаты.
— Нет никакой спешки с расчетами, господин граф, — заметил Иштван дипломатично. — Впереди еще месяц занятий.
— Я рассчитываю вас сейчас и окончательно, — поставив росчерк на чеке, сказал граф холодно. — Вы здесь больше не нужны и покинете мой дом немедленно.
— Вы обещали Аннель, что мы будем заниматься до ее поступления в Академию, — сдержанно напомнил Иштван.
— Аннель завтра же отправится в столицу, — объявил граф твердо. — Во фрейлинский корпус. Где и пробудет полгода до своего замужества. Соглашение о помолвке будет подписано, — он взглянул на часы, — через сорок минут. На этом с вами все, — он подвинул к Иштвану подписанный чек.
Резко распахнувшаяся дверь громыхнула, ударив в стену.
— Нет! — крикнула Аннель, встав на пороге. — Никакой помолвки и никакого корпуса! Я еду в Академию, ты обещал!
— Подслушивала, — скривился граф. — Ты совершенно не умеешь себя вести, дочь! Надеюсь, в корпусе Королевы Жофии с этим справятся. Пожалуй, велю, чтобы тебя заперли прямо сейчас. Маркиз Келемен будущую невесту уже увидел, а соглашение о помолвке я подпишу сам. Скандалы мне не нужны.
— Ты! Ты! — принцесса захлебнулась от ярости. — Ты — лжец! Предатель!
Она подскочила к столу, схватила открытый торт и со всей силы обрушила отцу на голову. Захлебнувшийся кондитерскими сердечками граф как-то сдавленно хрюкнул, затряс головой и резко вскочил, рассыпая вокруг бисквитные крошки. И тогда Иштван шагнул к нему вплотную, взял одной рукой за лацкан сюртука, а другой выплеснул в измазанное кремом лицо остатки своего шампанского.
— Вы действительно лжец и вдобавок трус, — произнес он презрительно. — И если вспомните потом эти мои слова, можете прислать секундантов. А сейчас расслабьтесь и отдохните. И снимите сюртук, он нуждается в чистке.
  
Глава 24. Пьеса для двух актеров
 
Когда сомнения отрину,
Останется: «Ну как ты мог?»
Полученный от друга в спину,-
Всегда отравленный клинок.
Й.
Мия и Эган, о чем-то тихо беседуя, прохаживались в непосредственной близости от двери в библиотеку, и со стороны казались исключительно красивой и гармоничной парой. Должно быть обсуждают не бывших черных и их проблемы, подумал Иштван, глядя на магов с верхней площадки лестницы, прерывать их разговор ему показалось бестактным. Но как следует проникнуться этой мыслью все равно не удалось, потому что из библиотеки выскочил вдруг кажущийся совсем уж невменяемым Марцель, закрутил головой, увидел Мию и бросился к ней, восклицая:
— Госпожа инспектор, где Аннель? Вы не знаете, где она?!
Иштван сбежал по лестнице и успел перехватить уже отскочившего от Мии и готового нестись куда-то дальше окончательно взбесившегося юнца:
— Что случилось?
 
— Где Аннель? — вцепился в Иштвана ученик. — Где она?
— У себя в комнате, с ней все в порядке. Что с тобой, Марцель? — успокаивающе заговорил Иштван.
— Он… господин Вигор… он сказал, что Аннель выходит замуж! — с трудом выговорил Марцель. — Что сегодня оглашение помолвки… Но она же не могла?..
— Конечно, нет, — заверил Иштван, приобнимая юношу. — Никуда она не выходит, успокойся.
— Иштван, — шепнула, подходя, Мия. — У него очаг перевозбуждения в спектре. Черная область. Угроза самопроизвольной инициации.
— Она не могла, не могла! — не слушая никого, как безумный повторял Марцель. — Ее, наверное, заставили… Граф! — снова дернулся он. — Где граф Шекай? Это он ее заставляет! Я ему скажу! Я сейчас все ему выскажу!
Он рванулся из рук Иштвана и побежал к лестнице.
— Эгон, останови его! — воскликнул Иштван. — Только помягче!
Капитан Рац вскинул руку, и Марцель плавно осел на ступеньки.
В библиотеку Эгон внес юношу на руках и уложил на банкетку у стены.
— Что с мальчиком? — всполошился сидевший над рукописью пьесы Вигор.
— Потерял сознание на лестнице, — сообщил Иштван, входя вместе с Мией следом.
— Нужно врача, — вскочил Вигор. — Я позову!
— Я врач, — остановила его Мия и, присев рядом с Марцелем, взяла его за руку. — Ничего страшного, юноше просто надо поспать.
— Совсем молодежь пить не умеет! — сокрушенно покачал головой Эгон, опускаясь в ближайшее кресло.
— Вот и еще один актер выбыл, — отметил Иштван. — Что ж, Виг, похоже, придется и мне тряхнуть стариной и сыграть в этой пьесе. Мы же не можем разочаровать принцессу в день ее рождения, так ведь?
— А что представление все-таки состоится? — переспросил Вигор удивленно. — Где сама Аннель?
— Скоро придет, — заверил Иштван. — Пока вот прислала тебе костюм, примерь!
И кинул Вигору сверток. Тот поймал, развернул, поднял сюртук за плечики, разглядывая, и вдруг увидел звезду кавалера Большого креста на лацкане.
— Это же сюртук дяди! — вскрикнул он и поспешно кинул его на стул. — Я не могу его надеть.
— Граф не станет возражать, — заверил Иштван. — Аннель с ним договорилась. По ее мнению, этот костюм прекрасно подходит резонеру.
— Нет, нет! — запротестовал Вигор, пятясь от сюртука, словно его только что снял какой-нибудь прокаженный. — Я это ни за что не надену, и не проси!
— Я ведь буду не просить, Виг, — мрачно предупредил Иштван, вставая перед ним, — ты же знаешь… Лучше начни говорить без принуждения. Зачем ты это сделал? Говори!
— Что я сделал? Я ничего не делал… — забормотал брюнет, завороженно глядя на Иштвана.
— Что ты сделал два года назад, когда я решил расплавить свои серебряные безделушки?
— Я сказал, что кончился уголь, — неожиданно ровно и бесстрастно ответил Вигор, не отрывая глаз от стоящего перед ним Иштвана.
— Это была неправда?
— Да.
— Зачем ты сказал неправду?
— Чтобы заставить тебя выйти за топливом.
— Зачем тебе было нужно, чтобы я вышел?
— Чтобы войти в твою комнату и поменять предметы в тигле.
— Какие предметы ты взял из тигля?
— Серебряные. Монету в пять форинов и маленький диск с дырой посредине.
— На что ты их поменял?
— На такие же. Я подготовил их заранее.
— Зачем ты их подготовил?
— Ради шутки, — Вигор облизал пересохшие губы. — Я просто хотел разыграть тебя. Ты всюду таскал с собой эти безделушки, никогда с ними не расставался. Я понимал, что они не простые. И когда мне попался такой же пятак, отложил его, подумав, что когда-нибудь подшучу над тобой, подменив твой амулет. А потом я увидел в ювелирной лавке и такой же диск и купил его.
 
— Когда брал предметы из тигля, ты уже знал, для чего они предназначены?
— Догадывался. Я знал, что ты используешь их в работе, а когда прочитал статью о тебе в академической газете, то понял и назначение твоих безделушек.