Проклятый (СИ)

Похоже, существа имитируют не только моих врагов. Интересно, они делают это просто чтобы вывести меня из себя или с какой-то более глубокой целью? Бахтаки вроде только пугают и пьют жизненную энергию, а тут какой-то сеанс извращенного психоанализа.
— Я умираю, — прошептала Лора. — Спаси меня!
— Сразу, как только справлюсь с проклятием, обещаю, — прошептал я, тут же приготовившись получить звуковой удар, но в этот раз почему-то обошлось.
Так, стоп, это же иллюзия, зачем я вообще с ней говорю?
— Ты должен справиться с проклятием, — проговорил невидимый Доктор. — Иначе кто будет откармливать собой моего призрака?
И в противовес мысленный шепот Мей Ли:
— Я никогда не причину тебе вреда.
— Ты призван сюда, чтобы защитить семью Михайловых, — напомнил накаченный дедок, перенесший меня в этот мир. — А вместо этого только создаешь проблемы.
— Вку-усный, — вновь прошипела Садако.
Голоса раздавались с разных сторон и звучали очень реалистично, так, словно все эти люди притаились где-то совсем рядом в темноте. И все они от меня чего-то требовали, звали или откровенно наезжали. Но ладно недавние знакомые, вскоре к ним присоединились и люди из моей прошлой жизни.
— Сынок, как же мы без тебя.
И тут же отец:
— Как был раздолбаем, так и остался. Надо же умудриться пропасть без вести, рухнув в открытый канализационный люк.
Ну не-ет, это уже запретный приём. Мысли о родителях я старался спрятать как можно дальше, чтобы не сойти с ума, и не впасть в бесконечное уныние. Для себя где-то глубоко в душе решил, что сейчас нахожусь в долгом отпуске в дальней-дальней стране, но когда-нибудь обязательно вернусь. Хотя, в наше время в любой стране мира доступен скайп и телефон, поэтому подобная глупая фантазия не выдерживала никакой критики.
Не знаю, чем руководствовались бахтаки, но копали они очень глубоко, добравшись до самого раннего детства. Я бы ни за что не узнал эти голоса, если бы услышал в реальной жизни, а тут вместе с голосами ко мне приходило точное осознание того, кто именно это говорит.
Возможно, мне кажется, но фразы выбирались таким образом, чтобы указать на мои обязательства и ограничения. Внешние и внутренние. И персонажей начали отбирать всё менее и менее близких для меня. Вскоре пошли герои кинофильмов, знакомые, случайные прохожие, и каждого из них я мог однозначно идентифицировать всего по паре слов, хотя еще секунду назад даже не помнил о них.
— Ты должен соблюдать закон.
— Иногда можно и сжульничать, если никто не узнает.
— Ты не должен оскорблять других людей.
— Говори всё, что думаешь.
— Отомсти за меня!
— Месть убивает тебя так же, как тех, кому ты мстишь.
Голоса постепенно сливались в сплошной гул, на разные лады повторяя противоположные по смыслу фразы. Очень быстро я и вовсе перестал выделять отдельные слова, начав воспринимать эмоциональные волны, как это было с Мей Ли.
Желание отомстить.
Страх.
Желание сказать то, что думаешь.
Страх.
Злость.
Страх.
Радость.
Страх.
В принципе я начал понимать, что именно мне хотят сказать местные «психотерапевты». Все мои действия ограничивал страх. Что в этом мире, что в старом. И это логично. Страх — естественный защитный механизм, как в природе, так и в социуме. Я не стану оскорблять неприятного мне человека, потому что из этого может вырасти конфликт, а то и драка. Зачем пытаться мстить, поддавшись эмоциям, если можно быть выше этого и просто отпустить отрицательные эмоции?
— Какой же ты идиот и тюфяк!
А вот этот голос мне был не знаком. Прозвучал он прямо передо мной, и впервые за всё время темнота расступилась, превратившись в полумрак, и появилась мужская фигура. Подождите-ка, это же…
— Ну, привет, — криво ухмыльнулся мужчина. Не красавчик, конечно, но в целом выглядел он очень даже неплохо. То есть, так выглядел я до того, как перенесся в этот мир и получил молодое тело. И именно его голос я узнал не сразу, потому что собственный голос звучит иначе.
— Привет, — ошарашенно ответил я и тут же задал глупый вопрос: — Ты кто?
 
— Я — это ты, дурень, — ухмыльнулся... взрослый я.
Надо же, я и не думал, что моя улыбка может быть настолько неприятной.
— Значит, если я дурень, то и ты тоже, — заметил я.
— Само собой, — согласился взрослый я. — Но от этого не легче. Ты всё неправильно понял, речь не о страхе. Страх лишь следствие. Изначальная причина — это неуверенность в себе. Ты же, Михайлов, не станешь ничего делать до тех пор, пока как следует не подготовишься и не рассмотришь все возможные варианты. И вообще, если что-то ведет к неприятным последствиям, ты всегда постараешься и вовсе избежать любых действий. Вспомни, что было с тем парнем в институте на первом курсе, который избил тебя после пар из-за того… да черт знает, из-за чего, я сам до сих пор не знаю.
— Да вроде ничего.
— Вот именно! И ты ведь не боялся драки по-настоящему, просто решил, что за подобное можно вылететь из института. Подумаешь, получил пару ударов по лицу, даже следов почти не осталось. Проще сделать вид, будто ничего не произошло, что ты и делал последующие четыре курса.
— Ну да, это логично, — без особой уверенности согласился я.
— И безопасно, — кивнул взрослый я. — Но не ведет к укреплению характера и развитию личности. Чтобы расти над собой, иногда нужно рисковать, наплевав на последствия. Где было твоё самоуважение? Этот ублюдок ударил тебя и должен был за это поплатиться! Даже в зрелом возрасте я помню об этом случае и до сих пор жалею, что ничего не сделал, тюфяк!
Очень странно, даже я давно забыл, а он всё ещё помнит.
— Да, ты мастер забывать такие вещи. И, кстати, о забытой мести, — продолжил взрослый я. — Погонщик Трупов убил ребенка, за которого ты считал себя ответственным. Ты хочешь ему отомстить?
— Конечно!
— Убить?
— Ну… да.
— Звучит уже не очень уверенно, — осклабилось в ухмылке моё взрослое лицо. — Но допустим, я тебе поверю. И каким же образом ты это сделаешь?
— Честно говоря, пока не думал об этом, — неуверенно ответил я. — Сейчас бы самому выжить, поднабраться сил, навыков и потом…
— Да, да, да, — фыркнул взрослый я. — Отмазки. Ты даже не попытался ему навредить всё то время, что был в плену. Или вот, к примеру, Орлов. Он пытал тебя, переломал пальцы, и убьет при первом же удачном случае. Ты хочешь отомстить ему или, может, нанести превентивный удар? Можно даже не делать этого самому, а просто позвонить так называемому отцу и рассказать, что тебя похитили. Или слить мужу той милой женщины, решившей тебя подвезти, кто именно её убил?
Честно говоря, сбежав из подвала я, в первую очередь, хотел оказаться в безопасности, прежде чем думать о чем-то подобном. Да и вообще, оставив позади весь этот ад, старался обо всём забыть. Но почему-то признаваться в этом, будь у меня выбор, не очень хотелось.
— Хочу отомстить, — тем не менее, ответил я.
Раз я смог произнести это вслух, то это ведь правда?
— А как думаешь, реально отомстишь? — ехидно уточнил взрослый я.
— Вряд ли, — нехотя признался я.
— Вот именно! Мы с тобой росли в таком мире, где каждое действие нужно тщательно взвешивать, рассчитывая последствия и учитывая реакцию окружающих. Ударить козла, оскорбившего тебя в клубе? А смысл, тут же прибежит полиция и придется, как минимум, вечер провести в «обезьяннике», да еще и штраф заплатить. Проще промолчать. — Взрослый я сокрушенно покачал головой. — Тебя подрезали на дороге и обматерили? Спокойно едешь дальше, молча «обтекая». Рискнуть жизнью, попытавшись отомстить за подростка, хладнокровно убитого психом в маске? Лучше отложить до лучших времен, которые, разумеется, никогда не наступят. Женщина подвезла тебя, попыталась защитить от Ордова и взорвалась в собственной машине? Очень жаль, но подумаю об этом как-нибудь потом. Ты пассивен до невозможности!
Конечно, он был по-своему прав. Точнее, я.