Перерождение задрота любящего жанр стратегии! Том 2 (СИ)

— Я думал у нас с ними было временное перемирие, до того, как они объединились с зорфами, — в очередной раз не понимая что и как тут, произнёс я.
— У нас да, а у работорговцев нет. Эльфы очень ценны для карликов, как говорят купцы: «спрос порождает предложение». Слышал, что местные бандиты совершили очень удачный рейд в их молебную рощу, где застали почти полторы сотни длинноухих в самый разгар их какого-то там ритуала. Мужчин перерезали, а их детишек и длинноногих шалав отправили к нам. Говорят, что сам Принц Гор собирается посетить нас для столь дорогой сделки и покупки длинноухих пленников. С их помощью он собирается провести обмен военнопленными, по крайней мере так местные купцы говорят…
В словах Визирия я услышал сразу две новости. Хорошая — высокотехнологичная раса, обладающая наилучшей сталью, собирается посетить это богом забытое место, плохая — после того, как эльфы узнают о том, что сделали люди, бить нас они будут с двойным остервенением.
  
Глава 33 — Плата
 
Постоянно застревая в грязи, карета медленно двигалась по большому кругу города Колд. С подачи всё того же толстяка бородача, в его «прекрасной» компании я «любовался» местными «достопримечательностями», в число которых входил: выстроенный целиком и напоминавший крепость суд; трёхэтажное строение, носившее названия Ливия, что, как я понял, служило чем-то на подобии «штаба» местному магическому ордену, коим сильно гордился Колда Эсва; ну а после, в самом конце его любимая «Алея славы».
Вдоль разбитой, узкой дороги, где едва могло поместиться в ширь две повозки, разместилась целая улица застроенная бараками, у каждого из которых стояла выбитая из камня статуя.
— Загоны с животными, ну, то есть зорфами. — Горда подметил Визирий. — Каждый из загонов охраняет десяток солдат, а также, дух великого воина и почтенного предка востока. Все они, день и ночь следят за порядком, а также за тем, чтобы грязные животные знали, кого должны бояться и уважать.
— Герои не умирают, они уходят в тень… — Видя как из ангаров, на улицу, под проливной дождь выгоняют всех закованных в цепи обитателей, до меня наконец-то дошло, где именно собирался разместить моих солдат местный правитель.
— Точнее и не скажешь, ваше сиятельство! — усмехнувшись, кивнул старик, а после добавил: — столь мудрые слова достойны быть выбитыми на камне.
Женщины, мужчины, дети… Из разговора с тем же Визирием я понял — его люди не брали в плен всех, кто казался им пожилыми или старыми. Не разбираясь кто в чём силён и как порой полезен старый человек, они резали всё что не годилось для ручного труда, или того, чтобы ими пользовались как-то по другому. Голые, местами едва прикрытые грязными обрывками ткани, рабы напоминали пленников далёкого прошлого моего времени. Однажды я видел в документалке фото уцелевших в Освенциме, и сейчас, эти бедные зорфы выглядели не чуть не лучше. Глядя на их худые, костлявые тела и переполненные ужасом глаза, моё сердце сжалось.
Будь здесь только мужчины, быть может даже вместе с женщинами, я бы просто отвернулся, но… Чёртов мир в очередной раз принялся дразнить меня. Оставь я людей под дождём, это стало бы слабостью в глазах Визирия. Запихнуть всех в один барак тоже нереально, исходя из размеров построек; я чётко понимал, что они и так там располагались один на одном. Требовалось причина для улучшения их условий содержания. Но только какая?
— Скажите Визирий, зачем их выгоняют на улицу? — строя из себя дурочка, спросил я. А после, в очередной раз, в слух об хаял местную дорогу, из-за которой чуть не прикусил язык.
— Ну разумеется, чтобы ваши люди могли занять их койки. Ваша светлость, спать на соломе, да под крышей, куда лучше, чем на земле и под дождём. К тому же, здесь рядом есть таверны, где парни смогут выпустить пар, и плац, чтобы по утрам не ржавели и дело воинское не забывали, — деловито заявил Колда Эсва, продолжая накручивать на указательный палец кончик своей бороды.
— А куда разместят рабов?
 
— Пусть мокнут… — Отмахнувшись от этого вопроса, шикнул бородач. — Меня волнуют только жизни граждан империи, а эти лишь товар… Жаль, конечно, что от испорченной части придётся избавиться, но, тут уж ничего не поделаешь. — Косо намекнув на свои возможные убытки, заявил мужчина.
— Сколько всего в Колде рабов? — пытаясь прикинуть возможную смертность и расходы, которые могут лечь на плечи Визирия, спросил я в надежде, что мне удастся хоть отчасти облегчить участь трясшихся на холоде зорфав.
— Хм… — задумался Визирий. — Шесть-семь тысяч, не больше. Сейчас, с уходом вашего брата Августа, восток переживает не лучшее время. А вот ещё полгода назад, эх… мест даже на улице не хватало, порой приходилось резать самых буйных, что бы на их одну — две койки поместить пятерых или шестерых покладистых и смирных. Весёлые были деньки.
«Да уж, веселее некуда».
Из дальнейших разговоров с Колдэ Эсва понял его намерения и планы. Моё регулярное воинство, вместе с гвардией и лучшей сотней Магнуса, намеревались разместить в местных казармах. Ополченцев и недавно завербованных собирались расположить в рабских бараках, ну а рабов Эсва действительно планировал оставить под дождём. Показав, что данная затея мне не по вкусу, и что я очень переживаю за целостность его товара, предложил тому поступить немного иначе.
Отметив ужасные местные дороги и пышные леса вокруг города, из-за которых сложно было распознать прятавшуюся в чаще угрозу, предложил Эсве, при помощи бесплатной рабочей силы подправить городок. Хотя бы на первое время я намеревался избавиться от вязкой дороги путём заваливания и закидывания ям деревянными досками. Дорого, недолговечно, но зато практично. Ведь с текущим положением дел, даже логистику внутри города, невозможно было наладить.
Визирий, отметив, что смыслящих в этом людей, в его городе нет, предложил мне самому заняться обустройством его же города. По нейтральному взгляду мужчины я понимал — местного правителя всё устраивало, а меня же, в свою очередь, устроило его решение отстраниться от дел и дозволить мне делать с его рабами всё что заблагорассудится. Так, получив в своё распоряжение пять тысяч из приблизительно семи тысяч рабов, я мог спокойно расположить оставшуюся под дождём часть зорфов в своих походных шатрах, вокруг которых дежурили бы мои люди и люди Эсва. Пусть и ночевали бы те один на одном, да и попкой к попке, но, как говорил тот же Визирий — «зато не под дождём».
Сейчас на улицах мокла лишь половина от названного мною числа, а значит, пока одни будут работать в лесу, у других будет возможность хотя бы погреться в шатрах, коими я щедро планировал наградить моих будущих лесорубов.
К тому же, с отправкой тех на вырубку, у нас появлялся дополнительный повод лучше подкармливать рабов, а у самих же зорфов, появлялась возможность находить себе дополнительные источники питания в виде всяких там корешков, трав, ягод и прочего, чем местные не брезговали питаться. А ещё, в добавок ко всему, у нас появлялась лишняя древесина, острый дефицит которой чётко ощущался в центральной части империи и в том же Нивграде. Конечно, просто так мне её никто не даст, но ведь и я помогал Визирию и его городу не по доброте душевной. И, разумеется, по окончании работ в городе Колд, я мог законно потребовать свою плату, и тот, как мой фактический подчинённый, не мог мне в ней отказать. Именно по этой причине Визирий каждый раз, когда слышал от меня, о тех или иных проблемах Колда, резко принимался воротить носом. Ведь после каждого возможного мною предложенного решения его проблем, я постоянно принимался жаловаться и напоминать тому об острой нехватке рабов в Нивграде.
Он не хотел платить мне за труды золотом или рабами, не важно. Эсва был тем ещё скупердяем, ну а я… Я, как и он прекрасно понимал, что Визирию за труд заплатить придётся. Вопрос только в том, какого размера будет плата. Ведь если мне удастся впечатлить его парой тройкой производств, возникших в его же городе, сумма, которую я мог с того запросить, могла возрасти до небес. Здесь, пока Визирий ещё жив и является моим союзником, на огромных просторах его земель я видел опасность и возможности.