Малыш (СИ)
Но для тех, кто сейчас вздыхал у края могилы, Юродивый был другим человеком — мудрым, хотя и суровым руководителем, наставником, даже товарищем. И бандиты ждали от меня соответствующих слов. Не стоило их разочаровывать…
Я еще раз обвел взглядом своих новых подчиненных и стал говорить. Я рассказал, каким сильным и волевым человеком являлся Юродивый (чистая правда), каким выдающимся мутантом он был (что еще более верно). Вдохновение, к счастью, снизошло на меня, и я вещал, как пел. Бандиты зачарованно слушали. Когда я закончил, Ред с благодарностью похлопал меня по плечу:
— Спасибо, Петер, отлично сказано! Так хорошо о Юродивом еще никто никогда не говорил. Уважил!
Затем тело Юродивого осторожно опустили в могилу и закидали землей. Сверху сделали аккуратный холмик.
— Через неделю крест поставим, — пообещал Ред, — или даже памятник. Как положено…
Затем бандиты достали оружие и дали прощальный салют — три громких, хотя и нестройных залпа. На этом похороны Юродивого закончилась. Мы погрузились обратно в машины и поехали на базу, где нас ждали дела. Мне, в частности, предстояло разобраться с бумагами Юродивого и решить вопрос с деньгами. А еще встретиться со старухой Марой и с Ирмой. Со своей любимой, обожаемой Ирмой…
Ред собрался вместе с бандитами помянуть Юродивого. Скромно, но с глубоким чувством и должным уважением. Я принимать участия в поминках не стал — во-первых, совсем не употребляю алкоголь (мне даже от пива делается плохо), а во-вторых, поминать его мне совершенно не хотелось. Сами догадываетесь почему…
Глава четырнадцатая
Новые заботы
По моему приказу Ред привел Мару. Я в это время сидел за столом и просматривал бумаги Юродивого. Нашлось там кое-что интересное… Старуха посмотрела на меня внимательным взглядом, хмыкнула и без приглашения уселась в кресло.
— Иди, Ред, — приказал я, — у нас с травницей долгий разговор будет.
— Может, помочь чем? — Ред выразительно покрутил в руках резиновую дубинку.
— Нет, справлюсь.
— Как знаешь, — пожал плечами Ред, — но если что, я за дверью.
Я еще некоторое время просматривал бумаги, делая вид, что очень занят. На самом деле хотел, чтобы Мара заговорила первой. И дождался.
— Я так и знала, — кивнула старуха, — ты прикончил Юродивого. Хотя не думала, что это будет так скоро. Ну ладно… Набрался ты силушки, Малыш, ой, набрался…
Я пожал плечами — все верно, и продолжал изучать документы.
— Зачем я тебе? — поинтересовалась старуха. — Я старая, слабая, никому не нужная…
— Хватит причитать, — оборвал ее Мару, — я знаю, что ты умеешь. Поэтому у меня к тебе будет просьба, личная…
— Насчет Ирмы? — хмыкнула Мара. — Не волнуйся, присмотрю за твоей девчонкой, у меня как у Христа за пазухой будет. Научу своему ремеслу, раз уж взялась…
— Одного учения мало, — начал я.
— Конечно, и подлечу ее, — кивнула Мара, — по крайней мере — попытаюсь. Ноги у нее очень плохие, слабые…
— Надежда есть? — я пристально посмотрел на старуху.
— Все в руках Божьих, — снова запричитала Мара.
— Не думал, что такая набожная, — усмехнулся я и откинулся в кресле, — может, ты и в церковь по воскресеньям ходишь?
— Не кощунствуй! — злобно блеснула глазами старуха. — Вера — это святое, нечего тут зубоскалить. Не твое дело!
— Прости, — я примирительно поднял вверх руки, — глупость сказал. Конечно, это твое дело — ходить в церковь или нет. Но все-таки, ответь мне: сможешь помочь Ирме?
Старуха поджала бледные губы.
— А что ты мне дашь? С девчонки, конечно, взять нечего, но ты теперь богатый, — старуха выразительно кивнула на чуть приоткрытый сейф. — У Юродивого, небось, нашлась кое-какая заначка…
— Не обижу, — серьезно ответил я, — получишь все, что захочешь: деньги, дом, новую одежду, еду. Только вылечи Ирму!
— Дом у меня уже есть, — принялась рассуждать старуха, — еду и одежду мне люди добрые дают, за помощь и лечение. А деньги… Сколько ты можешь мне заплатить?
— Все, что найду у Юродивого.
— Это сколько? — в глазах старухи мелькнул жадный огонек.
— Пока не знаю, — честно ответил я, — до конца не посчитал, сколько у него денег. Но, думаю, тебе хватит. А если мало будет, еще дам, позже, когда заработаю.
— Ладно, — согласилась старуха. — Ирма — девочка хорошая, умная, работящая, все на лету схватывает. Хорошей травницей будет! Ради нее я у тебя много просить не стану, а решим мы так. Будешь платить по частям, как будто пенсия. Но до самого конца моей жизни!
— Договорились, — кивнул я и протянул старухе руку.
Та ее пожала и довольно улыбнулась — договор заключен.
— Вот и славно, — протянула Мара. — Хотя бы на старости лет поживу в сытости и достатке. Научу ремеслу Ирму и уйду на покой. Хватит мне по людям бегать, пора отдохнуть. Тем более что немного осталось…
Старуха внимательно посмотрела на меня:
— Кстати, Малыш… То есть господин Петер… Тебе самому-то помощь не нужна? Что, так и будешь до конца жизни как маленький?
— Мне уже ничем не поможешь, — горько усмехнулся я, — мутация!
— Ну и что? — пожала плечами старуха. — Трудно, конечно, но кое-что подправить можно.
— Ты это серьезно? — не понял я.
— Чуда, конечно, не обещаю, — ворчливо произнесла старуха, — я не Господь Бог, но кое-что сделать могу. Если все пойдет гладко, со временем станешь нормальным человеком. Или почти нормальным. По крайней мере, будешь выглядеть, как взрослый.
От неожиданности я потерял дар речи. Неужели смогу стать, как все? Смогу жениться, завести детей?
— Не все так быстро, — угадала мои мысли старуха, — потихоньку, полегоньку. Сначала поможем тебе подрасти, потом и остальное. Дай Бог, и организм твой заработает…
— А что с моими способностями, — поинтересовался я, — они останутся или пропадут? Ведь это тоже мутация…
— Да куда они денутся! — махнула рукой старуха. — Таланты не от тела зависят, а от мозга. А он у тебя в полном порядке.
Я облегчено вздохнул — не хотелось бы лишиться своих возможностей. Ведь без них я никто…
— Конечно, лечение — дело долгое, — продолжила старуха, — лет пять-шесть займет, но зато потом…
— Я буду совсем здоровым? — вцепился я в старуху. — Во всех смыслах, даже в том?
И кивнул на свои штаны.
— Да, — хмыкнула Мара, — будешь. Сможешь и жениться, и ребеночка своей Ирме заделать. Как обычный мужчина. Но и стареть ты станешь, как обычный человек…
Да, за все приходится платить, подумал я. За счастье жить с Ирмой — тоже. Но она того стоит.
Если я не захочу ничего менять, то смогу прожить еще лет сорок-пятьдесят. Очень долго по нашим меркам. Вот только зачем мне такая жизнь, без Ирмы? Раньше, когда у меня не было шансов, я не дергался. Смирился со своей судьбой, приспособился к жизни… Но теперь все по-другому — старуха предоставила мне шанс. И я не имею права его упускать. Пусть я проживу гораздо меньше, чем раньше, лет двадцать-тридцать всего, но зато со своей дорогой Ирмой. А там пусть будет, что будет. Но дождется ли она меня, ведь еще пять-шесть лет…
— Дождется, — кивнула старуха, угадав мои мысли, — никуда не денется. Она к тебе очень привязалась, как собачонка. Поживет пока у меня, поучится ремеслу, а потом я ей передам дело. И стану цветы выращивать, как всегда мечтала. Кстати, за твое лечение — плата отдельная…
Я кивнул — вопросов нет.
— Вот и хорошо, — поговорила Мара, — а теперь, милок, прикажи своим архаровцам меня до дому довезти. Утомилась я здесь… Место больно плохое, тяжкое. Сам, наверное, чувствуешь.
Я кивнул — действительно, бункер Юродивого давил на меня, делал каким-то нервным, злым. Надо бы чаще бывать на свежем воздухе, особенно в лесу. Вот там энергетика хорошая, светлая.
— Подожди пока в приемной, — приказал я Маре, — я поговорю с Ирмой, а потом вас отвезут домой. На моем личном лимузине, со всеми удобствами.
Старуха поднялась и тяжело поковыляла к дверям.