Малыш (СИ)
После этого мы с Редом поднялись наверх. Возле входа в бункер выстроились в подобие шеренги бандиты — чуть более двадцати человек. Немного, однако… Мне почему-то казалось, что у Юродивого больше людей. Видно, во время войны банда понесла существенные потери. Ну, что же, что есть, то есть. Как говорится, радуйся тому, что досталось…
Ред еще раз объявил о последней воле Юродивого и официально представил меня как преемника и наследника. Бандиты напряженно молчали. Но, по крайней мере, никто открыто не выразил своего недовольства. И не попытался оспаривать мои права. Уже хорошо.
Ред по очереди представил мне бандитов. Кого-то я уже знал, кого-то видел впервые. Каждому я пожал руку — по заведенному ритуалу. Лом при этом нагло посмотрел на меня и нехорошо улыбнулся — мол, ты дури головы другим, а я-то тебя хорошо знаю! Я подумал, что придется при первой же возможности избавиться от него — он был явно опасен. К тому же я не люблю предателей…
Я чувствовал, что бандиты находятся в растерянности и не могут до конца осознать, что происходит. На их лицах читалось недоумение: как получилось, что на месте Юродивого оказался никому не известный пацан? И почему они должны ему подчиняться? Пришлось мне еще раз изложить последние события и напомнить, что воля Юродивого должна быть исполнена. И вообще, мутант во главе банды — это суровая необходимость, иначе против Линя нам не выстоять.
— Малыш… То есть господин Петер станет заниматься общими делами, — заявил после окончания знакомства Ред, — управлением, деньгами, операциями, а главное — защитой от других мутантов. Он в этом деле большой мастер, все знают. А кто не знает, пусть спросит у Биты.
Бита смущенно улыбнулся — он все еще не мог прийти в себя. Последние сутки полностью выпали из его жизни.
— Я же, со своей стороны, — продолжил Рей, — по мере сил своих стану ему помогать. В текущих делах, в разборках и непонятках разных… Вопросы у кого есть?
— А с Линем мы как — воевать будем? — спросил кто-то из банды. — Боюсь, нам достанется… Без Юродивого-то.
— Ничего, господин Петер с Линем разберется, — уверенно заявил Ред, — у него есть на это счет кое-какие мысли.
— Я слышал, — засомневался все тот же бандит, — у Линя недавно появился новый мутант, говорят, очень сильный. Желтый Глаз…
— Не проблема, — улыбнулся я, — решу вопрос. Глаз против меня не выстоит — я сильнее. К тому же мы с ним давние друзья, дела вместе делали. Так что он не станет со мной конфликтовать, Лом может это подтвердить.
Все посмотрели на Лома, тот нехотя кивнул.
— А что касается Линя, — сказал я, — то я с ним договорюсь, уж поверьте. Война между нами слишком затянулась и слишком дорого нам стала обходиться, пора с нею кончать. Лучше жить мирно и спокойно заниматься бизнесом. Правильно я говорю?
Бандиты одобрительно зашумели — война им тоже порядком надоела, все хотели жить спокойно. Делать деньги лучше в тишине, а не под треск автоматов. К тому же мертвым бабки вообще ни к чему… Один только Лом недовольно хмыкнул:
— Ага, ляжем все под Линя. И он нас поимеет. Оптом и в розницу.
Я понял, что с Ломом надо срочно решать, иначе он настроит против меня всю банду.
— А вот ты, Лом, помолчал бы, — громко заявил я, — крысам не положено говорить, когда правильные ребята дела обсуждают. А ты крыса, причем сама мерзкая!
Лом зло сверкнул на меня глазами и схватился за пистолет. Я ждал этого и отреагировал мгновенно — мысленно сдавил его голову. Как в тиски взял… Лом вскрикнул от боли и упал на колени. Ладонями он сжал голову, пытаясь унять дикий приступ мигрени.
— Что, Лом, головушка бо-бо? — сочувственно произнес Ред. — Правильно Малы… то есть господин Петер сказал — крыса ты, да еще предатель. Ненавижу такую мразь!
Ред зло сплюнул на землю. Все бандиты посмотрели на Лома — кто со страхом, кто с тайным сочувствием. Лом, громко завывая, стал кататься по земле. Но никто не пытался ему помочь.
— Лом не просто крыса, а крыса двойная, — объявил я. — Я знаю, что господин Линь специально подослал его к нам. Чтобы наши тайны вынюхать и ему доложить. Для этого Линь разрешил Лому убить двух своих людей. Что тот и сделал с превеликим удовольствием. Было такое, Лом? Ну, говори!
Бандит с ненавистью посмотрел на меня. Я еще слегка сжал его голову.
— Было, — сквозь зубы процедил он, — хорошо, все расскажу, только перестань!
— Ну!
— Линь послал меня, — сквозь зубы процедил Лом, — чтобы посмотреть, как устроить покушение на Юродивого. И убить его. А чтобы вы мне поверили, приказал застрелить двух ребят, что в патруле были. Все равно, говорит, они необстрелянные, толку мало…
— А нас с Глазом он тоже тебе приказал к Юродивому доставить? — поинтересовался я.
— Нет, вы случайно попались. Ну, я и решил — заодно уж. И еще хотел ваше золото получить — как награду…
— Вот видите, — удовлетворено произнес я, — Лом сам во всем признался.
— Ах ты, гад, — воскликнул Ред, — правильно, что я тебе не доверял, считал, что ты все лжешь. Люди говорят: кто предал один раз, предаст и второй. Кстати, а не ты ли это случайно Юродивому гранату подсунул? Со слабой чекой? А, Лом? Чего молчишь?
И, не дожидаясь ответа, приказал:
— Кончайте его, ребята! Нечего с ним разговаривать!
Я усмехнулся — ясно, почему Ред ненавидит Лома. Вовсе не потому, что тот предатель и негодяй, а потому, что Лои мог составить ему конкуренцию. Вот и воспользовался случаем, чтобы убрать соперника. А заодно скрыть трагедию с гранатой — Ред в произошедшем тоже был отчасти виноват. Ну, и власть свою показать, свои новые возможности…
Двое по приказу Реда подхватили под руки слабо сопротивляющегося Лома и потащили за бункер. Вскоре оттуда раздались выстрелы.
— Прикончили крысу, — довольно кивнул Ред, — теперь можно и нашими делами заняться. Садитесь все, пора ехать на кладбище.
Тело Юродивого, завернутое в ковер, положили в кузов грузовика, и все расселись по машинам. Я занял почетное место в лимузине — бывшем автомобиле Юродивого. Теперь это будет моя машина. Процессия медленно тронулась и покатила в сторону леса. Лома, кстати, тоже кинули в кузов — в ноги Юродивому. Хоронить — так всех сразу.
Кладбище располагалось на окраине леса, в десяти километрах от военного городка. Оно осталось еще с прежних времен, с мирной жизни. Теперь на нем хоронили только бандитов. Местные на нем своих покойников не закапывали — считали зазорным лежать рядом с отморозками.
Место, кстати, оказалось очень хорошим — тихим и, главное, сухим. Песчаная почва, высокие сосны, аромат нагретой смолы в жаркий летний день… Здесь я и сам не прочь был бы лежать. Разумеется, лет этак через пятьдесят-шестьдесят, а, может быть, и больше.
На центральной аллее виднелся ряд относительно свежих могил — результат войны с Линем. Бандиты разбились на две группы и принялись за работу. Одну могилу, на самой окраине кладбища, выкопали для предателя Лома, другую, в самом центре, — для Юродивого.
Ред присматривал за бандитами, и дело шло споро, через полчаса обе могилы были готовы. Парни отволокли тело Лома к дальней яме, бросили вниз и быстро закидали землей — без прощания и последнего салюта. «Много чести», — пояснил Ред. Затем все собрались на центральной аллее.
— Малыш, — тихо обратился ко мне Ред, — скажи что-нибудь про Юродивого. Ты же знаешь, я говорить не мастак.
Да уж, оратором он был неважным, это точно. Я вздохнул и вышел вперед. Что я мог сказать о Юродивом? По сути, ничего. Я о нем почти ничего не знал. Точнее, знал кое-что, но стоило ли об этом говорить сейчас, стоя над его телом?
Для меня Юродивый был и навсегда останется безжалостным бандитом, убившим мою мать. Но почему он стал таким, что привело его в банду? Не родился же он отморозком! Как мальчик с фотографии превратился в мутанта, главаря банды, беспощадного и хладнокровного убийцу? Нет ответа на эти вопросы. И, честное слово, я не хочу их знать. Пусть все останется так, как есть. Некоторые тайны лучше не раскапывать…