Свежий ветер дует с Черного озера (СИ)

—…происходящее сейчас — страшно, Пирс. Ксенофобии не должно быть места в нормальном, здоровом обществе, — голос Гермионы звучал глухо. Драко даже представил себе ее лицо в этот момент; легкая складка между аккуратных бровей, выдающая ее сосредоточенность и тревогу. Еще прядь волос — каштановый завиток, который она все время заправляет за ухо таким жестом…
Воцарилась тишина; изнутри слышались только невнятные шорохи.
— А вы знаете, где Гарри П-Поттер?
Драко затаил дыхание. Этот вопрос почему-то показался ему чертовски странным. Хотя, в общем и целом, он был вполне закономерен, да и задавали его очень часто, особенно, в последнее время. Словом, все было бы логично, если не учитывать тот странный факт, что исходил вопрос от магла, которому вообще не полагалось интересоваться чем-то подобным.
— Я сслышал, что…, — продолжил он после невнятной реплики Грейнджер. Как К-К-Квирелл этот Пирс, ей-богу. Драко мысленно воспроизвел речь профессора. Он не помнил, чтобы магл заикался дома, в мэноре. Хотя он говорил с ним от силы раза два и не обращал внимания на манеру его речи. — Я сслышал. Там. Они… Э-эти… Говорили, что Гарри Поттер в Хогвартсе. Что его видели у З-Запретного леса. И что на этот раз это т-точно.
Ничего себе, информация. Гермиона, должно быть, очень обрадовалась, услышав это.
— Т-туда направили оч-чень многих. Они думают, может, что и вы тоже т-там?
Пирс еще что-то сказал, она ответила. Потом он что-то добавил, и Грейнджер рассмеялась в ответ. На звуке ее переливчатого смеха Драко неожиданно для себя толкнул дверь, и две пары изумленных глаз уставились на него, замершего в проходе. Пирс выглядел значительно лучше, он полулежал, закинув руку за голову, и, при виде Драко глупо приоткрыл рот в удивлении. Гермиона же с явным комфортом расположилась на матрасе Малфоя. И, конечно, тоже совершенно не ожидала его увидеть.
— Драко? — она, кажется, впервые на его памяти назвала его по имени, и звучало оно из ее уст, откровенно говоря, странно. Малфой списал это на крайнюю степень шока от его неожиданного появления.
— Вот, — он демонстративно левитировал пакет с едой из магловского супермаркета прямо к потушенному камину. Пока Гермиона, все еще явно с трудом верящая в происходящее, разглядывала его содержимое, Драко простым дублирующим заклятием создал себе еще один матрас — один в один как у Грейнджер — и самодовольно плюхнулся на свое творение. Пирс пребывал в безмолвном шоке; а Гермиона, наконец, повернулась к Драко и, к своей внезапно проснувшейся гордости, юноша заметил, что она благодарно (и совершенно очаровательно) улыбается.
— Спасибо, — очень тихо сказала девушка, глядя на Драко, едва ли не светясь от счастья. А потом добавила еще тише: — Я рада, что ты все же передумал.
***
После сытного ужина, включающего в себя какие-то бобы, сыр, хлеб и вкуснейшее поджаренное на огне мясо, Драко вдруг резко начало клонить в сон; день, полный тревог, страхов и раздумий, давал о себе знать. Он мало участвовал в разговоре, который перешел на какие-то не очень интересные, и от этого еще более расслабляющие, магловские темы, вроде кино и художественной литературы. Малфой завороженно наблюдал за пламенем и ощущал какую-то невероятную внутреннюю гармонию, чувствуя себя удивительно — на своем месте.
Коротко пожелав всем доброй ночи и отвернувшись к стене, Драко попытался уснуть. А Гермиона еще долго рассказывала уже давно клюющему носом Пирсу об удивительном «волшебном мире» — том мире, что был для Драко Малфоя родным и знакомым. Только потом, на следующее утро, до него дошло, в чем была настоящая причина ее бесконечной полуночной болтовни. Гермиона Грейнджер, кажется, боялась снова увидеть свои странные сны.
Комментарий к Глава 16. Побег. Надежда
Ну что, до эпичной ВСТРЕЧИ осталась всего одна, ну максимум две главы;) Огромное вам спасибо за обратную связь ❤ Каждый комментарий - мое вдохновение:)
========== Глава 17. Побег. Хогвартс ==========
Мерлин, это слишком хорошо…
Она не чувствовала своего положения в пространстве, будто паря в невесомости. Снова нечеткие образы, светом танцующие перед взором (прикрыть глаза, отдаться ощущениям), далеким эхом доносящиеся чьи-то знакомые слова и музыка (откуда музыка?) — но разве это важно? Все, что имеет значение, — это… Что…? Никак не могла уловить сути. На этот раз все было безболезненно и даже немного щекотно, будто она на самом деле спит и видит приятный сон. Самый приятный в ее жизни.
 
Чьи-то пальцы аккуратно прикасаются к вискам, даря спокойствие, желание забыться и уснуть. Сон во сне?
Тихий голос. Нет. Это шелест желтых листьев в Запретном лесу, где скрывается Гарри. Нет, это все же голос — его голос, самый важный в мире.
Вернись ко мне.
Вернуться? Какая очевидная мысль, почему она не приходила в голову раньше?
Ты знаешь, где меня найти.
Конечно, я провела там достаточно времени, и теперь легко могу…
Ты должна быть рядом.
Я знаю. Правда знаю.
Ты должна быть со мной. Разве не этого ты хочешь всей душой?
Только этого.
Еще одно невесомое прикосновение, пробегающее по плечам и лопаткам.
Тогда сделай это. Вернись.
Да, конечно.
Конечно. Ну конечно же, был ли смысл убегать и прятаться? Она должна быть рядом, он прав. Нужно только взять палочку. И представить себе порог великолепного особняка. Или лучше сразу библиотеку. Где палочка? Вот, кажется…
—…проснись сейчас же! Ты слышишь?
Чьи-то руки сдавили запястья, вырывая палочку силой, Гермиона зарычала, стараясь отбиться от неведомого врага, но ее довольно грубо встряхнули, и она почувствовала себя прижатой спиной к чьей-то груди без возможности пошевелиться.
— Пусти. Мне нужно в мэнор! Нужно трансгре…
Еще сильнее сдавили в объятиях. Больно.
— Тебе нужно прийти в себя и успокоиться, сумасшедшая! Ты погубишь и себя, и нас!
Открыла глаза. Осознание накатило, как это всегда бывает, внезапно.
Ее сотрясли рыдания, и Гермиона долго не могла успокоиться, цепляясь за Малфоя, который так и не отпустил ее, но все же немного ослабил хватку. Гермиона не видела его лица, пряча свое в ладонях.
Она старалась дышать глубже и ужасно боялась посмотреть на Драко и увидеть в его глазах… она не знала, что. Испуг, например. Такой же, с каким таращился на нее теперь Пирс Полкисс. Или разочарование. Или осуждение. Не то чтобы его мнение когда-либо было для нее важным, но, Мерлин, она ведь действительно едва не поддалась! Точнее, именно это Гермиона и сделала, поддалась! Если бы не Драко…
Снова потекли слезы. Она отстранилась от Малфоя и, избегая смотреть на него, постаралась сконцентрироваться и поставить на сознание очередной блок. Выходило из рук вон плохо, но, очевидно, Волдеморт, по своему обыкновению, не пытался повлиять на нее в дневное время суток. И то, что Малфою пришлось, фактически, силой удерживать ее от свершения самой великой глупости из всех возможных, это было…
— Простите меня, — прошептала она, сама не своя. Это видение было слишком, чересчур реальным. Она передернула плечами, будто сбрасывая с себя воспоминания о чужом прикосновении. А оно горело на коже, будто бы действительно существовало. Могло ли это быть правдой?
В конце концов, пересилив себя, Гермиона подняла глаза на Малфоя, который так и сидел на полу и смотрел на нее, нахмурившись. Осуждения не было. Страха тоже. Только нетипичная для него тревога и вполне привычное раздражение.
— Спасибо, Малфой. Драко.
Он молча протянул ей палочку.
— Ч-что это было? — хрипло пролепетал Пирс, но Драко смерил его таким красноречивым взглядом, что тот замолчал и отвернулся.
***
Пока Малфой был в душе, Гермиона успела молча позавтракать остатками вчерашнего ужина и теперь уже несколько минут делала вид, что ужасно заинтересована тем, как ее новая палочка справляется с невербальным «Акцио». На самом же деле она была глубоко погружена в раздумья. Пирс мирно дремал у потухшего камина, а откуда-то с улицы ветер изредка доносил звуки то ли радио, то ли телевизора. Было невозможно даже представить, что еще вчера здесь находились опаснейшие темные маги. И чудо, что никто из местных смотрителей не пострадал! По крайней мере, Гермиона на это искренне надеялась.