Вкус подчинения (СИ)
Она поймала и мягко сжала его безвольно повисшую руку, а затем перевела взгляд на его грудь. И задохнулась от ужаса, сообразив, что на коже нет ни единого участка, не испещренного шрамами разных форм и размеров, некоторые из которых пересекались и накладывались друг на друга. Гадая, почему же она не заметила все это раньше, когда помогала Кэрол справиться с раной от пули, Гермиона вспомнила, что тогда было слишком много крови, которая и скрыла все эти шрамы. К тому же в тот момент ей было не до разглядывания его груди: страх, что они с миссис Уитби не справятся, затмил все остальное. Машинально поискав глазами шрам, который должна была оставить пуля, она так ничего и не нашла, сколько ни вглядывалась: похоже, сильнодействующим зельям ничего не стоило залечить такую простую магловскую рану без следа. А значит все остальные раны, навечно оставившие свой отпечаток на груди Северуса, были нанесены заклинаниями. Его явно зверски и многократно пытали, и сомнений, что за чудовища могли сотворить подобное с человеком, у Гермионы не возникло ни на мгновение. Подняв руку, она одними кончиками пальцев невесомо коснулась изрытой шрамами кожи, чувствуя, как душу разрывает боль: пока они с Гарри и Роном спокойно учились, Северус Снейп в буквальном смысле закрывал их собой от всех тех кошмаров, что принес с собой возродившийся Волдеморт, так что они застали лишь самую малость из всего того, что могло случиться, самый финал войны. Северус подарил им счастливое детство, а они платили ему ненавистью и недоверием. Каждый шрам, каждый малейший след на его теле – это история Второй магической войны, и трудно представить, сколько людей еще спас Северус, закрыв своим телом от гнева безумца.
Картинка перед глазами начала расплываться, и по щекам хлынули горькие слезы. Скорчившись на коленях перед Снейпом, Гермиона захлебывалась рыданиями, оплакивая искореженную судьбу человека, которого полюбила.
Позже, уже успокоившись и приняв душ, она лежала рядом с Северусом в постели, нежно водя пальцем по шрамам на его груди. Он не сказал ни слова с той секунды, как объявил об окончании сессии, но выйдя из ванной и обнаружив, что он так и не надел футболку, Гермиона ощутила, как потеплело у нее на душе. И все же она была в смятении: за сегодняшний день произошло так много событий, и столько разных чувств кипело и бурлило у нее внутри, что, когда Северус нарушил наконец молчание и спросил, останется ли она сегодня на ночь, ответ родился сам собой:
– Я… пожалуй, пойду домой… если, конечно, ты не хочешь, чтобы я осталась. Мне нужно уложить все это в голове… в одиночестве, – извиняющимся тоном проговорила она, не сомневаясь, что Снейп поймет ее лучше всех, как и всегда.
– Тогда я провожу тебя вниз, – спокойно ответил Северус и успокаивающе провел рукой по ее волосам, словно показывая, что знает о происходящем у нее на душе, и Гермиона расслабилась и еще крепче прижалась к нему.
– Еще пару минут, – прошептала она, не в силах выбраться из его объятий и заставить себя куда-то пойти. – Пожалуйста…
– Я тебя не тороплю, – проговорил он, снова зарываясь пальцами в ее волосы, когда она уткнулась носом ему в грудь и закрыла глаза.
Она лежала так очень долго, слушая, как уверенно и звучно бьется его сердце. Этот ритмичный звук убаюкивал, и, почувствовав, что ее клонит в сон, она наконец неохотно поднялась и, напоследок погладив Северуса по груди, встала с кровати и прошла в ванную за своей одеждой.
Собравшись, она вышла в кабинет, и сидящий за столом Снейп, уже одетый для улицы, поднял глаза и незамедлительно встал, пряча в карман брюк пачку сигарет.
– Идем, – сказал он, но Гермиона, решительно преградив ему путь и не обращая внимания на его вопросительно поднятую бровь, крепко его обняла.
– Спасибо, Северус, – пробормотала она, вдыхая аромат его кожаной куртки, пропитанной запахом табачного дыма. Он не ответил, но, когда она отстранилась, наклонился и ласково коснулся губами ее лба, заставив вспыхнуть щеки. Смущенно отвернувшись, Гермиона первой поспешила к двери, чувствуя в душе железную уверенность, что когда-нибудь этот по-отечески невинный поцелуй превратится в настоящий: ей просто нужно дать Северусу время.
Робкая, глупая улыбка не сходила с ее губ до самого выхода из бара. Обернувшись на слегка отставшего Снейпа, прикуривающего сигарету, она вдохнула чистый морозный воздух и двинулась к проулку между домами, откуда обычно трансгрессировала.
Завернув за угол, они оказались на месте и некоторое время стояли молча, пока Северус курил. Как ни странно, молчание не было неловким: Гермиона с удовольствием наблюдала за его изящными пальцами, сжимающими сигарету, а он задумчиво смотрел на нее спокойным умиротворенным взглядом, в котором больше не было ничего мрачного или пугающего.
Наконец он отбросил окурок, сверкнувший в темноте ярким огоньком и исчезнувший прямо в полете. Гермиона уже открыла было рот, чтобы попрощаться, как вдруг на проезжей части взвизгнули тормоза, и в глаза ударил слепящий свет фар. Снейп мгновенно оказался впереди, заслонив собой Гермиону, и она сумела разглядеть черный автомобиль, перегородивший им выход из проулка, и высокую темную фигуру на фоне бьющего в глаза света.
– Мистер Снейп, вы пройдете со мной, – чеканя слова, проговорил грубый мужской голос, и Гермиона застыла, чувствуя, как внутри все холодеет от ужаса.
Комментарий к 18.
Мои контакты:
https://vk.com/stillewasserfanfiction
https://author.today/u/stillewasser/
https://archiveofourown.org/users/StilleWasser
https://www.instagram.com/stillewasserfanfiction/
https://t.me/stillechilling
https://t.me/snapeverse (Telegram канал по снейджеру)
Буду благодарна вам за поддержку моего творчества 4274 3200 6126 3383 (Сбер)
========== 19. ==========
Комментарий к 19.
Спасибо всем, кто ждал.
Отдельное спасибо тем, кто уже не ждал: лучше всего мне работается вопреки чему-то)
И да, мне действительно понадобился почти год, чтобы написать эти несчастные девять страниц. Зато теперь текст действительно такой, как надо, и я в этой главе сказала всё, что хотела и планировала.
И моя огромная благодарность LuckyHelga за помощь в штурме английских городов