Вкус подчинения (СИ)

– Оп! Простите, прекрасная мисс! Совсем не хотел заканчивать свой рабочий день убийством столь привлекательной девушки… Гермиона?! – воскликнул вышедший из подсобки Джордж, одетый в щегольский костюм болотного цвета с горчичного цвета галстуком – явно дорогой и сшитый на заказ.
– Привет, Джордж, – улыбнулась она, пытаясь вспомнить, когда видела его в последний раз. Похоже, это было пару лет назад, когда она все еще встречала Рождество в Норе, а не на работе, заваленная срочными документами.
– Дай угадаю: тебя совсем доконал старина Кингсли, и ты пришла запастись «Забастовочными завтраками»? – задорно подмигнул Джордж, выпустив ее из объятий. – Рекомендую взять специальную версию для девочек – без «Прыщавых ирисок», но с двойной порцией «Обморочных орешков». И пусть ничто не испортит твою прекрасную кожу! – источая пафос, воскликнул он, явно цитируя рекламный слоган.
– Вообще-то я привела тебе новых клиентов, – Гермиона обернулась, поискав взглядом Тома и Мэтта, и обнаружила обоих возле стенда с кусачими кружками. Том, радостно визжа, совал в них пальцы и быстро отдергивал, так чтобы возникающие на бортике кружки зубы не успевали его укусить.
– Ты решила подработать нянькой или просто похитила чужих детей, потому что соскучилась и не смогла придумать повод навестить меня? – проследив за ее взглядом, спросил Джордж и игриво пошевелил бровями, что, по его мнению, должно было выглядеть как флирт.
– Нет, это дети знакомой моего… м-м-м друга. Он обещал показать им Косой переулок, но не смог, поэтому я вызвалась помочь.
– Значит друга… Так вот почему у тебя такой цветущий вид, – Джордж многозначительно подмигнул. – Когда ждать приглашение на свадьбу?
Гермиона покачала головой, закатив глаза. Похоже, все Уизли, когда речь заходила о чьих-то отношениях, становились похожими на Молли, у которой вечно чесались руки хоть кого-нибудь женить или выдать замуж.
– У нас… все сложно, – осторожно ответила она, понимая, что вообще не представляет себе, как охарактеризовать свои отношения со Снейпом, если вдруг решилась бы рассказать о них далекому от Темы человеку. «Я зову его «сэр», а он загадочно молчит и бьет меня плеткой». Пожалуй, она оказалась бы в отделении психиатрии Мунго быстрее, чем успела бы закончить это предложение.
– Сложно, говоришь? – Джордж задумчиво потер подбородок. – Ну и ладно! Зато любовник он, похоже, отличный! Ты как будто светишься изнутри, а так зажечь женщину способна только чудодейственная сила животной похоти. Давай, Грейнджер, колись, кто этот неистовый зверь?
– Это светится моя мигрень, которую твои грязные намеки только усугубляют.
– Кстати, а не тот ли друг подарил тебе это ожерелье? – сощурившись, спросил Джордж, пристально разглядывая переплетение цепочек у нее на шее. Гермиона коснулась их пальцами, сообразив, что за всей суетой совершенно позабыла об ошейнике Снейпа.
– А что не так с моим ожерельем? – мгновенно ощетинившись недоверчивостью, буркнула она, жалея, что расстегнула пальто, когда вошла в магазин: во взгляде Джорджа больше не было игривого веселья, там сквозило раздражающее самоуверенное понимание, словно он сразу распознал, что за украшение находится у нее на шее.
– От него фонит таким количеством чар, что мне, скорее всего, придется сбегать за защитным кремом, иначе я получу ожог во все свое красивое лицо, – он склонил голову набок и поднял палочку, направив на колье. – Можно? Ну да ладно тебе, Гермиона! Я ас в заклинаниях, даже Флитвик это признавал! Посмотри вокруг, недоверчивая ты женщина, и убедись, потому что окружающие тебя чудеса моих рук дело! И дай мне наконец наложить пару диагностических заклятий на твою побрякушку. Мне просто любопытно. Не съем я ее, я сегодня плотно пообедал: заглядывала мама, так что можешь себе представить масштаб бедствия.
– Ну ладно, – неуверенно отозвалась Гермиона, не зная, как отреагирует Снейп, если заметит стороннее вмешательство в его чары.
Джордж слегка махнул палочкой, наморщив лоб, и пробормотал какое-то заклинание. Сперва Гермиона не поняла, что происходит, и лишь почувствовала, как змейки у нее на шее вдруг разом пришли в движение, а потом заметила, что Джордж отшатнулся, театрально вскрикнув и выронив палочку.
 
– Вот черт! Что за хрень ты носишь на себе, Гермиона? – воскликнул он, рассматривая ушибленные пальцы. – Оно шлепнуло меня по руке каким-то заклятием! И клянусь, это я еще легко отделался! Будь мое заклинание чуть мощнее, думаю, мне бы пальцы оторвало! Или что-нибудь гораздо более ценное… и чувствительное! Как будто мне мало уха!
– Хм… – Гермиона нежно погладила затихших змеек, ощущая необычайное спокойствие и защищенность. – Хочешь попробовать еще раз?
– Да ну тебя! – отшатнулся он. – Кто бы ни подарил тебе это, он псих, помешанный на контроле!
Гермиона фыркнула, подумав, что, сам того не зная, Джордж дал удивительно точную характеристику создавшему это ожерелье волшебнику.
– Гермиона! Гермиона! Смотри! – подбежавший возбужденный Томми продемонстрировал ей волшебную палочку, выглядевшую совсем как настоящая, так что первой мыслью было найти ее владельца и вернуть ему его собственность. Но глядя, как ухмыльнулся Джордж, Гермиона поняла, что, скорее всего, палочка являлась частью ассортимента магазина. Когда Томми взмахнул ею и та на глазах превратилась в летучую мышь, он радостно заверещал:
– Давай купим! Ну пожалуйста, Гермиона! Ну пожалуйста! Она почти как настоящая! Я буду совсем как ты!
– Она твоя. За счет заведения, малыш, – ласково промурлыкал Джордж и задорно подмигнул. Радостный Томми издал счастливый вопль и принялся громко звать Мэтта, желая похвастаться подарком.
– Джордж… – покачала головой Гермиона.
– А что? Надо же тебе устраивать личную жизнь, – ничуть не смутился тот, пожав плечами. – Этот «друг» с ожерельем ведь не магл? Значит оценит твой подарок ребенку, – многозначительно сказал он, сделав акцент на слове «твой». – А на сэкономленные галлеоны прикупишь себе кружевного бельишка… Ай!
Гермиона с удовольствием ткнула наглого Уизли локтем в бок.
– Мэтт, смотри! Смотри! Она теперь моя! Я теперь умею колдовать, совсем как дядя Северус! – с детской непосредственностью воскликнул Томми, яростно размахивая меняющей форму палочкой перед носом брата.
Сердце Гермионы пропустило удар, и она повернулась к Джорджу. Тот застыл с окаменевшим лицом, и только огромные выпученные глаза выдавали его истинное состояние. Дрожащей рукой она схватила его за галстук и затащила под лестницу подальше от чужих глаз, судорожно размышляя, как выкрутиться и с каждой уходящей секундой все чаще ловя себя на мысли об Обливиэйте.
– Джордж…
– Кхм… – он внезапно отмер и скосил на нее хитрый взгляд, в котором все еще читалось глубочайшее потрясение. – Я знаю только одного Северуса…
– Джордж, нет, – угрожающе прошипела Гермиона, сильнее потянув за галстук.
– Да ладно тебе, Грейнджер! – нежно проворковал Уизли, уже придя в себя, и аккуратно высвободил галстук из ее цепкой хватки. – В жизни всякое случается. Сердцу не прикажешь, и все такое. Я же тебя не осуждаю. Ни в коем случае! Я просто отойду на минутку поржать в подсобку и скоро вернусь, хорошо?
– Джордж!
– Жду-не дождусь, когда на Рождество ты приведешь его на семейное сборище в Нору! – он с предвкушением потер руки и получил еще один жесткий тычок локтем в бок. – Ай! Грейнджер! Больно же! Надо не рукоприкладством заниматься, а баллы с Гриффиндора снимать, тебя что ничему не научил твой Сне… Ай! Все-все! Забирайте все что хотите бесплатно и уходите! На мне скоро живого места не останется! А у меня вечером свидание, между прочим! И один конкретный участок моего тела должен сегодня работать как часы!
– Джордж, прошу, никому ни слова, – не обращая внимания на его паясничество, прошептала Гермиона, слыша в своем голосе предательские нотки отчаянья.
– Не беспокойся, Гермиона, – он вдруг вмиг стал серьезным и сжал ее плечо. – Неважно, кто там завелся в твоей постели, хоть сам граф Дракула. Важно, что ты счастлива. И если для этого нужно, чтобы я молчал, я буду! Тем более мне все равно никто не поверит, что наша Грейнджер спит с ужасом подземелий Снейпом, Мерлин меня раздери!