Особенности обучения диких котов (СИ)

Господин ди Реале, ну ничего себе!
- Поздравляю вас, господин де Саваж. Если я ничего не путаю, вы всё успели и сдали.
Сумка ещё раз звякнула, он вытащил карточку…
Пятый этап пройден. Всего баллов: 5. Осталось времени: 1 минута 35 секунд.
- Надо же в наш зал, да? - Жанно кивнул преподавателю и припустил в зал.
В зале он первым делом ломанулся к бабушке и Тее и не заметил, как наступил на большой золотистый круг на полу. Карточка завибрировала, у бабушки тоже что-то звякнуло.
- Молодец, сдал, - бабушка улыбнулась радостно и торжествующе, а Тея просто подошла и обняла.
Жанно достал карточку и посмотрел, там значилось:
Экзамен сдан.
Ура. Можно дойти до своих и выдохнуть, наконец-то.
В зале уже сидели Франсуа, Николя, Клодетт и Мизуки, и делились впечатлениями. У кого была какая полоса препятствий, у кого какой поединок, и что ещё кому навесили. Клодетт взахлёб вещала, как приманивала подсказку песней, и та приманилась. Мизуки пришлось вспомнить что-то из уроков балета в далёком детстве, чтобы пройти по какой-то перекладине. Франсуа разгадывал ребус. Остальные тоже понемногу подтягивались. В срок успели Флинн и Медведь, у тех, кто не успел, вычитались баллы. 
Последним пришёл Роже Валлон, он задержался на семь минут.
- Поздравляю вас, вы теперь второкурсники, - сказала бабушка. – Молодцы, показали, кто на что способен и кто чему научился. Я очень рада вашим хорошим результатам. Если хотите разобрать – подходите, разберём. Что были за задания, и что можно было выполнить лучше.
Жанно так устал, что просто сидел у стены и смотрел, как бабушка разъясняет, кто где потерял время, кто где наоборот, наверстал, и что там у кого ещё было.
- Эй, Николя, - позвал он.
- Угу?
- У тебя было задание в восточном крыле главного корпуса, в такой маленькой аудитории с двумя выходами?
- Неа, - покачал тот головой. – Я застрял на футбольном поле, там была полоса препятствий чёртовой сложности.
- Но успел.
- Успел, - кивнул тот.
Выходит, это была хорошая иллюзия? Ну и ладно.
Он подошёл последним.
- Ну что? Сам всё понял, или остались вопросы? – усмехнулась бабушка.
- Понял, но не всё.
- Ты отлично срезал первый участок пути, но задержался с девушками.
- Их там специально посадили? – изумился Жанно.
- Нет, они сдавали экзамен. Специально проложили твой путь через тот коридор. И там ты потерял всё, что отыграл в первом задании.
- Вот как, значит, - рассмеялся Жанно. – А Николя и иллюзия?
- Ты же хочешь командовать, я верно помню? – дождалась кивка и продолжила. – Значит, готовься к тому, что твои люди пойдут дальше тебя, и ты не раз будешь отдавать им возможности, чтобы они смогли проявить себя. И смотреть за их успехами.
- А если бы я в поединке сразу догадался подать руку?
- Сразу бы и завершил, - рассмеялась бабушка. – С собой нужно дружить. Иначе плохо.
- Но я же всё равно справился?
- Даже и не сомневайся. Ты справился.
  
84. Лето, солнце, море
 
Жак де ла Мотт не мог сказать, что он не любит день выпускной церемонии в Академии, конечно же, любит. Потому что в каждом из выпускников есть и частичка его личного труда, и труда всего того коллектива, который он имеет честь возглавлять, и памяти предков и их знаний, и всего-всего. Но… они уходят.
Конечно, уходят не все. Многие остаются в магистратуре и аспирантуре, а те, кто не остаётся – разлетаются в разные важные и нужные места. Представители магических корпораций приходили на экзамены и смотрели – вплоть до Луи де Рогана и командующего Легионом Жана-Дени де Саважа. И предлагали талантливым выпускникам место работы прямо сразу же.
Но всё равно что-то там щиплет в глазах, и в груди тоже сжимается. Клодетт смотрит и говорит – всё в порядке. Придут новые студенты.
Обязательно придут, куда денутся, уже скоро понесут документы в приёмную комиссию. А пока – все факультеты собрались на главной площади перед входом, как в день начала занятий, все дипломы вручены, и группа «Пламенные» подключает инструменты.
 
По традиции, вручение дипломов происходит в сумерках, и к финалу уже совсем темно. Гаснут магические огни, и сейчас каждый из выпускников создаст по светящемуся шарику и запустит в ночное небо, и они будут сиять там, как неведомое созвездие, или даже как звёздное скопление. И пусть их сила ведёт их по жизни дальше.
Созвездие сияет в небесах, «Пламенные» берут первый аккорд… и вся площадь, как когда-то осенью, поёт древний гимн Академии.
* * *
Две недели в тренировочном лагере Легиона – это вам не две недели на учёбе, думал Жанно. Он считал себя хорошо подготовленным, но и ему пришлось несладко, а остальные и вовсе страдали и ныли через одного. Тея, которая была у них главной, только похмыкивала. Ничего, говорила, привыкнете.
Подъём в семь, зарядка, переходящая в тренировку, завтрак, и дальше тренировки, тренировки, тренировки. Обед, потом продолжаем, и только после ужина свободное время – можно расслабиться. Купаться в море, лежать на берегу, петь под гитару. И то не сразу вышло – потому что в первые три дня падали спать едва ли не сразу после ужина. А потом понемногу втянулись.
Сегодня у их группы была полоса препятствий на местности – на весь день, ушли из лагеря после завтрака, а вернуться должны были к ужину. Забрались в горы, преодолели несколько речек – небольших, но бурных, того и гляди, унесёт, и теперь поднимались по одной из речек вверх. Нужно было преодолеть небольшую скалу, у них уже была практика по такому делу – как помогать себе магически, поэтому Тея и капитан Анси, которого все сослуживцы звали попросту Сверчком, а практиканты, конечно же, как положено, сказали – вперёд. Более того, Тея пошла первой и вскоре уже махала сверху. Следующим полез Флинн.
И полез неплохо, не теряя скорости, только вот потом все услышали, как под его ногой что-то нехорошо хрустнуло, и нога повисла в воздухе. Рука пару вздохов ловила опору, а потом тяжёлое тело рухнуло вниз.
Жанно сам не понял, как подскочил и затормозил падение, но его силы не хватило, и Флинн рухнул прямо на него всем своим весом, и оба покатились куда-то в реку, а камни-то острые!
Последнее, что услышал Жанно, прежде чем сознание кануло в темноту – истошный визг Клодетт.
* * *
На практике Клодетт было тяжело. Нет, не так. Очень тяжело. Невыразимо тяжело. Наверное, она впервые серьёзно задумалась – а вытянет ли она остальное обучение? Потому что сил-то у человека конечное количество, и даже не магических, а просто физических. И ей казалось, что она просто не может, совсем не может, потому что человек такое не может совсем, никогда и ни при каких обстоятельствах.
Кажется, Мизуки и то меньше страдала. Ей как будто всё давалось легче. Она тоже уставала, но вечером ходила купаться в море, и только потом уже падала спать.
Правда, уже на третий день Клодетт тоже доползла после ужина до берега моря. И окунулась, и поплыла в безбрежную даль – и как же это было здорово! А потом можно и у костра посидеть, и даже достать привезённую с собой гитару и петь. Те песни, которые все знают, и ещё свои. Их тоже слушали, и говорили, что Клодетт крута, причём не только однокурсники, но и взрослые маги из Легиона.
А потом они отправились с утра в очередной пеший поход, где нужно было быстро бежать с полевым рюкзаком через лес, в гору, через речки и вообще чёрт знает, через что. А потом ещё и лезть на скалу, будто они пауки какие. Или ящерицы. Ну а какая из неё ящерица?
Но госпожа Монтенеро, которую здесь нужно было называть – капитан Монтенеро, взяла и залезла, довольно быстро. Наверное, и у Клодетт тоже получится. Сейчас Флинн, потом Жанно, потом она. Идти последней, когда все уже отдыхают наверху? А вот фигушки. Лучше сразу полезть, а потом сверху на них смотреть.
Никто не понял, где косякнул Флинн, но когда он повалился вниз, то никто, кроме Жанно, не смог подстраховать, потому что заворотили головы куда попало, идиоты… и конечно же, Жанно не удержал в одиночку.