Мой ледяной принц (СИ)
— И Марии тоже? — усмехнулась я.
— При твоей сестре замок был еще жив, — отозвался парень.
Гарри затащил в прихожую еще три сумки и насмешливо усмехнулся.
— Интересно, как бы ты сама тащила все эти сумки? — спросил он.
— Хорошо, что хоть с чувством юмора у тебя все в порядке, — парировала я, прохаживаясь по комнатам.
Я была счастлива, ведь находилась в своем собственном… Ну, ладно, арендованном на год доме, где начну взрослую самостоятельную жизнь и буду делать то, что хочу: например, плакать.
— Здесь есть все, что нужно: кухня, прихожая, зал, гостиная, ванная комната, две спальни…
— Две спальни? — удивилась я.
— Две спальни, — повторил Гарри. — Свет, отопление. На верхних этажах нет ничего интересного, если только тебя не заинтересует старый хлам на чердаке. Кстати, там твой велосипед. — Он пошел вверх по лестнице, а я продолжила осматривать свой маленький замок.
Моя квартира или, лучше сказать, дом был очень чистым и уютным. Я с умилением подумала о том, как приятно было находиться здесь, намного приятнее, чем в моем собственном доме в Варшаве, в стиле модерн. Я чувствовала себя так, словно вернулась домой из длинной поездки, и все вещи в доме были рады моему возвращению. Все вокруг: окна, шторы, мебель, паркетный пол, устланный бежевым мягким ковром, лампы, абажуры — все это было пронизано истинно-английским стилем и спокойствием, а в спальнях даже были камины, но, к сожалению, электрические.
Я сняла свой синий жакет и повесила его на вешалку в гардероб, находящийся в прихожей.
— А вот и твой велосипед! — послышался голос Гарри и его шаги по скрипящей лестнице.
Парень спустился в прихожую и поставил передо мной очень милый темно-синий велосипед со звонком.
— Он подходит под цвет моего жакета! — весело сказала я и щелкнула пальцем по звонку.
Весь дом тут же откликнулся высоким звоном.
Гарри как-то странно посмотрел на меня.
— Ты очень красивая, — сказал он и смутился.
— В человеке главное не внешность, а душа, — с каменным лицом ответила на это я, но затем смягчилась. — Спасибо, что подвез меня. Мне очень понравился ваш дом: здесь очень уютно. А куда я буду ставить велосипед?
— Около крыльца. Не бойся: его никто не заберет, — ответил Гарри. — Открой дверь.
Он поднял велосипед, я придержала входную дверь, мы вышли из дома, спустились по лестнице, и Гарри прислонил к ней двухколесного друга.
— Это так удивительно! А люди, оказывается, не такие уж плохие, как я раньше думала, — сказала я, приятно поразившись словами Гарри.
— Откуда у тебя такая нелюбовь к людям? — спросил Гарри, подходя ко мне.
— Потому что большинство людей смотрят не на душу, а на внешность: как ты одет, какая у тебя прическа… Красив ты или нет… Это тяжело объяснить. Наверно, тебе уже пора? — Я хотела как можно скорее избавиться от его присутствия и теперь жалела о том, что нарушила правило: «не общайся с людьми».
Гарри, видимо, все понял и улыбнулся.
— Вообще-то, да. Кстати, продукты можешь купить в магазине за углом — там дешевле, чем в других магазинах. Холодильник на кухне… Вроде все. А ты ведь выиграла наш спор — за тобой желание.
Я нахмурилась: сейчас мне не особо хотелось смеяться над бедным пареньком, оказавшим мне столько любезностей. Должно быть, спокойствие и тишина дома отбили у меня охоту проучить занудство этого англичанина.
— Я подумаю об этом: сейчас ничего в голову не приходит. — Я пожала плечами.
— Тогда я поехал. Да, и, когда придумаешь что-то или, если тебе что-нибудь понадобится, позвони. Вот. — Гарри достал из кармана пиджака визитку и протянул ее мне.
Я колебалась.
«Он что, решил со мной пофлиртовать?» — недовольно подумала я, но все же, взяла визитку, подумав, что, может, мне и вправду придется позвонить ему насчет дома.
— Хорошо, — сказала я.
— Ключи от дома я оставил в гостиной. И еще забыл сказать: если замерзнешь, в твоей спальне есть электрический камин. Знаешь, как включать? Могу показать.
— Нет, спасибо, у меня дома стоит такой же, — поспешно солгала я, в душе посмеиваясь над его заботой: мне уж точно никогда не замерзнуть!
— Тогда все. Я поехал, — нерешительно сказал он, пристально глядя на меня.
— Езжай, тебя, наверно, уже заждались. — Я хотела, чтобы Гарри уехал и оставил меня в покое.
— Да… Кстати, горячая вода идет круглосуточно, и наш дом обслуживает почтальон. — Гарри, наконец-то, начал подходить к своей машине.
— Спасибо, я разберусь. До свидания, Гарри. — Я быстро зашла в дом и закрыла за собой дверь.
«Какой нудный тип! Однако, очень любезный» — подумала я.
Тут я вспомнила о визитке и пробежала по ней взглядом: «Гарри Смит. Юрист».
«Юрист? Не похож» — Я небрежно бросила визитку на стол и начала разбирать свои сумки.
Когда я извлекла из сумок все свои вещи и в относительном порядке разложила их по новому дому, то сразу вспомнила насмешливые слова Гарри насчет количества этих сумок. Он был прав: мои одежда и обувь не поместились в большой шкаф спальни, которую я выбрала для себя, но я не растерялась и перенесла невестившиеся вещи в шкаф соседней спальни, которая размещалась сразу за моей, так что далеко бегать мне не пришлось, а обувь рядами выстроилась в прихожей. Когда сладостная распаковка вещей подошла к концу, я взглянула на маленькие часы, больше напоминавшие висящую на стене вазу, и оказалось, что я провозилась до глубокой ночи — маленькая стрелка указывала на три часа.
Вдруг в мою голову пришло правило Марии: «На ночь всегда отключай свет» и поочередно выключила все горящие в доме лампы и абажуры. В доме стало темно, но не для меня: мое зрение позволяло мне увидеть даже иголку в самой кромешной тьме, а так как желтый свет фонаря за окном освещал улицы и — через окна, часть дома, в нем было достаточно светло.
Развалившись на большой двуспальной кровати, я погрузилась в размышления: завтра нужно будет сходить к швее и заказать себе мантию для колледжа, несколько белых блузок, черных юбок и черную ленточку на шею, такой себе «оксфордский галстук». А потом все это нужно будет закинуть домой и сходить на почту (а вдруг письмо смогло дойти до Оксфорда за такой короткий срок?). И необходимо не прозевать посылку из Варшавы, такую важную для меня — мои родные снабдили меня «гуманитарной помощью» и выслали мне большой контейнер с донорской кровью, которой я буду питаться до тех пор, пока не выйду на первую в моей жизни охоту. А насчет этого… Я решила, что в ближайшее время точно не буду охотиться: для начала, нужно было привыкнуть к образу жизни смертных.
А пока мне оставалось только сидеть в темной комнате, сгорая от желания поскорее встретить утро, чтобы выйти из дома и пройтись по городу, осмотреться и почувствовать вкус свободы.
Как неудобно быть вампиром в ночные часы! Как неудобно не спать, а постоянно бодрствовать и скрываться в доме, не смея включить свет, и умирать от скуки.
Я подошла к окну и посмотрела на соседние дома: они стояли молчаливые, несколько угрюмые в желтых лучах фонаря, и ни в одном из окон не горел свет. Люди спали.
Чтобы хоть чем-то занять себя, я решила перегладить все вещи, которые сильно измялись в сумках, но гладильной доски в доме не нашлось, поэтому я перегладила все прямо на своей кровати, не включая свет. Это занятие забрало у меня около трех часов, но и тогда город еще спал.
Я с нетерпением поглядывала на стрелки часов, ожидая увидеть, как они покажут шесть часов утра: в моих планах было взять плеер и сделать пробежку по просыпающемуся городку.
Наконец, свет фонарей побледнел на фоне туманного английского рассвета.
«Наконец-то! Какая же скука ожидает меня по ночам!» — подумала я, переодеваясь в льняные шорты, майку и тонкую голубую пайту. В прихожей я быстро надела кеды, воткнула в уши наушники, включила плеер, вышла из дома, закрыла дверь, спустилась по лестнице и медленно побежала вдоль красивой улицы, вымощенной большими камнями, не встречая никого на своем пути, словно людей в этом городе не было вообще.