Мой ледяной принц (СИ)

Дома, ожидая прихода Мэри, я не находила себе места. Как оказалось, не я одна предвкушала веселье: Мэри даже пришла с работы на час раньше, и мы начали готовиться к вечеринке.
Мэри навела себе боевой макияж: густо подвела глаза черным карандашом, напудрила лицо белой пудрой, наложила на веки красные тени (ума не приложу, где она их раздобыла) и накрасила губы ярко-красной помадой. Затем она принялась за мой образ: заплела мне высокую прическу, спустила пару локонов на спину, подвела мне глаза и накрасила мои губы той же красной помадой. Накладывать пудру мне не пришлось по причине моей естественной бледности. Мы надели черные платья, а Мэри еще и длинные перчатки, и в таком виде напоминали не вампиров, а женщин-вамп, но Мэри все предусмотрела и купила для нас искусственные клыки.
Когда я надела клыки и взглянула на себя в зеркало, то даже расхохоталась: так вот, как люди представляют себе вампиров! И я не могла унять смех, думая о том, как бы разочаровались смертные, узнав, что на самом деле вампиры весьма скромны, незаметны, и одеваются прилично и со вкусом, и что клыков мы без надобности не выпускаем.
Да, сплошное разочарование!
***
Не думал, что Миша согласится пойти со мной на эту идиотскую вечеринку, но надеялся на это. Поэтому, как и обещал, в девять вечера я был около дома юной вампирши.
Зная о том, что на таких вечеринках нас всегда выставляют идиотами, раскрашенными не хуже индейцев племени Апачи, я надел, взятые напрокат, черный смокинг и высокий цилиндр. Такой себе джентльмен печального образа. Я думал, что перестарался со смокингом, но, увидев Мишу и ее подружку, просто остолбенел, а затем едва сдержал смех: они выглядели, как две потаскушки, особенно Миша с ее прической викторианской проститутки. А клыки… Это было душераздирающее зрелище, думаю, увидев этих дурочек, даже бомжи не испугались бы их, но почувствовали бы что угодно, кроме страха. Даже черные пальто не помогали девушкам выглядеть прилично.
— Вау! Да вы настоящий вампир! — восхищенно сказала мне Мэри. — Только вам не хватает клыков!
— Вы тоже выглядите просто сногсшибательно, — с усмешкой сказал я: конечно, любой, увидевший их, упал бы от смеха.
Я пристально смотрел на Мишу и не мог поверить в то, что и она оделась так. Где та Миша — элегантная, женственная, которая встретилась мне на лестнице приюта? Сейчас передо мной стояла шлюшка. Но, увидев ее счастливые глаза, подведенные черным карандашом, я не смог высказать ей то, что думал о ее образе: не хотел разрушать ее хорошее настроение. Мы сели в «Мустанг» и покатились к колледжу Церкви Христовой. По дороге я безгранично удивлялся легкомыслию Миши, и хоть знал о том, что студенты, собравшиеся на вечеринке, будут выглядеть не лучше, чем эти две, сидящие на заднем сидении, я не мог понять, как она могла уподобиться им.
«Главная причина этому сидит с ней рядом» — мрачно подумал я, украдкой взглянув в зеркало заднего вида.
Подъехав к колледжу, мы вышли из машины и направились во двор здания, у ворот которых стояли два стражника-«вампира», проверяющие приглашения. Наша маленькая компания успешно прошла фэйс-контроль: дамы получили массу комплиментов по поводу своей «фантастической вампирности» (бред, а не выражение), а я получил от раскрашенной студентки приглашение «разделить с ней ее гроб».
Как я и предполагал, все гости вечеринки выглядели не лучше, чем Миша и Мэри, и даже встречались экземпляры похуже. Почти все парни ходили с подведенными глазами. Все это действие сопровождалось сотнями искусственных клыков, а к столу подавали красное вино и томатный сок в красивых стеклянных бокалах.
«Цирк, причем фирменный. В очередной раз удивляюсь тому, насколько смертные глупы и невежественны. Им только дай повод для веселья» — подумал я, но, взглянув на Мишу, был шокирован: ее глаза блестели от восхищения. Она восхищалась всем этим человеческим дерьмом.
— О, я вижу своих друзей! Пойду, поздороваюсь! — Мэри хотела, было, уйти, но Миша схватила ее за руку.
 
— Может, потом? — настойчивым тоном сказала она ей.
Мэри удивленно приподняла брови, но я сразу понял, почему Миша удерживала свою подружку: она не хотела оставаться наедине со мной. Даже смешно.
— Ну, хорошо, потом, — согласилась Мэри и вдруг резко обернулась к нам, словно прячась от кого-то. — О, Боже, там Эндрю!
Мы с Мишей посмотрели в сторону, от лицезрения которой так поспешно отвернулась Мэри.
— Иди и поздоровайся с ним! Давай, Мэри! — шепотом сказала Миша подружке.
«Только что боялась отпускать ее, лишь бы не оставаться со мной, а сейчас сама подталкивает ее покинуть нас. Ох, Миша!» — насмешливо подумал я.
— Нет, я же говорила тебе! — тихо воскликнула Мэри.
— Не будь дурочкой! — громко прошептала Миша. — Если он тебе действительно нравится…
— Да я люблю его до безумия! — Мэри закрыла ладонями лицо.
— Тем более! Иди и поговори с ним! — Миша стала подталкивать подругу в сторону ее возлюбленного.
Мэри мельком взглянула на парня и, глубоко вздохнув, направилась к нему, но на полпути пути сменила направление и пошла к своим друзьям.
— Мэри! — недовольно окликнула ее Миша. — Мэри!
Та услышала ее возглас, обернулась к нам, состроила кислую мину и продолжила путь.
— Эти клыки так мешают! — Миша достала изо рта искусственные клыки и с точностью баскетболиста бросила их в недалеко стоящий мусорный бак.
— Ты так и будешь держать Мэри на привязи? — усмехнувшись, спросил я Мишу.
— Ничего подобного я не делаю, — ответила она и фыркнула, словно я сказал чепуху.
— По-моему, ты потеряла ее на целый вечер, — заметил я, увидев, как Мэри с друзьями направились куда-то за здание.
— Предательница! Как она могла так оставить меня? — возмутилась Миша.
— Она — не твоя комнатная собачка.
— А ее за собачку и не принимаю!
— Поэтому так разозлилась на нее? — спокойно улыбнулся я.
Миша промолчала, но раздраженно вздохнула.
В это время на середину площади вышел «дворецкий».
— Дамы и господа вампиры! Благодарим вас за посещение нашей скромной кровавой трапезы под этим чистым небом! Сегодняшний вечер — прелюдия к торжеству! Сегодня мы празднуем рождение новой луны! Также, дети мрака, мы собрались для того, чтобы выбрать короля и королеву сегодняшней ночи! Виват, король! Виват, королева!
Псевдовампиры дружно зааплодировали.
— Как интересно! — шепнула мне Миша, усердно хлопая в ладоши.
— Просто с ума сойти! — насмешливо усмехнулся я.
— А теперь, мои друзья-вампиры, угощайтесь кровью и празднуйте эту ночь! — с пафосом крикнул «дворецкий».
Вновь раздались рукоплескания и радостные возгласы. Затем псевдовампиры вернулись к своим разговорам.
— Пойдем, присядем. — Я протянул Мише руку.
— Но я хотела… Хорошо, пойдем.
Она вложила свою ладонь в мою, и я повел ее за собой в отдаленный уголок, находившийся у стен колледжа. Мы сели на одну из скамеек и стали наблюдать за тем, как сотни молодых людей с упоением играли в нас.
— Почему тебе здесь не нравится? — вдруг спросила Миша, взглянув на меня.
Я все еще держал ее ладонь в своей, но Миша словно не придавала этому значения.
— Как ты это поняла? — улыбнулся я, свободной рукой снимая с себя цилиндр и водружая его на голову девушки.
— Потому что ты укоризненно на меня смотришь, — недовольно ответила она, не обращая внимания на мои действия.
— Да, действительно: не понимаю, что я здесь забыл, — честно отозвался я.
— Но ты сам пригласил меня сюда! — обиженно сказала Миша и забрала у меня свою ладонь.
 
— Этот вечер — наглядный пример того, что ты должна знать о смертных, — спокойно сказал на это я.
— А ты не подумал о том, что они могут мне нравиться? — недовольно бросила она.
— Но они не должны тебе нравиться, — с упреком сказал я. — Как ты не понимаешь, что все эти люди и люди вообще — это планктон, а мы — киты, которые его употребляют. Знаешь, что будет, если планктон перестанет умирать?