Мой ледяной принц (СИ)

Легенда гласит, что Оксфорд в Англии появился благодаря принцессе Фрайдсвайд. Прекрасная девушка мечтала стать монахиней, но преградой этому стал король, желавший жениться на ней. Чтобы избежать этого, она убежала в маленький поселок, а когда король поехал за ней, в дороге он потерял зрение и приобрел его лишь после того, как принцесса простила его преследование. За это он пообещал девушке свободу, и Фрайдсвайд основала монастырь, вокруг которого появились первые коллегиальные колледжи, а потом и город.
История Оксфорда начинается в девятом веке, когда король Альфред Великий приказал построить фортификации в нескольких английских поселках для обороны от завоевателей. Вскоре крепость, построенная саксами, превратилась в цветущий город, и залогом этому стало удачное его расположение между двумя реками, что благотворно повлияло на торговлю.
Город периодически повергался нападениям датчан, а в одиннадцатом веке был полностью уничтожен в пожаре. После реконструкции городом завладели норманнские завоеватели, которые построили здесь первый замок. В то время город был вторым в Англии по количеству населения сразу после Лондона.
В 1117 году был обоснован самый старый университет Англии, с целью дать священнослужителям более полное образование. Лишь при Генрихе Втором Оксфорд стал настоящим университетским городком. Его студенты получили много привилегий от правительства, что, конечно, вызвало недовольство местного населения. Между студентами и жителями постоянно возникали конфликты, и, чтобы решить ситуацию, руководство университета перенаправило студентов в Кембридж, что стало основанием второго по старине университета в англоязычном мире.
В эпоху Тюдоров экономика города вращалась вокруг учебного заведения: студенты стали основным источником дохода для местных мануфактур и промышленников. Вскоре Оксфорд превратился из маленького городка в большой богатый город.
Во времена Первой мировой войны количество студентов заметно уменьшилось, так как большинство из них было призвано к службе в армии. Сам же университет отдал часть своих помещений под военные госпитали. После войны город был быстро восстановлен и стал центром индустрии. Во Второй мировой войне разрушения обошли Оксфорд стороной, так как в городе не была развита тяжелая промышленность, и особого смысла тратить на него ресурсы у нацисткой Германии не было.
Массовая трудовая миграция после войны превратила Оксфорд в мультикультурный город. Таким он остается и сегодня: число иностранных студентов со всего мира растет с каждым годом. Этот старый красивый город стал своеобразным центром интеллектуального потенциала с технологическими и научными базами, которые привлекают молодые умы, и все так же остается городом с большим научным потенциалом.
Самый большой и старинный университет города — Оксфордский, в который я и поступила: он насчитывает тридцать восемь колледжей, а также шесть общежитий — закрытых учебных заведений, принадлежащим религиозным орденам без статуса колледжа. Заведение делится на девять факультетов: английского языка и литературы; истории; лингвистики; филологии и фонетики; средневековых и современных языков; музыки; философии, теологии и религии; античных наук; восточных языков и культуры. В него входят и научные центры, где работают ученые и студенты. Каждый год более двадцати тысяч студентов со всего мира выбирают это учебное заведение своим «alma mater».
Архитектура города заслуживает целых томов описания, но, не буду остроумной, если скажу: «Здесь царствует готика!». Готика, ежегодно привлекающая миллионы туристов. Много колледжей Оксфордского университета тоже расположены в зданиях средневековой постройки. Например, мой — прекрасный старинный колледж Святого Иоанна, основанный в 1511 году леди Маргарет Бофорт — матерью короля Генриха Седьмого.
Таким образом, я стала частью этого прекрасного, одного из самых известных и старинных университетом в мире, и была несказанно счастлива от этой мысли.
В понедельник наступил первый учебный день. Меня охватывало невероятное волнение, а ночь воскресения я провела бестолково: до утра выбирала себе костюм и остановила выбор на белой рубашке с узкими руками, черной юбке, классического покроя, черных колготках, туфлях на удобном каблуке, и, конечно же, черной шелковой повязке на шею. Мантия, новенькая и аккуратно проглаженная, весила на спинке стула.
 
Утром я пробежалась, сократив время пробежки до часа, приняла душ, помыла голову, высушила волосы феном, надела костюм, убрала волосы в узел на затылке, надела туфли, осторожно сложила мантию в сумку, покрутилась перед зеркалом, надела осеннее коричневое пальто, вышла из дома, села на велосипед и поехала к колледжу. Я была так взволнована, что почти не слышала окружающего шума, хотя он постоянно преследовал меня, но в этот раз волнение заглушило вечный гул в моей голове.
Подъехав к стоянке, я прицепила велосипед к столбику и в нерешительности застыла на месте: что-то сдерживало меня, сковывало мои действия. Когда я терялась, то становилась очень нерешительной. Поэтому сейчас я молча глазела по сторонам, наблюдая за тем, как сотни студентов смело шагали к колледжу.
«Что за трусость!? Эти люди смелее меня?» — раздраженно подумала я, и эти мысли сдвинули меня с места.
Я зашла в колледж и, наблюдая за действиями других студентов, сдала в гардероб свое пальто и надела мантию. Но тут у меня сдали нервы, и я спряталась в угол, не зная, что дальше делать. Моя смелость угасла, оставив меня наедине с отвратительным чувством неловкости: все знали, что делать, кроме меня! Я забилась в угол, понимая, что веду себя как последняя дура, но боялась покинуть это убежище.
— Девушка из магазина! Это ты? — вдруг услышала я рядом с собой знакомый мужской голос.
Это был Эндрю — бывший парень Мэри.
— Привет, — растерянно отозвалась я.
— Привет! Ты почему здесь спряталась? — приветливо спросил он: на нем тоже была черная мантия.
— Наверно, это покажется тебе глупым и смешным, но я совсем потерялась! Не знаю, что делать и куда идти! — воскликнула я, обрадованная его появлением: как вовремя он подошел! Нет, не то… Как замечательно, что он подошел!
— Тогда позволь я отведу тебя, куда нужно: скоро первокурсники будут давать клятву, — сказал парень.
— Что бы я без тебя делала? — с искренней благодарностью сказала я. — Кстати, я — Миша.
— Миша, — повторил он. — А меня зовут Эндрю. Пойдем, нужно забрать твое пальто.
И точно: сейчас я увидела, что его мантия была надета поверх черного пальто.
Я забрала в гардеробе свое пальто, надела его, затем мантию, на голову — шапочку, и мы с Эндрю вышли во двор, на котором уже стояли сотни студентов. Парень провел меня к организованным стройным рядам первокурсников и ушел. Первокурсники, стоявшие рядом со мной, весело болтали, а я лишь сильно волновалась, совсем не понимая, что происходит и должно произойти.
— Привет, ты тоже только поступила? — вдруг спросила меня соседка слева — приятная улыбчивая девушка.
— Привет, да. И если честно, я безумно волнуюсь! — вырвалось у меня.
— О, я прекрасно тебя понимаю: сама такая же. Откуда ты? У тебя странный акцент.
— Из Польши, — ответила я и улыбнулась: мне было очень приятно оттого, что она заговорила со мной.
— Далеко отсюда… А я — из Шотландии. Меня зовут Элли.
— А меня Миша. Знаешь, я совсем растерялась.
Элли тихо рассмеялась.
— Я тоже. Мы можем… — Она не договорила, так как в это время на трибуну взошел пожилой седовласый мужчина в мантии (но не в такой, как у нас) и шапочке, и поприветствовал студентов. В ответ ему раздался гром рукоплесканий. Я машинально повторяла за студентами все их действия, но все равно чувствовала себя невообразимой тупицей.
 
— Давай дружить, Миша! Я здесь совсем никого не знаю! — шепнула мне Элли, когда наступила минутная пауза.
— С удовольствием, потому что я тоже ни с кем здесь не знакома! — ответила я ей.
— А тот парень, что тебя привел?