Навечно в грёзах (СИ)

— Странно, странно… А ходят слухи, будто он тебе завещал престол после себя.
— Это не слухи. Так и есть. Но, если произойдёт так, что я переживу моего Короля, друга, я не соглашусь.
— Почему же? Не уж-то не хочешь стать первым в государстве?
На мою очередную провокацию он, сурово глянув на меня, резко сказал, как отрезал:
— Нет. Не хочу.
То ли от его тона, то ли от взгляда у меня по спине волнами пробежались мурашки. Но я продолжила нахально допытываться, словно назойливая муха в жаркий день.
— Но почему не хочешь? У всего ведь есть причина.
— И это ты мне задаёшь этот вопрос? Сама-то чего брату трон уступила? Насколько мне известно, почти весь эльфийский народ тебя желает видеть на престоле. А ты легкомысленно доверила целое государство такому, как Бурхат.
Та-а-ак… по-моему, пленник начинает переходить границы дозволенного.
— Не твоё дело, демон! И, поверь мне, такого правителя, как Бурхат, ещё поискать надо.
— Верю, Ами. Охотно верю. Наслышан.
Ну всё, выбесил своими намёками…
— Да кто ты такой, чтобы по слухам и домыслам судить Короля Арнорда? Не смей о нём так говорить!
— Это ещё почему? Потому что моя хозяйка так повелела? — Саркастично приподнял одну бровь и пожирает меня голодными глазами, вдоволь наслаждаясь моей вспышкой гнева. Я невольно провела руками поверх плаща, чтобы убедиться в том, что он по-прежнему на мне. А то так смотрит на меня…
— Потому, что ты его не знаешь! Никто его не знает! Он самый умный и хитрый из всех, кого я встречала! Бурхат, как истинный правитель, всегда просчитывает все возможные ходы врага наперёд и имеет более сотни различных планов на все случаи жизни.
— И свадьба с тобой — это очередной его план? Боится, что без тебя и года не продержится на троне?
— Бурхат — законный наследник своего отца! Он любит свой народ и меня. И он ничего и никого не боится. Боятся те, кто, не разобравшись в ситуации, за спиной вешают лживые ярлыки.
— Значит, ты утверждаешь, что он не извращенец?
— Я… — И что мне на это ответить? Блядство, убью летучую тварь. — Я утверждаю, что, если ты сейчас не заткнёшься, тебе снова придётся отращивать язык.
Рэнн злобно сплюнул на сухую землю с таким видом, будто этим плевком высказал всё, что думал обо мне в этот момент. Но заткнулся. Действительно заткнулся. Так и шёл молча ещё целые сутки до самого заколдованного леса, изредка обозлённо поглядывая на меня исподлобья. И, вроде бы, последнее слово осталось за мной, а он повиновался моему приказу… вот только меня не покидает мерзкое чувство, будто это я проиграла в нашей словесной перепалке.
Бурхат
(Реквием по мечте (ElectricM remix))
Как оказалось, деньги и время —самое тяжёлое бремя в моей жизни. Особенно, когда время тянется убийственно медленно, а деньги… в Аваллоне сложно найти, на что их потратить.
— Не верю! Глубже бери, глубже!
О чём я? Ах, да! До чего же скудный перечень развлечений в нашем мире. Ведь дело не только в том, что эльфийский народ свято верит в семейные ценности и высокую мораль. Нет. Насколько я слышал, в Тартасе по большей части почти такие же устои. Ну, за исключением Терказара. Хм-м-м… Терказар, вот это город истинного греха и порока!
Ну сколько можно? До чего бездарные актёры?
— Не верю! Лучше играйте!
Так вот, по слухам, Терказар просыпается вечером и засыпает на рассвете. Обилие ночных заведений с неоновыми вывесками, самые диковинные развлечения, привезённые с разных миров. В столице демонов не возбраняется законом, а даже поощряется обильное сорение деньгами в самых разных валютах. В этом городе моей мечты можно купить всё, абсолютно всё, что только душе угодно. Азартные игры, ставки! Самые невероятные женщины, существа и технологии, привезённые из других миров. Поговаривают, там даже есть женщины-кентавры и ма-ши-на. Штуковина из человеческого мира. Она неодушевлённая, но при этом умеет перевозить на большие расстояния. Фантастика!
— Громче! Я вас не слышу! Громче стоните!
Смотрю на этих недоумков, зовущих себя профессиональными актёрами, и понимаю, что, нет, Аваллон никогда не станет таким же прогрессивным городом, как Терказар. А жаль. Жаль, что я — Король эльфийского королевства — не могу поехать поразвлекаться в Терказар, а вынужден тухнуть со скуки в этом консервативном, тошнотворно семейном и приторно законопослушном городе — Аваллоне.
 
От тяжких дум меня оторвал Дорлас, вошедший так тихо, что, не будь он размером с три свиньи, я бы его и не заметил. Слуга недоумённо засмотрелся на оргию из шестерых «профессиональных» актёров, расположившихся в углу моей опочивальни и сношающихся по моему приказу. А после в удивлении перевёл ошарашенный взгляд на огромную чёрную деревянную рамку в два на два метра, располагающуюся между мной и актёрами.
— Телевизор! — Решил пояснить происходящее этому невежде, пока его окончательно не хватил удар от непонимания современного искусства.
— Те-ле… что? — тупица недоумённо переспросил и теперь уже на меня уставился в удивлении.
Та-а-ак… Надо бы мне не забыть подыскать себе более современного слугу. Надо приказать Дорласу, чтобы подыскал. Стоп. Нет. Как он сможет найти современную замену себе, если сам древний? Сука! Нда-а-а… с адекватной прислугой нынче туго. Но мне лень самому заниматься подобными мелкими делами. Ладно. Пускай ископаемое остаётся. Ведь, если Дорласа всему обучить, ему замены не будет.
— Те-ле-ви-зор. Телевизор. Как в человеческом мире. Мне Василий рассказывал. Они там смотрят в специальную рамку со стеклом, а в ней разворачивается какое-то действие. А ещё у людей имеется прибор, способный менять громкость происходящего, и, если стало скучно или приспичило выйти, то можно остановить действие. Я попросил Васю привезти мне такую вещь, но в нашем мире нет специального шнура, по которому передаётся изображение. Да и с электричеством у нас перебои. Не то, что в Терказаре, между прочим. Говорил же тебе, олух, не стоит надеяться на постоянство ветров. Нужно просто поместить эльфов в деревянные вращающиеся колёса и хлестать плетьми, чтобы бегали быстрее. Ах, да, мы ведь гуманный народ… Запамятовал совсем, — я не без издёвки произнёс в надежде, что тугодум оценит мой тонкий сарказм. Но не тут-то было. — Ладно. Что у тебя? — Только было Дорлас решил вымолвить слово, как я остановил его жестом руки и обратился к своему телевизору. Жаль, что не нажатием кнопки, а голосом. Но Василий заверил меня, что голосовые команды — это куда прогресивней.
— Пауза! — торжественно произнёс. — Я ставлю вас на паузу! Замрите! — И они замерли в самых неудобных позах. Ещё бы! Пусть только посмеют ослушаться своего Короля. — Пока я не разрешу вам продолжать дальше, вы так и будете на паузе. День. Два. Сколько? Не знаю. Пока мне не захочется досмотреть кино.
Актёры, выслушав мои слова, даже не шелохнулись. Лишь Дорлас испуганно переводил взгляд своих мелких сальных глазёнок с меня на них и обратно.
— Продолжай, Дорлас.
— Мне сообщили, что прибыла оставшаяся группа из Тартаса, та самая, которая отправилась во главе Вашей сест…
— Амайя! Моя Амайя! Она жива!
Не дав договорить медлительному тупице, я подорвался в тронный зал. И чуть было не свернул свою изящную шею на этих бесчисленных ступенях, спеша вниз. Лишь у самого зала смог усмирить свой пыл и замедлить ход.
Как только массивные двери тронного зала с грохотом распахнулись, я моментально начал искать взглядом её, но… но не нашёл. Передо мной в почтении до самого пола склонились пятеро эльфов, жутко вонючих, в рваном тряпье и измазанных в крови эльфов. Хотя, может, и демонов. Кто их разберёт? Моей Амайи среди них не было. И я нетерпеливо закричал:
 
— ГДЕ ОНА?
Он — её карманная игрушка, Кирион, — поднявшись с колен, подался на шаг вперёд.
— Ваше Величество, моё почтение Вам. Принцесса Амайя пожелала закончить миссию в одиночку и приказала нам вернуться.