Возвращение клана. Том 2 (СИ)
— Сюрикены. Они действительно родом с Нихонских островов… Или Японских, как у нас в Москве принято из называть, — пробормотала задумавшись Ефимова-старшая, но используют их не так, как например метательные треугольники. У подобного оружие, высокая парусность и низкая пробивная способность, так что обычно они либо заранее глифированы и по сути, являются аналогом свитка с чарами, либо используются чтобы отвлечь или попытаться отравить противника… Кстати возможно, что именно таким меня и зацепило, так что я на адреналине не заметила. В любом случае, казанянам они не нужны. В Казани, точно для тех же самых целей, издревле пользуются «Кояшами». Бритвенно заточенными дисками, которые намного проще сюрикена в изготовлении и в разы легче…
— Если так подумать, нахмурился я, — то из воспоминаний принца «Как-его там», не помню имя. То он и его товарищи, были одеты в одежду примерно такого же фасона как и эти… Только… Более древнюю что ль. Если я правильно помню, они надев её вроде бы как маскировались и были уверены, что в подобной форме, враг никогда не узнает из какого они были клана.
— Хочешь сказать, что это нечто вроде нашей стандартной полисной формы, предлагаемой к ношению Княжеским столом?! — задумчиво кивнула Даша. — Впрочем, да… она пусть и тёмно-зелёная, а не чёрная, но одень Веру и господина Бажова в неё, за пристегни стандартный капюшон и маску — получатся просто чародей и чародейка из Москвы, но кто там с ходу разберёт из какого кто клана.
— Собственно по этой причине Княжеский стол и рекомендует её к ношению действующими чародеями на службе, — усмехнулся мужчина Сердцезаров. — И не требует этого, только из уважения к клановым вольностям.
— Мне конечно лестно, Дарья, что ты меня тут передо всеми уже «переодеть» успела, — хихикнула Светлова-старшая, до этого со знанием дела потрошившая мужика с ранее разрезанными на заду штанами, — но здесь кое-что нашла.
С этими словами она аккуратно, ножом за цепочку, подняла и продемонстрировала всем маленький блестящий медальон очень простого дизайна, в виде стального колечка в котором располагалась веточка со свисающим с неё яблоком.
— А на плече у него точно такая же татуировка с воробьём…
— Соловьём, — поправил её Андрей Емельянович.
— Да хоть с вороной!
— Значит всё-же «Садовники», — подытожил за всех мрачный чародей из клана Звёздных, после чего все посмотрели на меня.
— Если эти, — я кивнул в сторону трупов, — явились вдруг по мою голову, то это странно! Мне на адрес Ольги Васильевны ещё после инцидента от главных, «Архонтов», кажется, приходило письмо с извинениями и уверениями что ко мне у них нет ровным счётом никаких претензий…
Вновь как какое-то время, воцарилась тишина, а затем, капитан бажовской гвардии, поморщившись, произнёс.
— Теория о том, что засада была устроена «Садовниками», на Антона, конечно выглядит весьма реалистично… Хоть повод для мести с их стороны, очень мелочен для такой организации, — Андрей Емельянович поморщился. — Но если письмо о котором он говорит было настоящим, то она не выдерживает никакой критики. Пусть я и считаю этих отбитых фундаменталистов-шаманистов просто одной большой бандой отморозков, но нельзя не признать, что слову однажды данному своими Архонтами они всегда следуют неукоснительно.
— А… Может быть всё дело в птичке? — раздался вдруг неуверенный голос Машки, а когда мы все посмотрели на неё, она поспешила объяснить. — В смысле, что эта птичка на татуировках может быть означает что-то важное. Вроде как символ отряда или принадлежность к внутренней фракции, которая как-то связана с тем инцидентом на экзаменах.
— Может быть, — медленно произнесла тётка Марфа, а затем всё же покачала головой, — но вряд ли. Не будут такие люди как «Садовники» рисковать своими не самыми последними чародеями, только для того, чтобы отомстить за слегка обуглившуюся соплюшку.
Глава 7
Как бы мы не спешили, но закончить свою задачу и в вернуться наконец обратно в Полис, у нас получилось только через день, почти одновременно с ещё одной, более опытной студенческой группой из Сахаровки, которую отправили по тому же маршруту через два дня после нашего выхода. Собственно подобная частота выдачи одних и тех же потоковых заданий на патрулирование учебным пятёркам, позволяло не только сохранять общую осведомлённость властей Москвы о ситуации как в Запретной Зоне, так и по её периметру, а так же поддерживать хоть какую-то безопасность на дорогах. Но ещё и пассивно, хоть и не гарантированно, страховать другие ранее вышедшие в патруль руки, случись им попасть в какие-нибудь неприятности.
В любом случае, в этот раз двигаясь увеличившимся отрядом, наша скорость значительно снизилась, потому как именно нам, студентам, старшие поручили транспортировку трупов неизвестных чародеев. В то время как сами взяли на себя роль постоянного охранения, вполне разумно опасаясь повторения недавней засады.
Ну а так как собственно, никаких хитрых приспособлений для переноски мёртвых тел у нас с собой не было, трупы пришлось просто замотать брезентовое полотно от наборов быстро возводимых навесов, которые нашлись в походных рюкзаках приставленных к нам охранников после чего, получившийся свёрток привязывать к себе верёвками. Так мы хотя бы могли продолжать двигаться с более-менее приличной скоростью, потому как альтернативой было разве что сооружение из подручных вариантов носилок или волокуш, передвигаться с которыми можно было разве что со скоростью обычных людей.
Впрочем, подобный метод переноски трупов удобным назвать мог разве что откровенный мазохист. Под начавшим припекать солнышком, уже к вечеру того же дня мертвецы начали заметно благоухать, так что ночевать, все девочки кроме стойкой к подобным вещам Машки Сердцезаровой, ушли бледными и голодными не в силах запихнуть в себя ни единого кусочка. Ну а дальше, естественно было только хуже, но к вечеру следующего дня, мы уже как-то пообвыклись.
Да и голод поборол в наших барышнях брезгливость. К тому же, пусть их силы и поддерживались живицей, но без обычного пополнения энергии, с закручивающимся в узел желудком, привыкшим к обычно довольно обильному и регулярному питанию практикующих одарённых, не останавливаясь нана отдых, поддерживать постоянный темп бега, да ещё и с дополнительным грузом на плечах было довольно трудно.
На утро же третьего дня после засады, проснувшись и позавтракав, благо на ночные дежурства нас более не ставили, я вдруг обнаружил, что вверенный мне свёрток пытается двигаться. Для простейшего заражения теми же кровавыми мухами прошло слишком мало времени, да и другие изученные и известные мне из книг способы поднятия нежити в нашем регионе, под данный случай как-то не подходили. Во всяком случае, я никогда деже не слышал, чтобы какие-нибудь мертвецы пытались ожить уже на третий день после своей смерти.
Ведь существуй подобное, Москва, давно бы кишела нежитью, при учёте, что в тех же храмах покойников провожают в Ирий и возжигают костерище только на пятый день, а уж сколько человеческих тел, в особенности на нижних ярусах, находят только спустя месяц, а то и два, одним лишь Ураборосу, да может быть Княжескому Столу известно!
Старшие чародеи, посовещавшись и припомнив, что в некоторых областях западной Европы мертвяки, если верить слухам поднимаются куда как раньше нежели у нас. А так же не став сбрасывать со счетов разнообразные посмертные фокусы разнообразных кланов, пришли к выводу что это какой-то не местный рецидив который чужак притащил к нам со своей родины. Что в перспективе может быть крайне опасно, ведь нет никакой уверенности в том, что подобная зараза с ранним поднятием не сможет каким-то образом закрепиться на нашей земле.
За одно, парочка Сердцезатовых, тут же на месте наложили на нас целую серию каких-то чар, после чего долго и внимательно вглядываясь в разошедшееся от наших тел розовое свечение с довольно красивыми на мой взгляд жёлтыми, зелёными и голубыми переливами. Но судя по всему, ничего подозрительного не нашли.