Maximus Rex: О.Р.Д.А (СИ)

Выглядела Марина, нужно сказать, завораживающе — белизна летнего платья контрастировала с бронзой загорелой кожи и блестящими волосами цвета воронова крыла. Босоножки — на невысоких каблуках, девушка держала в руке, идя по тропинке босиком, что придавало ее облику дополнительного шарма. Я смотрел на нее, а вот ее внимание сейчас было приковано к моей машине.
— Ух ты! — с заметным интересом спросила Марина, подходя ближе и едва дотрагиваясь до капота. — Так это твоя? — подняла она на меня взгляд огромных черных глаз.
— Да, — озвучил я очевидное.
— Давно хотела узнать чья такая на стоянке у офиса стоит. Какая клевая, мне очень нравится!
Я так и не отрывал взгляда от ее темных глаз. Большие, миндалевидные, придающие ее лицу оттенки восточной красоты.
Удивление вроде естественное, ненаигранное. Но автомобиль действительно приметный, в городе такого больше нет: Jaguar X-Type в редком ярко-красном цвете. И несмотря на то, что машине двадцать лет — на год меньше чем мне, выглядит ягуар, особенно издалека, как новый. Неудивительно — отец на нем ездил очень редко, он в основном передвигался на служебной с личным водителем. А потом, когда мне было тринадцать и отец погиб, машина долго стояла у старого друга отца в гараже. И этот красный ягуар теперь единственное напоминание былого богатства и благополучия нашей семьи.
Да и сама семья теперь насчитывает всего одного человека — меня.
— Андрей отказывается нас везти! — между тем с интонацией осуждения провозгласил Константин, обращаясь в подошедшим коллегам.
«Какой такой Андрей?» — впервые увидел я направленный на меня взгляд Ани. Она, несмотря на включенный демонстративный игнор, прекрасно помнила мое имя.
На взгляд Ани, впрочем, внимания я не обратил. Так и смотрел на Марину, на губах которой заиграла легкая улыбка. Глядя в огромные, поблескивающие темные глаза на широкоскулом лице, я отметил в ее внешности смесь ангельски-милой, но в то же время взрывоопасной элегантной привлекательности.
Очень интересная девушка. Совершенно незаметная в офисе — человек в режиме робота, безэмоциональная часть холодной корпоративной машины, и абсолютно живая, чертовски привлекательная здесь и сейчас. Поставь сейчас рядом ее «рабочую» версию, и не сразу придет понимание что это один и тот же человек.
— Кому куда, кто где живет? — поинтересовался я у подошедших коллег.
Пока удивленный моей внезапной сговорчивостью Константин что-то недоуменно мямлил, я выяснил адреса. Аня, я и так это знал, жила на Гражданке, Вячеслав в центре, Константин в Купчино, чему я даже не удивился. А Марина, как оказалось, жила в Пушкине, в южных дворцовых предместьях Петербурга.
— Какое неожиданно совпадение, — подмигнул я Марине. — Мне ведь как раз сегодня вечером в Пушкин нужно по делам!
Марина понимающе улыбнулась, а я окинул остальных взглядом.
— Давайте так: я сейчас заскочу в город, высажу вас троих у метро. Потом мы с тобой до Пушкина доедем, — посмотрел я уже на Марину.
— Отлично, — кивнула девушка после небольшой паузы, при этом подарив мне загадочную улыбку.
Пока Аня удивленно смотрела на меня, а Вячеслав и Константин в два голоса уверяли меня, что к метро им неудобно, я обошел машину и открыл пассажирскую дверь. Марина легко приняла приглашение, заняв переднее пассажирское место. И только после того как она села, я посмотрел на Константина.
— Я немного тороплюсь, говорил же, что у меня дела. Поэтому если вам к метро неудобно, так даже лучше. Мне ведь тоже к метро неудобно.
— Тебе сложно что ли, я не понял? — набычился Константин, пытаясь превратиться в большого начальника Константин Геннадиевича. На пьяных щщах получалось у него это, надо сказать, не очень.
— Тебе сложно что ли? — эхом повторил Вячеслав, также пытаясь трансформироваться в Вячеслава Аркадиевича.
— Сложно, — легко согласился я. — А у вас денег на такси нет, что ли?
В ситуациях, когда на мне хотят поездить, у меня всегда включается защитная реакция — я становлюсь таким колючим, что токсичность аж с клыков капает. И теперь я, кстати, даже был не против всех троих довезти до метро. В числе прочего потому, что пьяные люди с трудом вывозят сложносоставные разговоры, и можно будет над этими телами поглумиться при Марине.
 
В трезвом состоянии я бы с ними цепляться не стал, оба в диалоги и бокс по переписке умеют хорошо — иные в нашей компании на руководящих должностях не работают. Но сейчас их опыт нивелируется действием этанола, так что можно будет легко унижать обоих.
Как вместе, так и по отдельности.
Даже если потом по итогу Марина не примет моего приглашения зайти в кафе и познакомится поближе, не страшно — мне сегодня все равно вечером делать нечего, а прокатиться в объезд города по широким магистралям до Пушкина меня совершенно не напряжет. Люблю иногда просто порулить в одиночестве, чтобы главное без светофоров. Мысли в кучу помогает собрать.
Пока я шел к водительской двери, Вячеслав уже принял решение ехать. Он видимо прекрасно понял, что моя тактика: «Второе предложение хуже первого, но лучше третьего». Открыв дверь, Вячеслав сейчас пропускал на заднее виденье в середину Аню, которая уже снова меня игнорировала. Но выглядела при этом немного обескураженно.
Дождавшись, пока Вячеслав сядет, я поймал его взгляд через зеркало.
— Вячеслав, вы что-то сказали?
Вячеслав моему вопросу удивился — он ведь молчал и ничего не говорил.
— Вячеслав, давайте я вам помогу! Вы, наверное, хотели сказать: Спасибо, Максим Станиславович, что согласились нас подвезти и дышать нашим перегаром сорок минут, слушая наши глубокомысленные пьяные разговоры, за которые нам всем утром будет стыдно?
Марина едва слышно фыркнула, Вячеслав что-то пробурчал невнятно. Почему-то ему мое предположение совсем не понравилось.
Ладно, я еще только начал.
Константин между тем, обиженно надувшись и громко сопя, тоже сел, вернее упал, на заднее сиденье. Оба они с Вячеславом весьма большие, так что машина под их весом ощутимо просела. И когда я притопил педаль, ягуар даже рыкнул двигателем, трогаясь с места. Гравий дорожки забил в днище, и я полого развернулся к выезду с живописной стоянки перед базой отдыха.
— Леди и джентльмены, пристегнитесь пожалуйста, — поглядывая в зеркало, попытался я поймать взгляд Ани, сидевшей посередине заднего сиденья. Блондинка меня даже не услышала — или сделала вид, что не услышала.
Практически одновременно с моими словами щелкнул замок. Это, надев босоножки, выпрямилась и пристегнулась Марина, подарив мне заинтересованный взгляд, дополненный легкой улыбкой. В этот момент Константин с Вячеславом начали что-то говорить, наполняя салон запахом перегара. Марина легкой гримаской показала мне отношение к пьяным людям на заднем сиденье, в ответ я поджал губы и понимающе покачал головой.
Марина, судя по виду и откликам эмоций, абсолютно трезвая. И мне это понравилось.
Выезжая со стоянки на мягкую, укрытую хвоей лесную дорогу, я специально агрессивно вильнул, круто входя в поворот. Судя по комментариям, пассажирам сзади понравилось.
— Как хорошо сохранилась, — Марина между тем наклонилась, проводя по пластику приборной панели и с интересом осматривалась. — Ты его в таком сохране купил, или сам восстанавливал?
— Интересуешься машинами? — проигнорировал я вопрос.
— Мальчики играют в машинки, девочки играют в куколок. Мальчики вырастают и начинают играть в куколок, а повзрослевшим девочкам начинает нравиться игра в машинки.
— Хм, неожиданная сентенция. Но в этом определенно что-то есть…
— Так где ты такой нашел?
Рассказывать о том, что это машина отца, мне не хотелось. Мне вообще никому не хотелось рассказывать о своей семье.
— Знаешь, как в анекдоте: мужик как-то приезжает на ТО на старом мерседесе в идеальном сохране, практически с нулевым пробегом. Механики восхищаются, мол какая машина, надо же. И спрашивают у мужика, как ему удалось. Он говорит, что в гараже двадцать лет стояла. Они такие — вы, наверное, уезжали, да? Он такой, ну да, уезжал. И вздохнув, добавляет: «Сначала на восемь лет уезжал, потом на двенадцать»