Гувернантка для монстра (СИ)

Но двинуться с места я не успела.
– Вы уже проснулись, мисс Крунс? – спросил меня глухой голос, в котором я с трудом узнала своего работодателя.
– Мсье Милфорд? – переспросила я. Голос дрожал от испуга, поэтому выговорить его имя удалось не с первого раза.
– Мне нужна ваша помощь, мисс Крунс. Спускайтесь, – велел он и тяжело поднялся с кровати.
Что-то в его осторожных, неловких движениях и глухом голосе заставило меня начать одеваться, как только мсье Милфорд отвернулся. Даже не стала ждать, когда он выйдет из комнаты. Каким-то женским чутьём я понимала, что он разбудил меня неспроста.
Когда я спустилась, в кухне горел свет. Мсье Милфорд сидел за столом, но как-то кособоко.
– Растопите печь и нагрейте воды, – велел он.
И мне снова не пришло в голову возмущаться из-за его командного тона. Я знала, что происходящее очень серьёзно.
С печью всё получилось с первого раза. Я даже немного гордилась собой. Мы с Лючиной положили себе за правило с вечера готовить растопку. Так было удобнее, и утром, спросонья, когда в доме уже прохладно, не нужно было бегать за дровами.
Поэтому я сложила приготовленное в печь, открыла заслонку и чиркнула спичкой. Довольно улыбнулась, когда убедилась, что огонь разгорелся, и дым идёт в отведенное ему место, а не заполняет кухню.
И в этот момент перехватила взгляд мсье Милфорда. В нём было… удивление? Да, пожалуй, мой работодатель не ожидал, что у меня так легко это получится. И попросил лишь потому, что забылся.
Мне всё больше казалось, что он сразу догадался о моём аристократическом происхождении. Ещё в тот день, когда мы готовили яичницу с луком.
Пока я наливала в кастрюлю на плите воду, размышляла, может ли мне это чем-то грозить. Но прийти к какому-то выводу не успела, потому что мсье Милфорд отдал следующий приказ:
– Принесите иголку и нитки.
Теперь уже я взглянула на него с изумлением. Зачем ему нитки среди ночи? Но спорить опять же не стала. Послушно пошла в свою комнату. Спасибо Овсянке, которая позаботилась, чтобы небольшая шкатулка со швейными принадлежностями лежала у меня в сумке.
Сама я подобном не подумала бы.
Конечно, в пансионе нас учили и шить, и вышивать. Ведь каждая благородная леди должна обладать этими навыками. Но, к сожалению, мне оно никак не давалось. Поставив мне проходной балл, учительница рукоделия с облегчением от меня избавилась.
Пока я ходила за шкатулкой, вода закипела. Я собралась снять кастрюлю с плиты, но, оглянувшись, заметила, что мсье Милфорд уже стянул куртку и теперь неловко пытался избавиться от свитера крупной вязки.
Он действовал так, будто не владел правой рукой. И я бросилась ему на помощь, даже не задумавшись, что делаю. И уже только коснувшись горячей кожи, отпрянула, вдруг осознав, что помогаю раздеваться мужчине. И мы с ним сейчас совершенно одни.
– Помогите мне, мисс Крунс, – хрипло попросил он, добавив: – Я сам не справлюсь.
Глубоко вдохнув, я снова подошла к мсье Милфрду и потянула рукав свитера. От резкого движения мужчина вздрогнул, втягивая воздух сквозь зубы.
И до меня вдруг дошло – ему же больно. Он что, ранен?
Со всей возможной осторожностью я потянула свитер и увидела тёмное пятно на лопатке.
– Что случилось? – от страха и напряжения кончики пальцев занемели и плохо меня слушались.
– Всё в порядке, просто немного поранился, – поспешил меня уверить мсье Милфорд, но по его стиснутым зубам и большому пятну крови на свитере я понимала, что мой работодатель лжёт.
Всё сосем не в порядке.
Это стало очевидным, когда от свитера удалось избавиться. Нижняя рубашка мсье Милфорда со спины вся пропиталась кровью.
Похоже, ранен он был довольно давно, потому что ткань присохла к ране. Когда я потянула за неё, мужчина снова втянул воздух.
Я сделала два шага назад и начала глубоко дышать. Паника захлёстывала меня. Всегда боялась вида крови. Где-то в горле застыл горький ком.
– Вы же не собираетесь падать в обморок, мисс Крунс? – хрипло поинтересовался мой работодатель. – Если собираетесь, прошу вас передумать. Мне и правда нужна ваша помощь.
 
Он что, сейчас пошутил? Доходило до меня долго, а когда дошло, я перевела удивлённый взгляд на мсье Милфорда. Нашёл время, когда шутить.
– Всё, пришли в себя? – его лицо было бледным. Отросшая щетина скрывала складки у губ, но вокруг глаз залегли тени, подтверждая – ему сейчас нелегко. Мужчина всё больше заваливался на бок. Похоже, он потерял много крови.
В голове мелькали тысячи мыслей и вариантов. Позвать доктора? Но как до него добраться? Водить мехомобиль я не умею, а пешком по лесной дороге уйдёт около часа. Разбудить Лючину? Она ведь наверняка уже помогала отцу в таких… ситуациях.
Но это неправильно. Разве могу я разбудить шестилетнего ребёнка, сказав – твой отец ранен, иди помоги ему – и спокойно отправиться спать?
Похожу, других вариантов не осталось. Я должна помочь мсье Милфорду. А на кровь постараюсь не смотреть.
– Вы пришли в себя? – повторил он.
– Да, – выдохнула я и решительно добавила: – Что нужно делать?
– Опустите иголку с ниткой в кипяток и помогите мне снять рубашку.
Я снова потянула за ткань, но, услышав болезненный выдох, тут же отпустила.
– Как это сделать? – голос дрожал, руки тоже. Я просто не могла причинить боль живому человеку.
– Размочите водой, – посоветовал он.
А я укорила себя за недогадливость. Это же было так логично.
Развела в миске тёплой воды, смочила в ней тряпицу и приложила её к пятну крови на спине мсье Милфорда. Когда ткань достаточно размокла, я осторожно сняла рубашку. Она всё равно липла к коже, но, по крайней мере, теперь её не рвала.
Наконец мне удалось справиться с этой проблемой.
От плеча и почти до низа лопатки тянулась рваная рана глубиной около дюйма. От моих манипуляций из неё снова потекла кровь. Я стиснула зубы и постаралась реже дышать, но металлический запах всё равно проникал в ноздри. Только бы не упасть в обморок.
Я сильная. Я справлюсь.
– Теперь промойте рану, – велел мсье Милфорд. И его сдавленный голос заставил меня помнить, что моему работодателю сейчас намного тяжелее.
Я бросила рубашку на пол, сменила воду в миске и взяла чистую тряпицу. Касаться разорванной плоти было страшно, поэтому в последний момент я зажмурилась.
И только сдавленный стон мсье Милфорда оттого, что я слишком сильно ткнула в рану, заставил меня взять себя в руки.
– Простите, – прошептала я, стараясь действовать более осторожно. Мочила тряпицу в тёплой воде и, почти не отжимая, проводила по ране.
– Ничего, – процедил он сквозь зубы.
– Что с вами случилось? – чтобы отвлечь сознание то и дело норовившее уплыть куда-нибудь подальше отсюда, я решила расспросить мсье Милфрда о произошедшем.
Но он молчал. Так долго, что мне пришлось повторить вопрос.
– Напоролся на острый сук, – наконец выдавил мужчина нехотя. И мне показалось, что он только что придумал это.
Но уличить во лжи его было нечем. А мои подозрения доказательствами не являлись. Поэтому я молча продолжила промывать рану.
– Теперь зашивайте, – велел он.
– Что?
Шить по живому? Настоящему человеку?
Ну уж нет, на такое я была не согласна.
– Пожалуйста, – устало попросил он. – Сам я не дотянусь. А зашить надо.
И что меня дёрнуло приехать сюда? Почему я решила, что в этом доме буду находиться в безопасности? Разве в заявке было написано, что придётся зашивать живого человека?
«Соискательница должна обладать силой духа», – вспомнились мне слова из объявления. Похоже, сейчас эта самая сила духа и проверялась.
Тяжело вздохнув, я сняла булькающую на плите кастрюльку с иголкой и ниткой и поставила её на стол.
– В буфете должен быть спирт, сумеете найти? – я подавила в себе желание огрызнуться и сообщить работодателю, что думаю о таких глупых вопросах. Вместо этого пошла искать спирт. Бутылка с резким запахом стояла у самой стенки, и мне пришлось повозиться, пока сумела до неё добраться.