Драконья Пыль. Проклятие Ирвеона (СИ)

— Он ведь и себя под монастырь подвел, — жаловался дракон. — Никто до сих пор точно не знает, из-за чего лесовики напали на ледяных. И Арон своим появлением заставил задуматься, а не он ли был той самой незаметной, третьей стороной, из-за которой все и закрутилось.
— А он был?
— Нет, конечно! — Дракон оскорбленно скривился. — Делать ему больше нечего. Я до сих пор жалею, что мы в тот день на север полетели. Ну, прихлопнули бы этих ледышек, невелика потеря…
— И он не побоялся поселить их рядом с Вратами? Он ведь хранитель. Вдруг они что-то сделают?
— Раздолбай он, а не хранитель, — в очередной раз припечатал хозяина дракон, — но о Вратах можно не беспокоиться. У черноглазых магия другого рода. И никто, кроме Темного Властелина этими Вратами не воспользуется.
— А как же Егар и его угрозы?
— Там другое дело. У Егара, якобы, есть ключ. Плюс куча темных под замком в «зверинце».
— На Зеркальном озере? — я припомнила разговор с магами.
— Именно. А если еще и Дух появится… В такой компании напакостить нам — раз плюнуть. Но, не думаю, что Егар пойдет на это. Масштаб крупноват.
— А куда смотрят власти Тувосарии? Король? Почему этот Егар делает все, что хочет?
— Тю… Король. Сдается мне, у Его Величества та же беда, что и у нашего Темнейшества.
Беда Арона была банальна и несерьезна в масштабах Вселенной — деньги, а точнее, их отсутствие. Прежний Темный Властелин — отец нынешнего — на покой не собирался, хотя и правил Наронетором очень давно. Особой любви к подданным не питал, эксплуатировал и в хвост, и в гриву, не всегда в честных и благородных целях. Частенько зарился на соседние земли с попутным разорением мелких деревушек. В общем, эталону злодея соответствовал чуть больше, чем сын. Последний государственными делами не интересовался, слонялся по стране, якшался с темными.
— В баню к девкам заглядывал, — не удержалась я.
— Не без этого, — согласился дракон.
В один прекрасный день королю Тувосарии надоел беспокойный сосед, Темный тоже не пылал любовью к оппоненту, правители сошлись в крупной битве. И вот незадача — наронеторцы проиграли. Темный Властелин не вернулся домой. Тувосарские наемники-горцы изрубили его в капусту вместе с десятком ближайших соратников. Этот… кхм… «салат» и предъявили новоиспеченному Владыке вместе с вопросом: как жить дальше?
Арон к такому повороту был не готов, но, первое время все шло неплохо, в основном, благодаря мудрости советников. Видимость благополучия Арона и подвела. Он снова стал отлучаться. Сначала ненадолго, потом пропадал по нескольку месяцев. Народ роптал, а когда сообразил, что его никто не слышит, начал потихоньку разбегаться и, чего греха таить, прихватывать все, что плохо лежало.
Но и этим все не ограничилось. Молодой Властелин сам вогнал последний гвоздь в гроб своего королевства. Он всегда был склонен к пагубным привычкам, благо большинство из них никак на нем не сказывалось. А тут он открыл для себя азартные игры.
Играл Властелин самозабвенно, никогда не выигрывал, но это его не печалило. Примерно в то же время он встретил Черного. Дракон ненадолго отвлек Арона от продувания казны, но по воздуху таскаться в Единорожку стало удобнее и быстрее. Дошло до того, что играл он в долг, а когда вернулся домой, чтобы взять деньги для уплаты по счетам, казна оказалась пуста, как и Башня. В оставленных коридорах гулял ветер, перекатывая обломки его власти.
Егар — хозяин игорного дома — разумеется, знал, кем был этот загадочный клиент, потому долг прощать не собирался. Арон надеялся отыграться, но лишь глубже увяз. Дракон, как ни старался, не смог окончательно вправить хозяину мозги.
— Видал я, как они играют — сплошное дурилово, — махнул лапой дракон. — Был бы я там — сразу бы вывел их на чистую воду, только кто ж меня туда пустит?
— Выходит, Егар обманул Арона?
— А то! Он же наивный, хуже тебя! Корчит из себя Властелина, а сам… Если б папочка так рано не откинулся, он бы про власть и не думал.
— Не слишком ты почтителен к хозяину.
— Да он мне не хозяин, строго говоря. Я ему задолжал. К тому же, кто бы еще меня принял, кроме сердобольного Властелина? Он с детства всякое зверье домой таскал, вот и меня притащил. Теперь-то ему никто запретить не может. Сам себе хозяин. И вдвоем, все-таки веселее.
 
Да уж, Властелин тот еще весельчак. Прокутил казну, растерял подданных. Ухохочешься. Впрочем, проблемы Арона меня не сильно волновали. Со своими бы разобраться. А ведь еще оставался неизвестно где блуждающий Антон. Что будет, если он доблуждает до Егара, а опасения Арона подтвердятся? Сомневаюсь, что Антону интересны местные междоусобицы, но, чем демоны не шутят?..
На мой взгляд, оставался еще один вариант решения проблемы Духов. Самый простой и радикальный. Но, на мое счастье, Властелин сгоряча головы не рубил.
***
— Почему тут всегда темно?
Мы сидели на балконе моей спальни. Дракон скрутился кольцом, свесив хвост в широкий проем сбоку от балконных перил, я, как всегда таращилась в темноту и от нее меня уже, честно сказать, подташнивало.
— Так это внутренность Башни, — встрепенулся, задремавший было дракон, — смотри, что покажу.
Он сполз с балкона, уцепившись лапой за перила, и выдохнул тонкую струю огня. Крошечная комета скользнула в пустоту и, встретив преграду, рассыпалась искрами. Огненные капли осели на невидимых в темноте нитях, прыснули в стороны, множась и закручиваясь спиралью вверх и вниз.
Ослепительная иллюминация высвечивала все новые и новые этажи. Сотни балконов, соединенных по кругу узкими площадками тянулись вверх к закопченному потолку и вниз в необъятный колодец. На дне громоздились кучи искореженного металла, стены щетинились обломками балок, с потолка гроздьями свисали обрывки цепей. В пустых провалах темных окон чудилось едва уловимое движение. Гирлянды из тысяч маленьких огоньков едва заметно покачивались, пуская по серым камням причудливые тени.
Я присвистнула. Масштаб Башни поражал. Словно прочитав мои мысли, дракон сказал:
— Раньше тут действовали подъемники. При таких размерах по лестницам не набегаешься. На этих площадках круглосуточно дежурила стража, да и вообще было несколько оживленнее, чем теперь.
— А как ты выбираешься наружу?
Дракон глянул вверх, потом на меня, повернулся боком.
— Забирайся, покажу.
Я воспользовалась подставленной лапой как ступенькой, подтянулась и села в углубление между зубцами гребня. Обычно там крепилось седло, но пока Черный не мог летать, Арон его снял.
— Держись крепче!
Я вцепилась в зазубренный гребень и дракон, легко развернувшись, полез по стене, как гигантская ящерица. Выступы и балконы служили ему удобной лесенкой. Под острыми когтями крошился камень, на резных перилах оставались длинные царапины. Но в тот момент я меньше всего думала о порче архитектурных элементов. Драконья шкура, гладкая наощупь, цеплялась к одежде как липучка, но я все равно впилась в гребень как клещ и надеялась не выскользнуть из штанов. Ох, и дернуло же меня согласиться!
Он быстро достиг вершины Башни. Там балконы сливались в единую галерею, из которой широкие лестницы вели в круглый зал, а оттуда на крышу.
Я зажмурила разом ослепшие глаза. После долгого сидения в полумраке солнечный свет выжимал из глаз литры слез. Гуляющий на высоте ветер был таким чистым и свежим, что перехватывало дыхание.
Довольный дракон расправил крылья, вытянул шею, наслаждаясь ветром и солнцем… Так, погодите-ка! А кто говорил про вечно затянутое пеплом небо?! Да такой прозрачной голубизны я в жизни не видела! Разве что в драконьих глазах.
Вокруг башни, насколько хватало едва протертых глаз, раскинулись бескрайние зеленые луга, поля и леса. Кое-где темнели постройки, змеились дороги, вдалеке блестела река. На горизонте, едва заметно, выступал крохотный треугольник потухшего вулкана. Ну да, ну да, королевство тьмы, как оно есть. А до земли-то, мамочки! Лететь и лететь!