Драконья Пыль. Проклятие Ирвеона (СИ)
Дракончики с гиканьем ускакали в темноту, в голове прояснилось. Про Ренатор знала даже я. Именно так называли пресловутые Врата Демонов, расположенные где-то посреди безжизненной пустыни. Добраться до них через пышущие ядовитыми испарениями пески было невозможно.
— Он знает, как туда попасть, — продолжил Арон и на очередное фырканье добавил: — без дракона.
— Он блефует, — не поверил Черный.
— У него и «ключ» есть. Можешь не начинать. Рисунок был донельзя детальным. И да, я до сих пор его помню, хоть и видел последний раз двадцать лет назад. У меня с памятью все в порядке.
— Вот, не надо! — надулся дракон. — Будь у него хоть двадцать ключей — а я сомневаюсь, что у него есть хотя бы один — он все равно ничего не сделает. Человек не сможет им воспользоваться. Кому, как не тебе об этом знать? Не верь ему. Он лживая мелочная гнида.
— Ключ можно обмануть, — Арон, развалившись на стуле, пальцем выводил на столешнице пентаграммы. От переполненной пепельницы к потолку поднимался дым, закручивался в кольцо, таинственно золотое в свете свечей. Казалось еще немного и Властелина утянет в какой-нибудь местный ад.
— Как? Притвориться темным? Ключ не человек, его запросто не обманешь.
— Можно влезть в шкуру темного, выпить его кровь, или искупаться в ней, например, — Арон долго, пристально смотрел на дракона.
— Гадость какая.
— И гадость бессмысленная. Сил у него все равно не хватит. Другой уровень. И он об этом знает.
Я слушала, затаив дыхание. Разговор принимал совсем непонятный и неприятный оборот. Я не хотела знать ничего ни про ключи, ни про купание в крови. А хотела я выползти незаметно из комнаты и убежать как можно дальше, но сидела, как приклеенная, не решаясь пошевелиться. В воздухе висел вопрос, и я не хотела знать ответ на него.
— Зачем тогда он вообще про ключ писал?
— Он может воспользоваться тем, у кого сил хватит.
— Кем? Демоном? Богом? Духом?.. — Дракон осекся и уставился на меня.
— Не обязательно, — ничего не замечая, ответил Арон, — Темным Властелином, например.
— Что за бред ты несешь? — Дракон не знал, в чью сторону сильнее удивляться, поэтому просто мотал башкой туда-сюда. — Тебе ключ не нужен, у тебя есть я. И зачем тебе ему помогать, скажи на милость? Может, еще посадишь мне на хвост и прокатишь с ветерком? И вообще, нахрена ему этот Ренатор сдался? В Темные жрецы решил податься?
Арон, усмехаясь, поднялся и мимо дракона прошел на балкон.
— Нет, просто хочет отделаться от нас раз и навсегда.
Дракон пятясь, убрался из комнаты. Я, на негнущихся ногах, последовала за ними.
— Он совсем с ума сошел, что ли?
— Нет. Все это он проделает в том случае, если мы не отдадим долг или Башню. А лучше и то и другое.
После недолгого, но красноречивого молчания, дракон протянул:
— Знаешь, Арон. По удивительной случайности, кое-кто меня сегодня расспрашивал о Духах.
Человек и дракон по-разному, но оба выразительно посмотрели на меня. Вот теперь я точно влипла по уши.
***
В тысяча шестьсот тридцатом году со дня Сошествия Звезды Палтам на земли Запада князь лесных бинти Алмар вдруг решил, что его северные братья и сестры уж слишком много о себе возомнили. Подданных Великого Князя дважды просить не нужно. Они за вождем и в огонь, и в воду, и в ледяную пустыню.
Западная Шерадемора была неприветлива, а ее обитатели и подавно. Они бились до последнего, поражаясь, с чего бы братьям хотеть их смерти? Время спустя, когда голова их князя красовалась на шесте наемников Тувосарии, лесовики и сами не могли сказать, что это на них нашло. Но, дело было сделано. Ледяных вырезали почти что под корень, а лесные, осознав тяжесть преступления, навсегда оставили оружие, обрили головы и дали обет молчания. Во искупление грехов бродили по дорогам мира, с покорностью принимая от любого заслуженную, как им казалось, смерть.
Так было бы в идеале. На самом деле часть лесных, не признавших неправоту князя, подалась в наемники, часть сбежала в Ситву, часть присягнула Тувосарии, и лишь крохи раскаявшихся лесовиков-отшельников бродили по миру. В Лерадене остались непричастные к братоубийственной войне, заново отстраивая княжество и пытаясь забыть о кровавом пятне на репутации и совести лесных бинти.
Но и ледяные были не так просты. И без того малочисленный этот народ обитал в виду Горы, несшей на себе Врата Богов. Король ледяных Айам-ману считался хранителем Врат и носителем мудрости всего народа бинти. Он укрыл часть подданных в пещерах Безымянной Горы, а сам, вместе с дочерью до последнего оставался у Врат. Когда лесные подобрались совсем близко, королю оставалось только забраться на самую вершину Горы и молить богов о чуде.
По иронии чудо ему даровали не боги, а демоны. Молодой Темный Властелин бесцельно мотался по миру на своем черном как сама тьма драконе. В разгар битвы он вороном свалился на Безымянную Гору и унес короля ледяных и его наследницу далеко на юг, в единственное безопасное место, где их было не найти.
— И сделал огромную глупость, — подытожил дракон.
С того знаменательного обеда прошло два дня. Арон быстро понял, что Духами я интересуюсь совсем не ради науки. И устроил вежливый, но непреклонный допрос. Очень недолгий допрос, потому что скрыть что-либо под прицелом слишком светлых глаз было невозможно. Да я и не пыталась. Раз уж по-тихому разузнать не удалось, вывалила всю правду, замолчав незначительные детали. Если хозяина Башни и удивила моя история, виду он не подал, лишь сказал, после долгой игры в гляделки, что на Духа я не похожа.
— Вы ведь понимаете, что вопрос это серьезный и рисковать я не могу. Он касается не только меня, но и всего Наронетора. Я должен удостовериться, что вы точно не Дух, а для этого мне нужно переговорить с теми, кто знает о Духах больше, чем я. Полагаю, вам тоже будет интересно узнать о своем… происхождении. — Арон машинально вытянул сигарету из пачки со вздыбленным единорогом, покрутил в пальцах и сунул обратно.
Мне оставалось только согласиться и ждать, когда Черный окончательно поправится. А пока наше заточение продолжалось. Арон рыскал по Башне в поисках хоть какой-то информации, целыми днями пропадая в лабиринте коридоров. Полагаю, он опасался, что я снова закачу истерику, поэтому свел общение к минимуму. Благо, места в Башне было предостаточно.
А вот дракон себя не сдерживал. Мое признание развязало ему язык, а поболтать он любил. Своего прошлого он не помнил, зато знал все ирвеонские сплетни. И это было еще одной причиной, почему Арон прятался в глубинах Башни. Все драконьи истории он знал наизусть, а в большинстве, и вовсе, был главным действующим лицом. Поэтому бесконечный поток историй хлынул в свежие уши, и конца ему не было.
***
Арон спрятал короля бинти в Ренаторе, куда добраться было можно только на драконе, глубокой ночью, когда ядовитые пустынные испарения стелились ближе к земле. Властелину повезло, что воздушный транспорт в Ирвеоне ограничивался его личным драконом, иначе, все труды пошли бы насмарку.
Своей весьма своевременной помощью Арон оказал Айаму-ману медвежью услугу. Да, лесные его не убили, но и собственные подданные спасибо не сказали, решив, что король сбежал, бросив их на произвол разгулявшихся лесных братьев. Когда страсти улеглись, выжившие быстренько назначили нового короля из оппозиционно настроенных и объявили бывшего правителя во всеирвеонский розыск с пометкой: доставить живым или мертвым, а лучше по частям.
Так и сидели эти двое во всеми забытом Ренаторе, и шансы покинуть его стремились к нулю. Впрочем, не слишком-то опальные королевские особы переживали по этому поводу. Добряк Властелин в несколько ходок доставил им почти все имущество, пока озверевшие подданные не успели его осквернить. Комфортное жилище они построили себе сами, благо какой-никакой магией все еще владели. И жили уже десять лет, изредка принимая в гости излишне заинтересованно поглядывающего на принцессу Властелина.