Прямо в сердце (СИ)

Я не стала его отталкивать, принимая поцелуй. Губы у него были мягкими и нежными, а целовал он ласково, чуть усиливая напор, добавляя язык.
Оторвавшись от меня, он смотрел удивленно и шокировано, словно не веря, что я ему ответила.
- Ну тогда я пойду? – спросил он, притягивая меня к себе еще ближе, а я чуть оттолкнула.
- Иди, – он улыбнулся шальной улыбкой и пошел обратно, а я, улыбаясь собственным мыслям, вошла в общежитие.
- Лер, ты сегодня как сонная муха, – сказал мой напарник после очередного вызова, пока мы заполняли бумаги на станции. – Давай просыпайся. – Он потрепал меня по голове, растрепывая косу. Я не успела озвучить свое возмущение, потому что к нам уже шла Вера Игоревна, гроза всех фельдшеров, ужас всех водителей и страх всей станции – оператор.
- Дубцова, Субботин, – окликнула она нас, хотя мы и так уже навострили уши. – Вызов на Левашовский. Мужчина, пятьдесят три года, сильные боли при мочеиспускании.
Мы кивнули, принимая вызов и забирая путевой лист-заявку.
На месте нас ждал внешне приятный мужчина, который, несмотря на свое состояние, пытался шутить и подтрунивать над нами. Просторная квартира с высокими сталинскими потолками давно не видела ремонта, но, несмотря на это, само помещение вызывало теплые и приятные эмоции. Вязаные салфетки на столе, ковер на полу, старенький скрипучий диван, на который нас усадили, и даже котик мурлыка, что терся о наши ноги, не вызывал раздражения. Хозяин пожурил кошку, закрыв ту в соседней комнате, и вновь вернулся к нам, хотя и было видно, что чувствует себя мужчина крайне скверно.
- Ну что, господин Левин, – сказал Никита после непродолжительного осмотра, – острый простатит. Нужно в больничку. – Мужчина печально пожал плечами и пошел собирать сумку, освободив кошку из заточения. Огласив комнату громогласным мявом, кошка забралась ко мне на колени, напрашиваясь на ласку.
- Я пошла в машину, пока заполню документы и созвонюсь со станцией, куда его везти, – я ссадила животное на пол и пошла на выход, прикрыв за собой дверь. Скорая стояла посреди двора-колодца, перегородив единственный выезд. Я залезла на переднее сиденье скорой и созвонилась с оператором, получив адрес дежурной больницы.
Везти пришлось в мой родной Первый мед, а вот в приемнике произошел казус.
- Принимайте, – я подошла к посту. – Мужчина, пятьдесят три  года, острый простатит. – Отрапортовала я, передавая сестре бумаги больного и лист осмотра скорой помощи.
- Спасибо. Я заберу, – услышала я сзади. – Добрый день, Валерия.
Ко мне подошел мой недавний знакомый Артем.
- А вы…? – спросила я в надежде, что он продолжит самостоятельно.
- Я новый врач-уролог в этой больнице. Прошу любить и не жаловаться, – пошутил он, вызывая у медсестер обильное слюновыделение. – Славин Артем Эдуардович.
- Очень приятно. Дубцова Валерия Дмитриевна, –  в тон ответила я ему. – Принимайте больного. В первой смотровой.
- Спасибо.
Я улыбнулась и отправилась на выход.
- Валерия, – окрикнули меня сзади. – Валерия, – Артем Эдуардович схватил меня за руку, – может, сходим куда-нибудь? У меня через полчаса перерыв, и я хочу пригласить вас на кофе.
Я посмотрела на часы и недовольно поморщилась.
- У меня обед через час, сейчас я должна уехать еще на один вызов, но мне все равно придется сюда вернуться.
- Ну тогда, может, сходим куда-нибудь попить кофе? – с надеждой в голосе спросил он.
- Мне кажется, я выгляжу не совсем подобающе для похода в заведения, – я имела в виду ужасную объемную куртку синего цвета и такие же штаны, оттенявшие мой и без того бледный лик, а коса, заплетенная утром, трудами напарника превратилась в гнездо.
- Вы прекрасны, – польстил мне этот покоритель женских сердец. – Так мне вас ждать?
Я еще раз посмотрела на часы и кивнула.
- Буду через час.
Через час приехать не удалось. Пришлось везти следующего больного через весь город в дежурную челюстно-лицевую хирургию, а к родной больнице мы добрались только за двадцать минут до конца моего законного перерыва.
 
- Валерия, – Артем встретил меня рядом со станцией. – Я уже думал, вы забыли о нашем уговоре.
- Я помню, только один не шибко удачливый молодой человек умудрился зевнуть так, что произошло смещение челюсти, – ответила я, поглядывая на навострившего уши Вадима. – Нужно бумаги заполнить, и я свободна…
- Иди, – перебил меня напарник – Я сам тут закончу.
Я благодарно кивнула, зная нелюбовь Субботина к различным бумагам.
- Ну тогда я свободна.
- Отлично, – Артем Эдуардович времени зря не терял, схватил меня за руку и повел в сторону ворот. – Тут неподалеку есть замечательное кафе, в котором можно хорошо посидеть, а готовят там… просто пальчики оближешь.
Я несколько замешкалась от напора, но руку все равно вырвала.
- Я же говорю, двадцать минут до конца обеда. Предлагаю посетить больничную столовую, в которой тоже неплохо кормят, – внесла я свое предложение, разворачиваясь на девяносто градусов, держа курс на небольшое одноэтажное здание.
- Валерия! – воскликнул он. – Какая-то вы не романтичная особа. Вас приглашают в приличное заведение, с надеждой на романтическое  настроение, а вы… - В голосе были укор и смешинки, но Артем все равно пошел за мной.
- А я только что побывала в челюстно-лицевом… Там вся романтика испаряется, стоит только зайти в отделение, – с улыбкой ответила я.
Обед прошел весело. Артем оказался довольно позитивным человеком, старался каждый раз задеть или поддеть меня, а я отвечала ему тем же.
Он закончил ординатуру в прошлом году и сейчас, вполне успешно практиковал у нас, хотя и перевелся из одной из столичных клиник.
- Куда дальше планируешь? – спросил он во время небольшой прогулки по скверу больницы по пути до станции. – Я же правильно понял, что сейчас ты заканчиваешь институт, а дальше в ординатуру?
Я подсознательно боялась этого вопроса, и хоть человеком он был новым, но наверняка найдутся любители, просветившие его на счет моих непростых отношений с Шевцовым.
Хотела ответить честно, что не знаю, но почему-то не хотелось так сильно опростоволоситься в глазах незнакомого человека.
Хотела сказать: «Кардио», – но это была ложь.
Хотела сказать: «Куда предложат…» - но это тоже не совсем верно.
Я решила просто промолчать с интригующим видом, надеясь, что он самостоятельно придумает этому объяснение.
- Давай увидимся как-нибудь не на работе? - спросил он, когда мы подошли к станции, но стоя на почтительном расстоянии от куривших водителей.
- Хорошо, – пожала я плечами, – давай встретимся.
Мы обменялись номерами, договорившись созвониться сегодня вечером, чтобы подгадать расписания друг под друга, и оба окунулись в работу.
Вечером, уже сидя на кухне и следя за очередным кулинарным шедевром в моем исполнении, я впервые поняла, что за все эти учебные годы мне именно этого и не хватало.
Не хватало ласковых взглядов, поцелуев, забавных смсок и странного ощущения невесомости.
Я знала, что я довольно симпатичная девушка, но всегда моя цель стояла на первом месте. В школе у меня были ухажёры, проявлявшие внимание, но всегда рядом оказывался кто-то ярче, кто-то эффектнее, кто-то доступнее, чем я, и из-за этого отношения как-то не складывались. А здесь… здесь всегда на первом месте были учеба и выживание в агрессивно настроенном мире. Я осталась одна и боролось со всем самостоятельно. Хотя кому я вру. Всегда рядом оказывался Шевцов, помогая и направляя меня на праведный путь, и, видимо, сейчас впервые оставшись одна, я смогла почувствовать себя красивой женщиной, а не только врачом.
Подумалось, что сегодня я так и не встретила Шевцова на дежурстве, и я невольно вспомнила его слова: «Ты думаешь, что мне, кроме как подтягиванием хвостов с нерадивыми студентками, больше нечем заняться?» - уж он-то точно придумает, чем заняться в субботний вечер.