Игры судьбы (СИ)
Поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов с дурацкой улыбкой на лице.
— Ты же знаешь, я ответственно подхожу к делу.
— Да, это точно. Ты только вкладку не закрывай, я тоже хочу что-нибудь выбрать. — подруга загадочно подмигивает, и я, кивнув, откладываю ноутбук в сторону. — Пойдём на кухню, я приготовила нам салат, пожарила картошку и мясо.
Воодушевлённо плетусь за подругой. Аппетитный запах тут же доносится до моего носа, от чего желудок сводит от голода и протяжно урчит. К нашей трапезе присоединяются Андрей и Женька, мы активно начинаем что-то обсуждать, смеёмся и доедаем весь ужин.
Следующим утром просыпаюсь раньше будильника. С приподнятым настроением умываюсь, привожу в порядок непослушные волосы и одеваюсь в привычном стиле.
Вот что я обожаю в некоторых магазинах, так это быструю доставку. Возле входа в универ меня ждёт курьер с прекрасной посылкой. Быстро расписываюсь и забираю пакет.
Так. Бельё есть, остаётся только курсовая работа. И хотелось бы мне поступить, как думает Дмитрий Константинович: трудолюбиво найти в интернете различные источники, посетить библиотеку со специализированным материалом и посоветоваться с другим преподавателем. Но я буду не я, если сделаю всё правильно и не по-своему.
На перемене скачиваю первую попавшуюся работу по выбранной теме и оставляю только введение. Затем захожу на постыдный сайт в разряде «восемнадцать плюс», копирую оттуда страстную историю и заполняю все оставшиеся страницы своей курсовой.
Вот так. Руку даю на отсечение, Довлатов не станет всё читать.
— Что делаешь? — рядом вольно плюхается Андрей и заинтересованно окидывает меня взглядом.
Немного вздрагиваю и с победным выражением лица захлопываю крышку ноутбука.
— Да так, информацию кое-какую искала. — встаю, разглаживая ладонями складки на своей кофте.
— Нашла?
— Более чем.
— Тогда пойдём на следующую пару. — Андрей ободряюще кладёт руку мне на плечо и придвигает ближе к себе.
— Ты слишком радостный. — весело подмечаю, игнорируя его жест. Не впервой ему вытворять такое: любого завлечёт в свои объятия, будь то преподаватель, либо студент. Даже собака не пройдёт мимо этого любвеобильного нахала.
Не опуская руку, он продолжает идти, и мне ничего не остается, как следовать рядом.
— Просто у нас сейчас занятие с Зинаидой, вот и настроение хорошее. Обожаю её, такая шикарная женщина.
Из моих губ вырывается писклявый смешок.
— А ничего, что ей шестьдесят семь?
— Возраст — это всего лишь цифра.
— Да, судя по твоим хорошим оценкам, ты запал в её душу, и дело тут вовсе не в возрасте. — открыто смеюсь.
— Ага, она меня любит. Но это не потому, что я простой подхалим и сердцеед, а потому, что очень умный подхалим и сердцеед. — друг игриво шевелит бровями, а затем переводит взгляд в сторону. — Здравствуйте, Дмитрий Константинович.
Сердце начинает усиленно стучать, отбивая чечетку, и сияющая улыбка резко сходит с моего лица. Поворачиваю голову в бок и замечаю Довлатова, спокойно закрывающего ключом аудиторию
— Добрый день. — кивает лектор, полостнув усмехающимся взглядом по моему лицу и пылающему от прикосновения одногруппника плечу. А затем отворачивается и уходит в противоположную сторону.
— Всё хорошо? — Андрей чуть наклоняется ко мне. — Ты побледнела.
— Да. — вполне искренне произношу и, вновь улыбнувшись, смотрю себе под ноги. — Пойдём уже к твоей Зинаиде.
Глава 18
Носки! Как же вовремя я вспоминаю о них. Хорошо, что пары сегодня начинаются в десять часов, значит, у меня есть ещё время.
Мчусь в ближайший магазин. Глаза разбегаются от разнообразия цветов, качества, принтов. Будь у меня выходной, точно застряла бы здесь на полдня, и всё равно, что это маленькая часть гардероба.
Спустя полчаса останавливаюсь на паре белых носков, которые выглядят очень даже по-мужски, если, конечно, не смотреть по бокам, где нарисован огромный Бэмби со странными глазами. А так, в общем-то, весьма брутальный выбор. Нелепо улыбаюсь и расплачиваюсь за покупку. Так радостно на душе, что даже не обращаю внимания на пристальные взгляды прохожих. В дополнении ко всему приобретаю небольшую подарочную коробку и складываю всё содержимое внутрь.
Ну вот, теперь можно со спокойной душой идти в универ.
— Я уже начала придумывать теории, почему тебя не будет на лекции. Хорошо, что ты успела до начала пары. — облегчённо выдыхает Машка, когда я сажусь рядом — запыхавшаяся, с алеющими щеками, позоровевшими губами и блестящими глазами.
— Я внезапно вспомнила, что первая лекция у нас с Довлатовым. — рвано произношу, пытаясь привести дыхание в порядок. — Поэтому бежала со всех ног.
И, как ни странно, успела. Не хватало мне ещё выслушивать нотации по поводу опозданий.
Достаю из рюкзака тетрадь с ручкой, и в этот момент в аудиторию входит лектор. Надо признать, белая отглаженная рубашка и серые штаны ему очень идут. Хотя, надень он обычный мешок для картошки, и то будет выглядеть так, словно сошёл с показа Версаче.
— Всем доброе утро. — Довлатов откидывает зал ленивым взглядом и садится на стул. — Без предисловий приступаем к новой теме.
Стараюсь не смотреть на мужчину. Подперев ладонью лоб, начинаю записывать каждое слово, не сразу понимая смысл сказанного, и всё потому, что никак не могу сосредоточиться. Сегодня среда, значит, отдать «подарок» нужно в ближайшее время. И единственный адекватный вариант, приходящий в голову, — сделать это после лекции. В конце дня лектор попросту может отсутствовать на кафедре, а приходить на пятиминутных перерывах — не самая лучшая идея.
До конца пары остаётся меньше пяти минут. Предупреждаю Машу о своём решении и, отложив ручку в сторону, просто сижу с закрытыми глазами до тех пор, пока не звенит трель звонка.
И какой же я была наивной, когда полагала, что останусь наедине с Довлатовым: несколько однокурсниц окружают мужчину за столом, словно пчёлы на такой желанный мёд, и начинают спрашивать непонятные моменты из лекции.
— Пф, — бурчу себе под нос и, сложив руки на груди, продолжаю стоять поодаль от них, не вдаваясь в подробности разговоров.
Внутри неприятно колет собственническими иголками совести от нынешней ситуации. И хотя я не вижу лица Довлатова из-за фигур однокурсниц, в глубине души уверена, что ему льстит такое внимание от женской половины.
Спустя несколько минут мучительных ожиданий девушки, к великой удаче, начинают покидать аудиторию. Правда, одна особа, всё же, уходить явно не спешит. Ярко-рыжая, в неприлично короткой юбке и донельзя обтягивающей блузке. Точно, она же в прошлый раз подходила к лектору с вопросом!
Внезапно с её стороны слышится писклявый смех, который она наигранно пытается превратить в соблазнительно-мелодичный. Секунда — и обладательница вызывающего стиля поддаётся вперёд, от чего остатки юбки незамедлительно ползут вверх.
Вот же настырная вобла. Похоже, её вовсе не смущает тот факт, что с Довлатовым она не одна в аудитории. Впрочем, глядя на рыжую, складывается впечатление, что в этой жизни её вряд ли может что-то смутить.
На ум приходит мысль покинуть кабинет и не лицезреть данную картину, так как меня может просто стошнить. Уверенно делаю шаг вперёд, и тут же замираю на месте, когда отчётливо слышу безразличный голос лектора с примесью льда:
— Всего хорошего. До завтра.
Оказывается, у девицы не только пошлая одежда, но и размалёванное лицо, в чём я убеждаюсь, когда эта персона, повернувшись боком, нарочито медленно следует в сторону выхода. Недовольная. Об этом говорит её насупившееся лицо и заметная морщинка между сведённых бровей.
Когда за ней закрывается дверь, Дмитрий Константинович облегчённо выдыхает, затем встаёт с места и, обойдя стол, присаживается на его край.