Игры судьбы (СИ)
— Похоже, тут даже очки не нужны, чтобы это рассмотреть.
— И то верно.
Лифт останавливается, и створки, словно глоток свежего воздуха, наконец-то, раскрываются. Опустив взгляд, мигом выхожу из кабины. Вернее, выбегаю. Душно, жарко, горячо… Множество эпитетов кружатся в голове от одного только осознания находиться так близко к Довлатову. Не говоря уже о реальности и тесном помещении.
Резко распахиваю двери подъезда и жадно вдыхаю свежий осенний воздух. Ветер обдувает щёки, заползает за шиворот и щекочет кожу рук, но мне всё равно.
Не нравится, мне абсолютно не нравится моя реакция на лектора, и с этим нужно срочно что-то делать.
— Если хочешь заболеть, делай это в другом месте, а не возле моего дома. — беззлобно произносит мужчина за моей спиной и, не оборачиваясь, следует к гаражу, словно уверенный в том, что я беспрекословно иду за ним.
А ведь я, и правда, делаю это попросту потому, что мне больше ничего не остаётся. Подхожу к машине и дёргаю ручку дверей, но та предательски не поддаётся.
— На переднее сиденье, Суворова. — хмыкает Довлатов, иронично наблюдая за моими манипуляциями.
Чёрт, а счастье было так близко.
— Дмитрий Константинович… — тихо произношу, когда мы отъезжаем от многоэтажек. Пальцами мну ремень безопасности и по привычке закусываю губу в попытках вернуть здравые мысли.
— Похвально, что ты запомнила, как меня зовут. — не отрывая внимательного взгляда от дороги, спокойно говорит лектор.
— Поверьте, это было несложно. Я хочу кое-что сделать.
— Звучит интригующе. — на губах преподавателя на мгновение проскальзывает лукавая улыбка. — Давай-ка, жги.
— Хочу попросить у вас прощения.
— Мм, а что ещё хочешь? — он мельком кидает жгучий взгляд на моё лицо.
— Сказать «спасибо» за всё, что вы сделали.
— Нет, всё равно я не удовлетворён.
— В общем или только моим ответом? — и как только такие глупые фразы вырываются из моих губ — непонятно. Видимо, сидящий напротив Довлатов является пусковым механизмом для выдачи умопомрачительной чуши из моей головы, иначе других объяснений у меня просто нет.
Мужчина тихо смеется, распространяя притягательную вибрацию своего голоса с примесью хрипотцы.
— Простите, я, как всегда, не думаю, о чём говорю. — верчу головой в стороны.
— Ты не должна извиняться передо мной за каждое слово. А то, глядишь, будешь просить прощения за то, что дышишь в моём присутвиии, отнимая такой драгоценный кислород. — вполне серьёзно говорит преподаватель. — И, вообще, я тоже кое-что хочу.
— Что именно?
— Подарок от тебя. Жду не дождусь, когда наступит среда.
Поворачиваю голову к Довлатову и поднимаю брови. Мне точно не послышалось?
— Я надеялась, что про комплект вы просто так сказали.
— И, увы, надежда умерла, да? Я никогда «просто так» ничего не говорю и не делаю, Саша. К тому же, ты обещала. А это значит, что обещания… — он многозначительно кивает в мою сторону.
— Лучше не давать. — заканчиваю предложение, и лектор вновь начинает улыбаться.
— Хотел услышать другой ответ, но тут вспомнил, что нахожусь в машине с уникальной тобой.
— И всё встало на свои места? — предполагаю, с радостью замечая за окном знакомые очертания домов. Значит, скоро приедем.
— Угу, хорошо, когда встаёт, не правда ли?
— Вам виднее.
— Это точно. — довольно подтверждает преподаватель и в знак этого слегка кивает головой. — Кстати, а твой парень не волнуется, что его ненаглядная пропала?
— Нет.
— А чего так? — Довлатов останавливается на светофоре и с заметным интересом поворачивается в мою сторону.
— Звёзды не сошлись, и таким образом сложилась судьба.
— А подробнее?
— У меня нет парня. Достаточно подробно? — встречаюсь взглядом с горящими глазами мужчины и тут же отвожу взгляд.
— В самый раз. — усмехается лектор, и мы, наконец, сворачиваем к общежитию. — Вот и приехали. Что ж, до скорой встречи, Суворова.
— И вам до свидания. — небрежно кидаю на последок и, не смотря на преподавателя, быстро выныриваю из машины.
Глава 17
— Только ребятам не говори. — в очередной раз напоминаю подруге, подразумевая под этим ситуацию с клубом и Довлатовым. От Маши у меня никогда не было секретов, поэтому, вернувшись вчера в комнату, я поведала всю историю в мельчайших подробностях.
Мы заходим в холл универа и останавливаемся возле большого зеркала.
— Я — могила, Сань. Ты ж меня знаешь. — серьёзно произносит одногруппница. Достаёт из сумочки помаду и, приблизив лицо, начинает аккуратно подкрашивать и без того идеальные губы. — Но, если мне на глаза попадётся этот Артём, я за себя не ручаюсь. Врежу так, что он потом забудет своё имя. Вообще не понимаю, зачем Андрей позвал его на праздник.
— Ну, они вроде как дружат. — хмыкаю, неотрывно наблюдая за манипуляциями подруги.
— Многозначительные и ключевые слова «вроде как».
— Может, он ничего мне не кидал в стакан. — неуверенным тоном лепечу. — Бывает же такое, что человеку становится плохо из-за алкоголя.
Маша довольно резко захлопывает крышку помады и закидывает её в сумку.
— Бывает, но не в твоём случае. Ты выпила один коктейль, Саш. А второй был явно с «сюрпризом». Люди просто так не вырубаются от небольших глотков алкогольных напитков, если, конечно, туда не подкинуто снотворное или запрещённые препараты.
Смотрю на строгое лицо одногруппницы и здравым смыслом понимаю, что она права.
— Андрею я ничего не скажу, так уж и быть. Но за сохранность его «друга» не отвечаю. Если не я набью ему морду, так это сделает другой по моей воле. — подруга подхватывает меня под руку, и мы направляемся к аудитории. — И не парься по поводу морали, большинство людей утратили всю свою нравственность. Так что всё по закону бумеранга.
— Знаешь, наверное, я взрослею, но мне даже не хочется с тобой спорить.
Машка победно улыбается обаятельной улыбкой, а мне так и хочется её обнять. Правда, я сдерживаюсь от такого внезапного порыва.
Практические занятия никто не отменял, поэтому с самого утра наше расписание блистает различными парами. Несмотря на все проблемы, мне даже удаётся сосредоточиться и хорошо ответить на некоторых занятиях.
После универа мы с Машкой закупаемся продуктами, и, пока подруга колдует на кухне, я располагаюсь на кровати в позе лотоса. Положив ноутбук к себе на колени, активно изучаю интернет-магазин нижнего белья. И всё было бы ничего, если б я присматривала это самое бельё для себя. Чёрное, кружевное, с замысловатыми узорами и атласными вставками… Но нет. И дело не в том, что я такое не ношу. Просто моя цель — выбрать трусы для мужчины. И не для абы какого, а лично для своего преподавателя.
Нервно хихикаю от абсурдности ситуации. Что ж, хозяин — барин. Захотел трусы, он их получит.
Энергично листаю ленту вниз. Боже, какого белья тут только нет! Это ж рай для трусофила. Конечно, сомневаюсь, что они вообще существуют, но, учитывая мой аналитический склад ума, такие явно имеются.
Взглядом цепляюсь за бирюзовое пятно сверху и внезапно останавливаюсь, убирая руку от мышки. Вот они, трусы мечты! Спереди, по всей поверхности, разрисовано недовольное лицо Сквидварда, его длинный нос пришит как раз в том месте, где у мужчин располагается их достоинство. А сзади, в красивой розовой рамке, ровными буквами красуется замечательная надпись: «Объект под охраной. Вход запрещён».
Гениальный, просто гениальный намёк. Теперь Довлатов точно удостоверится, что в моём понимании он не входит в список людей с нетрадиционной ориентацией. Довольно улыбаюсь во все тридцать два зуба, кликаю на значок «купить» и ввожу все необходимые данные.
— Отпадное бельишко… — не сдерживая смеха, выдаёт Маша за моей спиной. Что ж за привычка у всех подкрадываться ко мне сзади?