Выскочка (СИ)

— Они великолепны, Лера! Спасибо тебе, спасибо! — верещала от восторга Элеонора.
— Не за что, — улыбаясь своему отражению в зеркале, ответила Лера. — А поехали ко мне? Выгрузим обои, в холодильнике есть шампанское, посплетничаем.
— Конечно, поедем! Я хоть посмотрю на ваше с Андреем гнездышко.
— Я только предупрежу его, — спохватилась Лера и, припарковавшись рядом с нужным подъездом, вытащила из сумочки телефон.
— Шампанское? Но сегодня же страстная пятница, Лера! Карина не переживет, если узнает, что пока она усердно читала молитвы и голодала, ты напивалась шампанским! — фыркал Андрей.
— Скажи ему, что мы вместе наклеим обои, — тихо подсказывала Лере Эля.
— Обои?.. Это ужас! Ну, ладно. В конце концов, это твоя территория. Ты хоть трубку не бери, если Карина будет звонить, — поморщился Андрей. — И никуда из квартиры в нетрезвом виде не выходить!
— Хорошо, — внимательно слушая нравоучения, смеялись Лера и Эля. Потом переглянулись и снова рассмеялись.
— Сходим сразу в магазин за добавкой? — спросила Эля.
— Сходим, — согласилась Лера.
Шампанское искрилось и шипело, обойный клей ложился на очищенные стены легко, и вся работа двух подруг была наполнена весельем.
— Николя теперь заведует кондитерским отделом в нашем ресторане. Он такой важный в поварском колпаке! — заливалась смехом Элеонора. — Даже пить бросил!
— А мне придется завтра идти на утреннюю службу в церковь, — размазывая клей по обойной полосе, морщилась Лера. — Представляешь?
— Нет, — озадаченно покосилась на нее Эля и залпом выпила шампанского из красивого хрустального бокала. — А ты сможешь?
— Андрей сказал, это обязательно. Я даже платок шифоновый сегодня купила.
— Смотри, чтобы у тебя истерика не случилась, — нахмурилась Эля.
— Не случится, — заверила подругу Лера.
После второй бутылки шампанского обои были наклеены, на стене появилась надпись яркой розовой помадой: «Территория свободы и независимости», а подруг переполняла счастливая гордость за свою дружную работу. Они уже помышляли открыть третью бутылку шампанского, чтобы как следует обмыть обновленный        интерьер мастерской, как вдруг в проеме кухни-столовой появился Андрей. От неожиданности Эля поперхнулась кусочком шоколада и начала икать.
— По-моему, ваш банкет окончен! — почему-то Андрей никак не хотел разделять их радость и отнял у невесты бутылку с шипящим напитком. — Эля, я вызову такси, а ты пока выпей воды.
— Но мы только что закончили клеить обои! — непонимающе хлопала ужасно пьяными глазами Лера. — Это просто необходимо отметить!
— Ты уже наотмечалась! На ногах не стоишь! — брезгливо поморщился Андрей и подтолкнул невесту к дивану. — Сядь и лучше не поднимайся, пока я не вернусь.
— Это нечестно! Ты лишаешь нас общения! — плюхнувшись на диван, канючила Лера.
— Какое общение, вы обе даже говорить толком не можете!
Такси приехало довольно быстро. Пока Андрей грузил икающую и виновато улыбающуюся Элеонору в машину, Лера обиженно сидела на диване. Она бы, может, и встала, но забыла, как это делается, поэтому продолжала сидеть на своем месте, скрестив руки на груди и болтая ногами.
— Пей! — всунул ей в руку стакан возникший из ниоткуда Андрей.
— Что это? — хмуро поинтересовалась Лера.
— Активированный уголь.
Она послушно приняла горсть черных шипящих на языке таблеток и отставила стакан в сторону. Шампанское понемногу отпускало.
— То, что вы наделали на лоджии, — это форменный кошмар! — сел напротив нее Андрей. — Неужели нельзя было обойтись без шампанского?
— А по-моему, все очень даже неплохо вышло, — попыталась подняться с места Лера, но у нее это плохо получилось, и  она плюхнулась обратно.
— Вы клеили обои внахлест! Не совмещая рисунок! А эта надпись губной помадой! Не хватает портрета Эрнесто Че Гевары рядом! Все же хорошо, что ты уволилась из компании моего отца! Из тебя дизайнер, как из меня балерина!
— Отстань! Нам было хорошо, и это главное!
— Я завтра же пришлю маляров сюда! Пусть уберут это безобразие!
— Нет. Мне нравится то, что мы с Элей наклеили. И ты, кажется, обещал, что это будет моя территория.
 
— Хорошо, я подожду пару часов, пока ты придешь в норму. А потом посмотришь на вашу работу еще раз, уже трезвым взглядом.
— По-моему, мне надо прилечь, — Лера вдруг почувствовала, что у нее слипаются глаза. — Я лучше пойду наверх.
— Ну, ну. Попробуй, дойди, — фыркнул Андрей и направился к холодильнику. Судя по состоянию его невесты, готовить ужин сегодня тоже придется ему. — Если не дойдешь, можешь прилечь прямо на ступенях! Обещаю тебя не тревожить!
Звон колоколов зазывал на службу. Прихожане понемногу стекались в небольшую церковь, и вскоре она была заполнена до отказа. Лера стояла рядом с Андреем и смотрела на носки своих кремовых туфель. Ей надо было предупредить его заранее, что с ней может случиться нечто неприятное, но он все еще дулся на нее за чрезмерное употребление спиртного накануне, и она промолчала. «Я смогу. Просто надо тихо стоять рядом с Андреем и смотреть в пол», — думала Лера, а сердце бешено колотилось.
Священник, видимо, на этот раз решил постараться и особо рьяно взмахивал кадилом с благовониями. Толпа все напирала, и вскоре стало совсем душно.
Лера с отчаянием в глазах поискала глазами Карину Аркадьевну. Та в белоснежном длинном платке в одиночестве стояла совсем близко к образам и вдохновенно повторяла молитвы вслед за священником.    «Как жаль, что мне сегодня никуда не нужно спешить!» — сокрушалась Лера, ощущая, как ее постепенно покидают остатки мужества. Подняла глаза на большую, сияющую икону Богородицы, и горло сдавили спазмы.
— Выведи меня! Выведи! — громко шепнула она Андрею и с силой дернула его за руку.
— Что-что? — растерянно повернулся к ней тот.
— Выведи меня отсюда! — повторила Лера, но тело больше не слушалось ее. Она закрыла рот рукой и рванулась к выходу через толпу.
Способность  ясно мыслить вернулась к ней только в машине. Лера обнаружила, что дрожит всем телом и всхлипывает. Андрей сидел рядом. В его глазах мелькал страх. Точно так же он смотрел на нее, когда она попала в аварию и ударилась головой.
— Я все испортила, д-да? — заикаясь, жалобно произнесла она, не смея даже взглянуть на него.
— Почему ты не сказала мне, что тебе становится плохо в толпе? — с горечью спросил Андрей.
— Я не решилась. Вы с Кариной Аркадьевной так подтрунивали надо мной в четверг, что вряд ли восприняли бы серьезно мои слова.
— Глупости! Если бы ты рассказала мне об этом с самого начала, сейчас все было бы в порядке! А так праздник испорчен.
— Карина Аркадьевна не захочет больше со мной общаться… —  всхлипнула Лера, и слезы покатились по ее щекам горячими струями.
— Успокойся, умоляю тебя! — вконец растерявшись, схватил ее за руки Андрей.
— А я… я так обрадовалась, что у меня снова появилась семья… а теперь… теперь никто не захочет со мной общаться… ведь мою истерику видел почти весь город…
— Да никто не обратил внимания! — успокаивал ее Андрей.— Вон отец подъехал, посиди немного, я скажу ему, что мы уезжаем, и вернусь.
Лера смотрела за тем, как Андрей приближается ко Льву Константиновичу, как что-то говорит ему, как тот кивает в ответ, и ей было невыносимо стыдно.
— Поехали! — уселся на водительское место Андрей.
— Куда? — хмуро посмотрела на него Лера.
— Оставим машину у отца, возьмем Лорда и погуляем по пляжу. Сегодня выходной, я не поеду в гостиницу, и мы посвятим весь день друг другу. А вечером вернемся: папа просил, чтобы мы остались на ночь. Завтра Пасха, и он хочет, чтобы вся семья встретила этот праздник вместе.
— Но Карина Аркадьевна в церкви совсем одна! Это нехорошо!
— Почему одна? Приехал папа. А мы вернемся вечером, — улыбнулся Андрей и завел машину.
…Лорд умчался куда-то далеко. Так далеко, что его собачья фигура с торчащими ушами превратилась в маленький силуэт размером со спичечный коробок. Яркое солнце грело камни. Волны тихо шуршали, сея безмятежность.