Выскочка (СИ)

— Встреться. Потом расскажешь, удалось ли ее супругу убедить тестя перевести на него часть семейного бизнеса, — хмыкнул Андрей.
— Ты всегда видишь только материальную сторону дела, — нахмурилась Лера.
— Я финансист. Не могу по-другому.
— Удивительно, что ты до сих пор не уличил меня в меркантильном интересе в отношении тебя.
— Ты, конечно, тоже не ангел. Но я точно знаю, что в отношении меня у тебя есть искреннее чувство. Именно поэтому я женюсь на тебе.
— А почему ты думаешь, что оно искреннее?
— Потому что только совершенно не заинтересованный в прибыли человек мог просто так подарить дорогостоящий проект гостиницы, проработав над ним двое суток, — заулыбался Андрей. — Я до сих пор не перестаю этому удивляться.
— Это я придумала, — призналась Лера, взглянув на застекленную часть лоджии.
— Не понял. Что придумала? — озадаченно посмотрел на нее Андрей.
— Я придумала, что ты должен иметь свою гостиницу. Когда мне надо было делать интерьер для Антона Владимировича, у меня ничего не получалось. И Мирра посоветовала представить кого-то другого в роли заказчика. И тогда я вспомнила о тебе. О том, что тебя не награждают почетными грамотами, о твоих словах про капризы московского партнера, из-за которых ты полдня мерз на стройке, и мне показалось, что ты заслуживаешь чего-то большего, чем просто исправлять ошибки других. И я создала мечту, в которой ты становишься владельцем современного отеля. А через некоторое время вечером, когда мы с тобой гуляли по пляжу, ты обмолвился, что тебе предлагали выкупить пансионат за бесценок.
— Надо же, а я и не знал тогда, что ты думаешь обо мне. Казалось, ты такая недотрога! Я даже на кофе тебя боялся приглашать, — рассмеялся Андрей, мягко притянул ее к себе и тоже выглянул из окна. — Наверное, так должно было случиться. Ты оказалась моим проводником в новую жизнь. Честно говоря, сначала я очень испугался твоего проекта. Страшно было что-то менять, даже несмотря на то, что существующее положение вещей мне не очень нравилось. Но когда ты швырнула мне в лицо деньги и убежала, я понял, что если не попытаюсь воплотить твой проект в жизнь, то потеряю тебя навсегда. А это было еще страшнее, чем отказаться от привычного окружения. Я и создавал эту гостиницу только ради тебя одной.
— Ты делал это только из-за меня? — повернулась к нему Лера. Ее глаза были широко распахнуты от удивления.
— Из-за тебя и ради тебя. И теперь ты — неотъемлемая часть моей жизни, — Андрей осторожно прикоснулся пальцами к ее щеке. — Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, — почти прошептала она в ответ. В глазах почему-то защипало, и она часто заморгала. — Мне немного тревожно из-за всех этих перемен. Не отпускай меня, если я начну делать глупости, хорошо?
— Ни за что не отпущу. Обещаю, — он посмотрел ей в глаза, а затем крепко прижал к себе и продолжил, нежно перебирая ее волосы: — В тебе сосредоточен весь смысл моей жизни. И если что-то пойдет не так, я не смогу этого пережить.
— Я тоже… — шептала в ответ Лера.
За окном угасали последние признаки дня, и мир постепенно погружался в сумерки. Теплый весенний воздух из открытого окна ласково нашептывал о любви, о счастье, а в застекленной лоджии прорисовывался красивый силуэт влюбленной пары. И редкие прохожие улыбались, оглядываясь на красивую живую картинку на шестом этаже. Им было невдомек, что это за мужчина и женщина, но ее длинные волосы и его широкие плечи, сплетенные в полумраке фигуры кричали о самом главном так ярко, так искренне, что это не могло не тронуть даже самое черствое сердце.
  
Глава 19. "Освобождение"
 
Лера сладко потянулась и взглянула на часы. Половина десятого. Андрей уже давно уехал в гостиницу, и можно просто понежиться в постели, ни о чем не думая. С Элеонорой они встречаются в обед, так что Лера еще успеет принять горячую ванну и позавтракать, а если повезет, купит обои для мастерской.
Она сладко зевнула и мечтательно потянулась еще раз. Как все же хорошо, что теперь нет нужды ходить каждое утро в строительную компанию, а можно просто заниматься картинами. И даже если их не купят, о ней есть кому позаботиться. Нет, что ни говори, а в удачном замужестве имеются огромные плюсы. И минусы в виде завтрашней утренней службы в церкви, на которую Лере придется идти рука об руку с Андреем, и предстоящее материнство никак не идут в сравнение с приобретаемыми бонусами. «Интересно, все трое наших детишек будут такими же кудрявыми, как Катерина, или все же в ком-то мои черты возьмут вверх?» — спросила она у самой себя и хихикнула, представив, как ее кудрявые детки с пеленок учатся считать прибыль от туристического сезона. Потом вдруг вспомнила, что накануне Лев Константинович почему-то не попросил ее подписать тот злосчастный контракт с Антоном Владимировичем, и в душе снова зашевелилась легкая тревога. Надо будет напомнить ему, ведь от этого контракта зависят ее творческие планы.
 
После завтрака Лера не удержалась и решила самостоятельно выяснить вопрос с контрактом. Она набрала номер сотового телефона будущего тестя и с легким страхом ожидала, когда тот возьмет трубку.
— Лев Константинович, доброе утро. Это Лера.
— Да, Лерочка, здравствуй. Ты что-то хотела? — оживленно ответил ей знакомый голос на другом конце провода.
— Я хотела узнать, как скоро мне придется подписывать контракт с Антоном Владимировичем. Вы вчера ничего не сказали об этом, и я теперь нервничаю.  Не могу построить свое расписание.
— Какой контракт, Лерочка? Мы же тебя уволили!
— Но… Андрей говорил, что Вы не хотели терять прибыльный проект…— слегка озадаченно рассматривала она свои красивые длинные ногти.
— Детка, выбрось все это из головы! Твоя самая важная задача сейчас — сделать моего сына счастливым. Неужели ты думаешь, что я допущу, чтобы моя невестка работала на Антона Владимировича? Да никогда этого не будет!
— Но…
— Никаких «но», Лера! На данном этапе есть только два жизненно важных проекта, которые обязательно должны стать успешными!
— Два?
— Да, два. Первый проект — это семья, детка. Ваша с Андреем семья. И здесь очень многое зависит от тебя. Потому что ты становишься  хранительницей домашнего очага. Сосредоточься на своих новых обязанностях.
— А второй проект? — чувствуя, как потеют руки от напряжения, не удержалась она от вопроса.
— Второй? Второй — это ваша новая гостиница. То, над чем вы вместе работали в последнее время. Ее просто необходимо вывести на достойный уровень. Проект обязан быть прибыльным, а весь прошлый сезон пансионат на этом месте приносил одни убытки. Представляешь, сколько надо вложить в рекламу, чтобы привлечь новую клиентуру?
— Честно говоря, не очень. Я плохо разбираюсь в финансовых вопросах, — призналась Лера. — Но постойте! Ваша собственная строительная компания может понести потери из-за моего отказа! И как вы будете справляться без Андрея? Он теперь все время в гостинице.
— Лера, у меня в жизни всегда был один стимул. Я все создавал ради сына. Сейчас, когда он решил заняться собственным бизнесом, мои амбиции насчет строительной компании ни к чему. А капризы Антона Владимировича и подавно. Самое главное, чтобы у Андрея все сложилось. И в личной жизни и в делах. И ты, детка, неотъемлемая часть этого процесса. Поэтому, будь добра, береги его.
— То есть, вы хотите сказать, что я ничего не должна вашей компании? — наконец  дошел до нее смысл его слов.
— Нет.
— И я могу просто любить Андрея и рисовать свои картины?
— Да. Еще можешь подарить ему парочку карапузов, — ухмыльнулся Лев Константинович на прощание.
Леру захлестнула волна радости. Подумать только, она свободна! Можно любить, можно творить, и за это не надо расплачиваться!
Спустя пару часов, в багажнике ее машины лежали два рулона дорогущих обоев с мотивами французской весны на фоне Эйфелевой башни, а рядом, на переднем сидении, умилялась куколкам Эля.