Когда-нибудь мы будем улыбаться (СИ)

Мы выходим из кафе, в котором сидели, и идем в сторону моего дома.
Всю дорогу мы смеемся, как маленькие дети.
Как я вообще могла чувствовать пустоту, если сейчас я чувствую себя живой и жизнерадостной?! Я чувствую себя счастливой.
Мне бы уже давно следовало прекратить это общение с Антоном, ведь я делаю ему больно. Но если бы мы прекратили нашу дружбу, лучше бы не стало никому. Было бы только хуже нам обоим.
— Лер, может, ты мне расскажешь?
— Что? — я совсем не понимаю, о чем идет речь.
— Почему ты была такой грубой и холодной? Только не отвечай, что все нормально. Я знаю, этому есть причина. Просто так, ничего не бывает.
Я грустно улыбаюсь.
— Уже все хорошо. Мои чувства использовали, а так все нормально.
На лице Антона, появляется шок от того, что я произношу эти слова с улыбкой.
— Ян?
Мне даже не пришлось говорить, кто это сделал. Тоша все понял.
— Да.
— Что на этот раз?
— Он поспорил на меня. Поцелуй и мое признание в любви, и теперь у него куча денег. Все просто, — в моем голосе нет боли и горечи, только улыбка и счастье.
— Почему ты так спокойно об этом говоришь?
— Я сама виновата. Поверила ему, а он воспользовался этим. И давай не будем о нем говорить, иначе меня сейчас стошнит.
— Я убью его, — шипит Антон.
— Что? Нет, Тоша. Нет. Ты даже не подойдешь к нему.
— С чего вдруг? Меня раздражает то, как он поступает с тобой. Я не оставлю это.
— Пожалуйста, — я буквально умоляю его взглядом, этого не делать. — Пожалуйста, не делай ничего. Ты не знаешь, почему он так поступает.
Шелыгин удивленно смотрит на меня.
— Нет в мире такой причины, чтобы так издеваться над твоими чувствами.
— Пожалуйста, Тош. По крайней мере, сейчас. Не лезь к нему.
Антон ничего не отвечает, только лишь кивнув.
— Пообещай.
Тишина. Конечно же, он сделает по-своему, но я боюсь, что потом сделает со мной Ян.
— Обещай мне.
— Обещаю.
Я улыбаюсь и крепко его обнимаю.
Настроение снова поднимается, когда Тоша рассказывает какие-то истории, и мы снова смеемся, как идиоты.
Грустная улыбка появляется на моем лице, когда мы оказываемся у моего подъезда.
— Очень жаль, что этот день так быстро закончился. Было весело, — я улыбаюсь, в то время как лицо Антона становится серьезным.
В один миг, его губы накрывают мои. Один короткий поцелуй, просто прикосновение губами, и Тоша отстраняется. Его губы полностью холодные, но у Яна…
Черт. Черт. Черт.
Чувствую себя шлюхой. За один день целуюсь с двумя парнями.
Не знаю почему, но меня до дрожи пугает холодные губы Антона. Они не должны быть такими. Это неправильно.
— Я пойду.
Не успеваю я сказать и слова, как Тоша исчезает из вида.
На моих губах, по-прежнему этот холодный вкус. Ох, черт.
Глава 23
— Да, маленькая.
Я закатываю глаза от такого прозвища.
— Паш, ты мне звонил, но я не слышала. Что-то случилось? От тебя пять пропущенных.
Мое сердце сейчас выпрыгнет из груди, от такого волнения. Просто так, Паша не стал бы мне звонить пять раз.
Поднявшись с кровати, подхожу к столу и собираю свой рюкзак в школу. Черт. Ненавижу эту школу.
— Малая…
— Что?
Затаив дыхание жду, что же скажет брат. Меня сковывает волнение.
— Я улетаю сегодня вечером.
Не плакать. Не плакать. Не плакать.
— Лер, ты тут?
— Да, — хрипло отвечаю.
— Я могу все отменить, если ты…
— Нет, Паш. Все хорошо. Правда.
— Ты уверена? — настороженно спрашивает Паша.
— Да.
Отлично, брата вроде удалось убедить, что все хорошо. Осталось только убедить в этом себя.
— И во сколько ты улетаешь?
— В десять.
Сделав глубокий вдох, пытаюсь успокоиться. Все хорошо. Нет.
— Ты меня слышишь?
— Да.
Одна слеза скатывается по щеке. Вторая. Третья… Черт, я уже сбиваюсь со счета.
— Извини, малая, но мне нужно идти вещи собирать.
Я киваю, не в силах произнести ни слова. Но естественно, Паша не может этого увидеть сквозь телефон.
— Лер, я люблю тебя.
Новая волна слез. Снова истерика.
— И я тебя.
Не в силах сдержаться, быстро сбрасываю вызов и начинаю плакать навзрыд. Опускаюсь на пол и обнимаю колени, опустив на них голову.
 
Неужели это все? Неужели уже сегодня, его не будет в этой стране?
Кое-как поднимаюсь с пола, только спустя десять минут. Мне кажется, что я выплакала за это время, годовой запас слез. Глаза уже жжет и чувствуется сильная боль в голове.
Самое ужасное в этой ситуации то, что мне нужно идти в таком состоянии в школу. Мне безумно хочется остаться дома, но мне нельзя прогуливать.
* * *
Звенит звонок на первый урок, и я сразу же напрягаюсь. Ненавижу первый урок, особенно если это алгебра, по которой у меня стоит три двойки. Нет, у меня все в порядке с памятью и мышлением, и поэтому я могу решать всякие уравнения, но вот только наш учитель, любит ставить двойки вместо прогулов. Вот так и выходит, что целый день я отсутствовала в школе, но пришла именно на алгебру, чтобы получить двойку.
В класс заходит Милана с каким-то парнем из компании Сотникова. Этот парень, просто держится за ее задницу и лапает все ее места, а в ответ, Мила лишь хихикает и улыбается.
Черт, что происходит с этим миром? Почему каждая вторая легкодоступна? Мне кажется, или я одна из немногих в этом классе, которых можно отнести к порядочным девочкам?! Хотя можно ли меня так назвать, если вчера я умудрилась поцеловаться с двумя парнями?
Сразу вспоминаются холодные губы Антона, отчего я вздрагиваю. С самого утра, меня не покидает чувство некой тревоги. Я пытаюсь отбросить это, но видимо зря. Какое-то волнение вперемешку с адской тревогой, не дают мне спокойствия, как бы я не отвлекалась.
Дверь класса открывается, и входит наша классная руководительница.
— Сегодня у вас вместо алгебры, будет география.
Весь класс начинает возмущаться, но наша любимая Ксения Витальевна, жестом показывает нам закрыть рты. Именно она, ведет у нас географию.
Ненавижу нашу классную руководительницу. Как учитель, она объясняет хорошо, но… Ксении Витальевне, уже далеко за тридцать, а она все никак не может успокоиться и перестать носить откровенные топы с юбками, которые слишком короткие. У учительницы действительно хорошая фигура, и она, таким образом, выставляет все на показ. Всех это раздражает, но никто об этом не говорит. Но как, же это нравится парням. Кто бы сомневался, что в таком возрасте им это интересно, и все они просто обожают географию.
В прошлом году, Ксению Витальевну застукали с одинадцатиклассником. До того момента, лишь ходили слухи, но никто не мог поверить, пока все не увидели воочию. Конечно, у всех был шок, но я не была особо удивлена.
Взгляды парней, сразу же устремляются на ноги Ксении Витальевны. Черт, да у меня футболка длиннее ее юбки. Как вообще директор позволяет такое?
— Внимание, класс. Сегодня мы проведем опрос. Каждый ученик, будет выходить к доске, и отвечать на вопросы по нашей последней теме.
— Но мы ничего не учили, — возмущается мой одноклассник.
— Вы, это и так должны знать.
Я закатываю глаза, понимая, что мне уже никак не спасти эту ситуацию. Только двойки, мне сейчас не хватает.
— Класс! Тишина! — кричит Ксения Витальевна, когда одноклассники начинают ворчать и возмущаться.
Училка, идет к своему столу, и несколько парней присвистывают от вида ее задницы в этой облегающей юбке. Что это вообще такое? Учителя должны давать пример, а не это…
— Итак, кто первый желает пойти к доске?
Все резко замолкают. Никому не хочется, оказаться первому у доски.
— Хорошо. Давайте тогда по алфавиту.
— Только давайте хоть один раз, начнем с конца списка, — жалобно говорит моя одноклассница Марина, ведь по списку класса, она первая.