Адской игры, грешник! Том 1 (СИ)
Ульрих потупил взгляд. На миг показалось, что маг отступит, но он тихо сказал:
— Не надо. Они спасли нам жизни. Если бы не эти парни, нас бы разорвали полуночницы. За мной долг.
Фыркнув, Олаф с недовольной миной убрал в ножны меч.
— Хорошо, Ульрих, но это в последний раз, когда я иду тебе на уступки. Я, между прочим, на тебя заклинание Света потратил, козлина ты голубая! — Он развернулся и ткнул пальцем в латной перчатке мне в грудь: — Проваливайте на хрен. Бегите отсюда, и чтобы я вас тут больше не видел. Забудьте о поле и проклятье. Если вернетесь — вам хана. Ясно?
— Ясно, — скрипнул я зубами.
— Так какого фига стоишь? Пшел отсюда!
Ничего не оставалось, как развернуться и пойти прочь, стараясь при этом не растерять остатки самообладания.
Глава 20. Какая-то фигня
Над полем медленно поднималось солнце, облизывая округу холодным стерильным светом. Мы с Кимом брели вдоль рва, отделяющего поле от пролеска с колючим кустарником. Настроение было препоганое. Шиза несколько раз пытался мне доказать, что я редкий идиот, и каждый раз я соглашался — не хотелось спорить с глюком, пусть думает что хочет, плевать. Глюк понял, что потроллить не выйдет, и быстро ретировался, спрятав ментальные щупальца в глубине моей черной душонки.
— Мы ведь не уйдем? — вопрос Кима прозвучал как утверждение.
— Конечно нет.
— Тогда какой план?
— Сделаем привал. Надо перекусить и восстановить силы. К тому же за убийство полуночниц что-то капнуло, я даже взял новый уровень.
— Эх… А я немного не дотянул. Еще бы одно сражение, и тогда точно получил бы шестой.
— Ничего, еще оторвемся. Сейчас отдохнем, помедитируем и разберемся со статами. А потом можно и над планом подумать.
— Давай сядем вон там, — кореец указал на небольшую полянку, обрамленную кустарником.
— Нет, сядем здесь, в поле, — я демонстративно перешагнул ров и уселся в пшеницу. — Будем считать это знаком протеста.
— А если Олаф за нами следит? Он же четко сказал, чтоб нас не было в поле. Я может не очень умный, но понимаю, что сразиться с ним и его рыцарями мы не сможем, нас быстро убьют. Это не потому что мы трусливые или еще что-то, это из-за разницы в уровнях и силе. У нас пятые уровни, а у него пятнадцатый. Сол свидетель, опять умирать совсем не хочется. Это было так больно и мучительно… Так по-настоящему.
— Олаф не придет, — заверил я, расстелив плащ вместо скатерти, и достав из сумки бутерброды. — Он списал нас со счетов. Думает, что мы испугались его величества и бежим в город, роняя тапки. Олаф — самоуверенный индюк, и хренов пэкашер. В реале таким морды бьют.
— Но здесь он легко набьет морды нам.
— Увы и ах. Но ничего, еще посмотрим. Мы ведь рано или поздно прокачаемся и соберем свою команду, а Земля ведь круглая…
— Ты хотел сказать: Ад круглый?
Мы дружно рассмеялись. Конечно, что может быть круглее кругов Ада? За веселым разговором бутерброды с салом и чесноком улетели с завидной скоростью. Запив нехитрую снедь элем, который я надыбал на кухне борделя «У Веселой Найры», Ким решил, что не мешало бы вздремнуть. Расстелил куртку прямо на пшенице, и меньше чем через минуту захрапел.
Я цедил эль и любовался рассветом. Солнце странное, кроваво-красное и пульсирующее, как выдранное из груди сердце, но все же это солнце, смотреть на него приятно. К тому же загробный мир по-своему хорош, кажется, я начинаю привыкать к его необычности и уродству. События минувшей ночи лихо пощекотали нервы. Пожар, трупы в поле, бой с полуночницами и появление Олафа — все это дико вымотало. Надоела несправедливость. Разве Олаф вправе так поступать? Он сговорился с магами, и убил грешников, которые выжили после нападения полуночниц. И все ради выгоды, ради денег.
И Ульрих туда же. Жаль. Если честно, я подумывал предложить магу объединиться. Он ведь потерял свой отряд, а нам с Кимом позарез нужны союзники. Ульрих вроде бы мужик не плохой, хоть и в голубом балахоне. А вот оно как… оказывается, у него уговор с Олафом. И договаривались они об убийстве игроков.
Допив эль, я растянулся на плаще и сунул в рот соломинку. Мысли вяло ворочались в голове, клонило в сон, но я стоически держался. Леха, не спать! Сначала черви, медитация и статы, а потом уже храп на всю округу.
Итак, чем нас одарила матушка Система?
Имя: Леха Марвел-бля
Уровень: 5
Класс: некромант
Здоровье: 21 + 1 усиление: Плащ Странника, + 5 усиление: легкая клепаная броня
Мана: 28
Сила: 12
Выносливость: 14+ 3 усиление: легкая клепаная броня
Ловкость: 18 +1 усиление: Плащ Странника
Интеллект: 28
Харизма: 35+1 усиление: Плащ Странника
Черви: 17
Красный червь: 1
Души: 0
Хм… Ожидал большего. Выносливость и ловкость остались на месте, с новым уровнем подросли только характеристики «Пути духа», и здоровье за неведомые заслуги повысилось на одну единицу. Но как так?! Мы ведь выкосили целый сонм полуночниц! Если только… И тут меня осенило. Идиот ты, Леха, прав был шиза. Вся прокачка ушла Ульриху. Это ведь он скастовал заклинание и направил на призраков, а мы с Кимом остались с фигой. Да уж… Теперь, когда я понял, что из себя представляет Ульрих, просить его поделиться — бесполезно. Не будь я альтруистом, без колебаний бросившимся на помощь, то не спешил бы, а стребовал с мага системный договор о дележке добычи. Что ж, вот и пресловутое «хотел как лучше, а получилось через жопу». Будет мне урок.
Лениво полистав логи, я вдруг вспомнил, что получил достижение. Т-а-а-к…. Где-то здесь было… Ага, вот оно.
«Знаток чудовищ».
Путешествуя по дивному миру Ада, вы повстречаете немало адских тварей. Изучая чудовищ, вы будете совершенствовать свое умение и со временем научитесь узнавать то, что сокрыто от остальных: способы противостояния чудовищам, возможность получения алхимических ингредиентов из трупов, а так же знания, необходимые для призыва в виде нежити.
Пассивно/ улучшаемо.
Понятно. Значит придется пробудить в себе дремлющий дар исследователя и ковыряться в трупах. Возможно, заведу дневник и буду туда записывать все, что узнал, а потом его издадут в каком-нибудь «Ад ЭКСМО» и назовут «Бестиарий мудрейшего Лехи Марвела-бля. Бестселлер по версии New York Times!». А что? Очень нужная в Аду штуковина, пособие для начинающих грешников…
Размышляя над всякой ерундой, я не заметил, как провалился в сон без сновидений.
* * *Разбудило меня что-то липкое и вонючее. Это липкое нечто текло у меня по лицу и смердело что твой скунс. Открыв глаза, я увидел, что пшеница надо мной сомкнулась аркой, из почерневших колосьев капала вонючая темная жижа. Ну и мерзость!
Стерев лица склизкую жижу рукавом куртки, я резко встал и обнаружил, что мы с Кимом спали прямо в этой гадости. Поле (а ведь когда засыпали оно было почти нормальным!) сделалось черным, больным. И это за какие-то пару часов!
— Ким. Ким, — пихнул я друга в плечо. — Вставай, Ким. Тут происходит какая-то фигня.
Кореец протяжно зевнул и сонно потер глаза.
— А?.. Фигня? Где фигня?
— Ты на ней лежишь.
Завидев то, на чем разлегся, Ким окончательно проснулся.
— Ох! Что же это?! О, Сол! Что тут случилось?!
— Фигня случилась, — мрачно буркнул я, осматриваясь по сторонам. Кругом черным-черно, чернее только нигер в темной комнате.
— Странно… — обронил Ким. — Я думал, что в проклятье виноваты полуночницы, и если Олаф с Ульрихом сегодня в ночью убьют оставшихся, то проклятье падет.
— Если честно, я тоже так считал, и хотел придумать как опередить жестянок и Ко. Но теперь понятно, что призраки — это всего лишь призраки, и возможно каким-то образом они сдерживали распространение болезни.