Люк Скайуокер и тени Миндора (ЛП)

Выражение лица Скайуокера, когда молодой джедай вернулся в гостиную, недвусмысленно намекало на то, что, как и во многих других вещах, Джептана ждало разочарование.
Скайуокер был так раздражён, что практически швырнул в него голопланшет.
– Что это за… ересь?
– Э-э-э… – Джептал опустился на кушетку, медленно вздыхая. – Выходит, вам такое не по вкусу.
– Не по вкусу? Не по вкусу? – Скайуокер даже покраснел, а на его лбу выступили вены, ярко демонстрируя усилия, которые джедай прикладывал для того, чтобы контролировать рвавшийся наружу ощутимый гнев. – Это просто ужас какой-то. Это самое худшее, что я когда-либо читал!
– Ах вот так. – Джептан наклонился и неторопливым, полным грусти движением забрал голопланшет. – Ну что ж. Мне жаль, что вы не проявили к этому интереса. Тогда я, знаете ли, ухожу.
– Никуда вы не уйдёте. – Хотя Скайуокер не отличался ростом, он, казалось, возвышался над Джептаном. – Я нанял вас для расследования. Нанял, чтобы вы написали отчёт. Обвинительное заключение, необходимое для вердикта. А вместо этого вы принесли мне это? Да здесь как будто написан сценарий для фильма вроде тех проклятых голотриллеров!
– Ну… да, – подтвердил Джептан. – И на то есть причины.
Скайуокер замер на месте.
– Что?
– Я, знаете ли… – Джептан кашлянул. – Я уже продал права на голофильм.
Скайуокер опустился на стул. Гневная краска сошла сего щёк.
– Ушам своим не верю.
Первоначальное разочарование Джептана уже исчезло, но он не чувствовал никакого стыда, пришедшего на смену – такие вещи, как стыд, ему ампутировала сама природа.
– Разве мы не достигли взаимопонимания? Как вы думаете, зачем я вообще откликнулся на вашу просьбу?
– За деньги, – не задумываясь, ответил, как сплюнул, Скайуокер. – Но плачу я вам не за это.
– Делайте, как считаете нужным. А компания по производству голотриллеров заплатила мне в десятки раз больше вас, и это только отчисления за права. В конечном итоге меня ждут ещё и бонусы. Продюсерам так понравился текст, что они заказали следующие две части «Приключений Люка Скайуокера».
– Следующие две?.. Пожалуйста, скажите, что пошутили.
– Мне, как известно, не чуждо чувство юмора, – сказал Джептан, – но оно почти пропадает, когда речь заходит о бизнесе, и не проявляется совсем, когда на кону большие деньги.
– Вы всё спланировали, – упрекнул его Скайуокер. – Вы с самого начала хотели всё устроить именно так.
– О да. Да, конечно.
Гнев Скайуокера улетучился. Теперь он выглядел усталым. Очень усталым и намного старше своих лет.
– Вы вообще потрудились провести расследование?
– Безусловно, – ответил Джептан. – Правдоподобность важна как никогда. Я готов поручиться за каждое слово.
– Правдоподобность? Я не побеждал Кара Вэстора в открытом поединке – я даже толком не сражался с ним. Если не считать одного укуса, он был напуган и сбит с толку, а затем попросту убежал. Я не отрубал ему рук световым мечом, и я даже не знаю, что такое «виброщит».
– Я позволил себе некоторую отсебятину, – признался Джептан. – Назовём это художественными вольностями.
– Это… это просто… – Скайуокер беспомощно покачал головой, и на мгновение Джептан испугался, что его собеседник вот-вот заплачет. – Вы сделали из меня какого-то героя.
Последнее слово было произнесено с отвращением.
– А вы и есть герой, генерал. По крайней мере, именно здесь вы можете мне поверить на слово. За всю свою жизнь я видел ровно четверых настоящих героев, и один из них – вы.
– Не зовите меня генералом.
– Прошу прощения?
– Я подал в отставку. Я больше не солдат. Теперь уже точно.
– О. Тогда что же вы собой представляете?
Скайуокер прикрыл глаза.
– Все жертвы произошедшего… это я убил их. Убил их всех.
– У вас не было выбора.
– Выбор есть всегда.
– Ну, раз так, – продолжал Джептан, – вы сделали верный выбор. Вот о чём наша история. Вы не понимаете? Теперь вы больше, чем просто человек. Вы – символ всего хорошего, что ещё можно отыскать в галактике. Разве вы не понимаете, какую пользу в этой ужасной гражданской войне принесёт ваш образ? Вы даёте другим надежду. Своим примером вы вдохновляете их, демонстрируете пример, которому они будут следовать. Просто существуя на этом свете, вы пробуждаете в других желание быть лучше, чем они есть на самом деле.
 
– Но это – не про меня. Это – про какого-то придуманного парня, которому присвоили моё имя. Герой фильмов. Сказочный принц.
– Вам виднее.
Скайуокер закрыл лицо руками и долгое время сидел молча, неподвижно. Наконец он проговорил:
– Ты ничего не написал о моём прощании с Ником.
– Нет. Слишком скучно. История должна закончиться красивыми, изящными штрихами. Мне понравился твой маленький дроид-астромеханик. Думаю, что финальным штрихом станет он.
– Знаете, в том шаттле, после того, как я попросил Ника подыскать следователя, и он рассказал мне о вас как раз, а потом улетел вместе с Эоной… Ник напомнил, что я так и не раскрыл свой «лучший трюк». Знаете, что я ему сказал? Я сказал, что он уже увидел всё своими глазами.
Скайуокер оторвал от лица ладони, и его глаза потемнели. Словно ему причинили боль. Словно на него охотились призрачные тени.
– Мой лучший трюк – совершить один маленький жест, даже просто сделать выбор – и убить этим тысячи. Тысячи.
Джептан кивнул, с трудом понимая. На это ушло лишь мгновение, после чего он сказал:
– Один из упомянутых мной героев иногда любил говаривать «Джедаи не солдаты. Мы – хранители мира».
– Хранители мира, – повторил Скайуокер. – Да. Да, мне это нравится. Думаю, это будет правильным. Мы – свет во тьме.
– Художественная метафора.
– Я не удивлён, что вам она нравится, именно вы поведали про «хранителей». Но мне кажется… мне кажется, что здесь кроется не просто метафора. По-моему, это – чистая правда.
– И моя задача, – подхватил Джептан, – сделать так, чтобы этот свет озарил всю галактику. Сдаётся мне, вы сменили гнев на милость.
– И мне сдаётся. – Люк сделал глубокий вдох, словно собираясь с силами. – Может, вы и правы. Но сколько вреда принесут ваши труды?
– Ну… – Джептан заёрзал на кушетке. У него возникло неприятное чувство, которое свидетельствовало о том, что он собирался сделать ненавистную вещь: сказать правду.
Казалось, нечто в самом Скайуокере вызывало это чувство.
– Пусть ваши продюсеры рассказывают свои истории, – дал добро Скайуокер. – Пусть делают голотриллеры и сопутствующую продукцию. Пусть будет так, ничего страшного. Ни одна из историй, которые рассказывают обо мне, не смогут изменить того, кем я являюсь на самом деле.
– Да, – тяжело вздохнул Джептан. – Но они могут изменить мнение других о вас. И это, мой юный друг, может причинить значительный ущерб. Только посмотри, что наделал «Люк Скайуокер и месть джедая».
Люк задумчиво кивнул.
– Полагаю… полагаю, если про меня и дальше собираются рассказывать истории, я должен убедиться, что эти истории хотя бы соответствуют истине.
– На мои истории ты… вы, во всяком случае, не пожалуетесь. Главное – не доверяйте прессе.
– За это не беспокойтесь, – заверил Джептана Люк. – Читать я всё равно не люблю, да и голотриллеры меня всегда утомляли. Но есть пара изменений, которые вам придётся сделать.
– Я? Моим продюсерам нравится как есть.
– И если я лично навещу их, чтобы обсудить их позицию, им тоже придётся её пересмотреть. Как знать, может быть, они вообще передумают что-то там снимать.
– Да бросьте. После всех уже вложенных ими денег?
– Я могу быть, – мягко проговорил Люк, – невероятно настойчивым.
 
– Полагаю, можете, – вздохнул, сдаваясь, Джептан. – Очень хорошо. Какого рода изменения нужно внести?
– Вы сделали так, будто гибель штурмовиков выглядела чуть ли не как несчастный случай. Как будто мне было неведомо, что это произойдёт. Но на самом деле мне было ведомо. Я знал, что делаю. Ваша история должна рассказать об этом.