Люк Скайуокер и тени Миндора (ЛП)

– Сомневаюсь.
– Может, им так же надоело гнаться за нами… как нам – драпать куда глаза глядят…
Чубакка прорычал нечто непонятное. Ар-два вторил ему электронным щебетом. Ни тот, ни другой не изъявили особенной радости. Лея обернулась к ним, и последние остатки её воздуха ушли на то, чтобы выдать приглушённую версию одного из фирменных кореллианских ругательств Хана.
– Или, может быть, – сказала она, – они остановились потому, что мы «драпали» именно туда, куда они и хотели.
Пещера была переполнена телами.
Мёртвыми телами.
Десятки, может, сотни мертвецов наполовину утонули в каменной почве, как будто она стала жидкой и через какое-то время затвердела вокруг погрузившихся внутрь пленников. Некоторые вошли по грудь, другие – по пояс, а часть бедолаг были вдавлены в стену, оставив свободными только лицо или затылок. Отдельные пленники человеческой расы носили подобие доспехов штурмовиков, только выполненные из чёрного материала, такого же, как и камень вокруг. А кое-кто из тех, кто посвежее – люди или мон-каламари, что выглядели попросту спящими – были облачены в лётные комбинезоны Новой Республики.
– К твоему сведению. – В голосе Хана проступила лёгкая дрожь. – Именно вот поэтому я и не хотел брать тебя с собой.
* * *
Бесконечная лавина СИД-истребителей окружила «Память Альдераана» и другие крупные корабли Новой Республики, сбившихся корпус к корпусу в пределах радиационной тени Миндора. Операторы систем управления ракетами отчаянно отслеживали курс одного истребителя за другим, чтобы наводить по ним ракеты, а канониры выпускали в вакуум турболазерные залпы, однако проворные истребители было почти невозможно поразить. Единственными СИДами, кому удавалось подобраться достаточно близко к «Памяти» (и нарываться на противоистребительную завесу из кассетных снарядов), были те, кто проносился на полной скорости словно молния, пытаясь стать физическим препятствием.
И погибая в самоубийственной атаке.
На досветовой скорости даже лёгкий СИД-истребитель генерировал колоссальное количество кинетической энергии, и поэтому при лобовом столкновении с крупным кораблём щиты последних не успевали рассеять энергию достаточно быстро. Двух «счастливчиков»-смертников хватило бы, чтобы противоударный щит ненадолго отказал, и если сразу после этого третий СИД успеет вовремя скользнуть в образовавшуюся брешь, удар может уничтожить целые палубы.
«Память Альдераана» получила все три удара подряд, качнувшись гигантской тушей, будто вздрогнув. Из трёх огромных пробоин вырвались облака газа и кристаллизировавшегося пара. Как и все линейные крейсеры, «Память Альдераана» была спроектирована таким образом, чтобы выдерживать умопомрачительный объём повреждений и ещё оставаться в строю после них, но когда Лэндо получил предварительный отчёт о нанесённом ущербе и о потерях, даже его легендарный неиссякаемый оптимизм дал приличную трещину. Более тысячи членов экипажа были ранены или пропали без вести, треть турболазеров вышла из строя, а один главный двигатель перегрелся и готовился либо прекратить работу, либо расплавиться в ближайшие три-четыре минуты.
Лэндо опёрся на коммуникационную консоль мостика.
– Где, ситх раздери, наш истребительный эскорт? – прорычал он. – Кто-то должен остановить этих выскочек!
Но ответ ему и так был известен: истребители оперативной группы всецело посвятили себя происходившему на поверхности, массированным огнём поддерживая атаку на орудийные установки класса «земля-орбита». У генерала не хватало воздушных сил, чтобы должным образом прикрыть десантников, не говоря уже о защите флотилии.
– Генерал Калриссиан! Генерал, кто-нибудь может помочь мне? – затараторил Си-3ПО, которого сбил с ног финальный аккорд имперских пилотов, отчего дроид как-то умудрился застрять под пультом охраны. – О, какая у меня теперь будет ужасная вмятина!
Лэндо махнул рукой и приказал: «Кто-нибудь, извлеките дроида!», потому что в противном случае эта проклятая штука продолжала бы валяться на полу и жаловаться, пока кто-нибудь не сломал бы или не оторвал бы его позолоченную голову.
 
Генерал повернулся к старшему помощнику – глассферранцу, чьи три ничего не выражающих глаза смотрели ровно на столько же голоэкранов с различными тактическими данными.
– Пусть флот скучкуется, Картилль, – повелел Лэндо. – Нам нужно сблизить корабли. Подведите их вплотную и закройте бреши в оборонительном периметре.
– Мы и так почти целуем друг друга в щиты, – возразил Картилль. – И – простите, генерал, но такой тесный контакт прибавит нам проблем, когда вражеские ПВО начнут поливать горизонт.
– Не напоминай. – Он повернулся к офицеру связи. – Есть что-нибудь от Шисы?
– Как раз устанавливаю контакт, сэр. Выведу на громкую связь.
Резкое шипение бластерного огня было единственным, что оставалось отчётливо слышным по каналу связи, в то время как остальные звуки поглотила статика. Лэндо перегнулся через борт консолей и попытался улыбнуться.
– Шиса! На связи Калриссиан. Мне нужны хорошие новости, Фенн! Мы всего в восьми минутах от следующего залпа гравитационной пушки, а у меня тут торчит прорва кораблей с голыми брюхами!
Си-3ПО поднялся на ноги и двинулся к Лэндо.
– Генерал Калриссиан…
– Позже. Фенн, ты слышишь?
Эфир разразился ещё большим треском – бластерными разрядами и громким хлопком, которая могла быть детонацией протонной гранаты.
– Делаем успехи, – отозвался, наконец, Мандалор, – но вынуждены зачищать каждое помещение. Эти типы в чёрной броне плотно здесь окопались и, кажется, слыхом не слыхивали о бегстве.
– А о смерти они слышали?
– О да, для смерти у них есть все задатки. Вот только всякий раз они вместе с собой пытаются забрать побольше и наших ребят!
– Продолжай, Фенн. Посмотрю, смогу ли помочь отсюда.
– С радостью приму что бы то ни было.
– Генерал Калриссиан, пожалуйста! – Си-3ПО завис у плеча Лэндо, и его голос звучал ещё более взволнованно, чем обычно. – Вас заинтересует…
– Я же сказал – позже. – Лэндо сделал жест офицеру связи. – Откройте спецканал для Проныры-один, капитана Антиллеса.
Офицер кивнул.
– Готовность: десять секунд, сэр.
Лэндо повернулся к Трипио.
– Ладно. Десять секунд. Что меня заинтересует?
– Что ж, это действительно может показаться интересным, хотя я и не могу знать наверняка, – дроид звучал так, будто защищался. – Но независимо от этого, оно, несомненно, важно. На мой взгляд, так и есть.
– На твой взгляд?
– Генерал? – позвал офицер. – Капитан Антиллес на связи.
– Пожалуйста, генерал Калриссиан, мой взгляд по данному вопросу – самый верный!
– Ты упустил свой шанс. – Лэндо вновь повернулся к коммуникатору. – Ведж. Меняем планы. Уведи Проныр от турбо-башен. У мэндо проблема посерьёзнее: грави-пушка. Если её бронеконструкция откроется, я хочу, чтобы туда внутрь залетело больше снарядов, чем вылетело, понимаешь?
– Принято, но у меня уже вышли из строя три «птички». Есть эскадрилья-другая, которую не жалко?
– Не шути так, Ведж. Просто доберись своим ходом. От тебя зависит множество жизней.
– Нам не привыкать к этому, сэр.
– Вот почему я не доверил бы работу кому-нибудь ещё. Чистого неба, Ведж.
– Увидимся на той стороне. Проныра-лидер, отключаюсь.
– Но… но генерал Калриссиан… – вновь дал о себе знать дроид.
– Не сейчас, Трипио! – Лэндо стиснул зубы. Он так и знал, что ситуация заставит пойти на такой шаг. – Картилль, предупреди флот. Заходим в атмосферу.
 
Старший помощник одновременно моргнул всеми тремя глазами.
– Сэр?
– Вы слышали. К поверхности. Каждому. Это единственный выход. Провисим на орбите ещё десять минут – и ПВО разорвёт нас на куски.
– То есть, приземляться? А куда именно, сэр?
– Позаботимся об этом, когда окажемся вне их пределов досягаемости, верно?