Культ (СИ)

Кисель сделал неуловимый знак — и его сотрудник побрёл в указанном направлении. Я выждал полминуты, затем произнёс:
— Вот что. Я могу взять тебя с собой, но это не для камеры. Просто убедишься, что мой бог реален.
— Издеваешься?
— Нет.
— Взять... куда?
— В Бездну. Мы называем этот пласт Иркаллой, нижним миром. Вроде загробной реальности, только без гробов. Предлагаю один раз, опыт уникальный.
— Нет, ты точно прикалываешься, — растерялся Кисель.
— Ты стример или фуфло собачье?
Психологические ловушки действуют безотказно.
— Ну... — протянул паренёк. — И что надо делать?
Вместо ответа я взял своего гостя за руку.
Блогер провалился во тьму.
  
Глава 3. Догрызая гранит науки
 
Необъятная пещера.
Мертвенный свет, льющийся из неведомого источника. Протекающая в нескольких метрах от нас чёрная река. В Иркаллу могут входить лишь избранные — те, кого владыка призвал к себе. Я испросил дозволения привести полезного чужака загодя. Поэтому случившееся не было импровизацией.
Я переместился в нижний мир физически.
Кисель — вырвавшись из собственного тела.
Рядом со мной находилась бесплотная тень. Колеблющийся сгусток тьмы, имеющий условно человеческие очертания. Вместо лица — чёрный клубок с прорезями для глаз.
— Где мы? — блогер начал испуганно озираться.
— Добро пожаловать в Иркаллу, — усмехнулся я. — Место, куда ты попадёшь после смерти.
Неподвижный воздух, отсутствие фоновых звуков. Нет даже всплеска воды, ибо река не имеет ничего общего с водой. А затем появляется красное мерцание.
Ужас происходящего приковывает блогера к земле.
Кисель не в силах отвести взор от приближающегося к нам багрового шара. Сжигатель стремительно увеличивается в размерах, растапливает тьму нестерпимым сиянием, давит на нас страхом, иррациональностью происходящего.
— На колени, — шепчу своему спутнику.
Блогер в шоке.
Мы оба падаем ниц.
Багровый шар нависает над нами, гудит, выстреливает протуберанцами и наслаждается произведённым эффектом.
Голос владыки прокатывается под сводами пещеры:
— Рад видеть тебя, Джерг. Кого ты привёл с собой?
— Это популярный среди молодёжи человек, — отвечаю я. — Он хочет рассказать о твоём культе.
— Встаньте.
Мы послушно выпрямляемся.
— Я вижу тебя насквозь, смертный, — рокочет божество, обращаясь к стримеру. — Ты не веришь в древних богов. Твои боги — золотые монеты. Но ты здесь. Что чувствуешь?
— Мне страшно, — промямлил Кисель.
— Так и должно быть. Я жил на заре времён и до начала этих времён. Народы и материки, страны и властители — всё это... один вздох для вечности. Лишь сила имеет значение. Узри величие Нергала. И расскажи своим последователям про то, где был.
Багрянец осветил свод пещеры.
Я увидел берега чёрной реки, плывущий вдалеке корабль. Всё это казалось сумасшедшей иллюзией. Звуки порождал один лишь красный гигант, способный обратить нас в пепел и развеять огненным вихрем...
А потом мы выпали обратно.
В реальный мир.
Блогер пошатнулся, в его расширенных зрачках всё ещё метались всполохи запредельного кошмара, порождённого существом Бездны.
— Что... что это было?
— Сам решай.
Мы пересекли двор, подобрав по дороге оператора, и Кисель быстро пришёл в себя, занявшись привычным делом. Трансляция велась, донаты капали на карту, репортаж становился всё более захватывающим.
Входим в западное крыло.
— Это учебный корпус, который почти не отличается от обычной неомосковской школы, — вещал блогер, стараясь держаться в поле зрения оператора. — Взгляните, сейчас перемена, и дети носятся по коридорам. Сейчас мы попадём в столовую и откроем тайну питания будущих жрецов.
— Нет никакой тайны, — усмехнулся я. — Мы придерживаемся средиземноморской диеты. Доминируют рыба, орехи, фрукты, овощи и морепродукты.
— Жареной картошечки не навернуть, — пошутил Кисель.
— Не хотел тебя разочаровывать.
— В чём смысл такого питания?
Мы пересекли порог столовой и окунулись в гвалт, звон посуды, грохот тарелок и кастрюль. Я провёл блогера с оператором к раздаче, выдал им по подносу, взял один себе и терпеливо встал в очередь за семилетним малышом.
 
— Организм получает всё необходимое для полноценного развития, — сказал я. — При этом не забиваемся холестерином, не наращиваем жиры на боках. Здесь учатся воины, а не тюфяки.
Повара работают быстро.
У каждого из нас на подносе оказывается тарелка бурого риса. Постепенно добавляются салат из морской капусты, филе тунца, чечевичная похлёбка, гранатовый сок и фруктовая нарезка.
— Возьми хлеб, — советую блогеру. — У нас собственная пекарня.
— Ммм, — Кисель положил на поднос два кусочка чёрного хлеба. — С изюмом?
— И орехами, — добавил я, выхватывая из металлического лотка ложки с вилками. — Полезно и вкус потрясающий.
Кисель незамедлительно продегустировал хлеб.
— Действительно очень вкусно, друзья. Хлеб горячий, буквально тает во рту. У меня бабушка хуже готовила.
— Присылай свою бабушку к нам, — предложил я. — На бесплатную стажировку.
Набрав еды, мы двинулись к панорамному окну, за которым простиралось Славянское море. Шикарный ландшафт, как по мне. Несколько островков, ползущий вдоль горизонта контейнеровоз... Местные острова — это сплошь разрушенные и полузатопленные здания, занесённые песком, заросшие травой и кустарником. Изредка такие руины срастаются с холмами.
— Вы только взгляните на этот пейзаж, друзья, — восхищался Кисель. — А теперь будем пробовать пищу богов. Пишите в комментариях, чем питаются ваши дети в школе. Ставьте лайк, если протащились от рациона семинаристов... Ооо! Супец знатный.
Доесть мы не успели.
Справа послышался звон бьющейся посуды, и наше внимание привлекли две мальчишеские фигурки. Бритоголовый крепыш лет девяти попытался ударить своего сверстника кулаком в челюсть, но второй семинарист отбился подносом и зарядил обидчику ногой в колено.
Драчунов мгновенно обступила толпа.
— Снимай, — шептал Кисель одними губами.
Второй паренёк, тощий и невзрачный, с раскосыми азиатскими глазами, уклонился от левого хука, прописал оппонету красивую двойку в корпус и довершил разгром, ткнув лысого головой в переносицу.
— Никто не собирается это останавливать? — изумился блогер.
Пожимаю плечами:
— Они сами разберутся.
Бритоголовый взревел, из его руки вырвалась молния, и разряд отшвырнул азиата к ближайшему столу. Схватив упавший поднос, лысый замахнулмся, чтобы добить противника, но ребят растащили. Ещё несколько минут детишки перебрасывались оскорблениями, но друзья встали стеной между поединщиками.
Постепенно волнение улеглось.
— Полная жесть, — констатировал Кисель. — Нет, все мы учились в школе, но никто такого себе не позволял...
— Брось, — фыркнул я. — Загляни на большой перемене в лицей Адамсов. Или гимназию какую-нибудь в квартале одарённых. Твой мир никогда не будет прежним.
Спокойно доев и обсудив каждое блюдо, мы занесли подносы к окошку, где принимали грязную посуду.
— Куда теперь? — спросил блогер.
— Думаю, стоит заглянуть в учебную аудиторию, — предложил я, влившись в толпу малолеток. Прозвенел звонок. — Математикой и русским никого не удивишь. Как насчёт аккадско-легурийской мифологии?
— Веди, — коротко бросил Кисель. — А я напоминаю зрителям, что Легурия — это легендарный материк, ушедший под воду в незапамятные времена. Именно там, если верить некоторым источникам, зародился культ Нергала.
Экскурсия по моим владениям продолжилась.
Блогер перемещался по тщательно выверенному и заранее утверждённому маршруту, хотя всё происходящее на экране выглядело импровизацией. Я не мог отделаться от чувства, что после визита в Иркаллу паренёк изменился. Не знаю, сколько ещё ночей он будет вскакивать, обливаясь холодным потом и пробуя утопить в звёздах багрянец Убийцы. Возможно, паренек убедит себя, что Илья Невзоров — талантливый гипнотизёр. В самом деле, я же поглотил десятки вражеских душ и освоил техники подчинения...