В стране троллей. Кто есть кто в норвежском фольклоре

 Т. Киттельсен
Дух водопада не только гениальный музыкант, но и не­превзойдённый учитель. Он может научить своему искусству и че­ловека. По преданию, нужно отыскать водопад, который даёт на­чало пяти рекам, — именно там обитает дух, слывущий в народе лучшим учителем музыки.
Слово «фоссегрим» (fossegrim) — дух водопада — состоит из двух частей: foss — «водопад» и grim — «страшный, суровый». Последнее в древне-скандинавской мифологии было одним из имён бога Одина.
Желающий стать первым скрипачом среди людей нахо­дится всегда. Вот и идёт этот отчаянный парень к водопаду. Однако все знают, что просто так фоссегрим не раскроет тайну чудесной игры на скрипке, поэтому ученик должен принести с собой бараний окорок, и лучше всего — украденный на соседнем хуторе.
Почему такой подарок нужно поднести фоссегриму, объ­яснить нетрудно. Деревенский скрипач за свою работу обычно по­лучал четвёртую часть забитой овцы в качестве вознаграждения. Да и по форме окорок имеет некоторое сходство со скрипкой. На­ходились такие скрипачи, которые ради забавы натягивали струны на копчёный окорок и играли на нём.
Чтобы перенять мастерство у духа водопада, нужно вы­брать для урока подходящее время. Охотно обучает фоссегрим своему искусству в ночь на Ивана Купала (24 июня). В Северной Норвегии наилучшим временем считают Рождественскую ночь. Ча­ще же всего люди говорят, что приходить к водопаду со скрипкой нужно три четверга подряд по вечерам. В первый четверг надо бро­сить в водопад угощение. Но в этот раз урок не состоится — фоссегрим будет есть. В следующий четверг нужно прийти к водопаду и настраивать скрипку, и только на третий раз — играть на ней.
Если духу водопада понравится окорок, схватит он музы­канта за руку и будет водить его рукой со смычком по струнам до тех пор, пока у того кровь из пальцев не выступит. Зато после это­го смельчак сможет играть так, что деревья будут кружиться в тан­це, а водопад — остановит своё течение. Те немногие, что научи­лись играть на скрипке у фоссегрима, так искусно могут настроить свой инструмент, как никто другой.
Не только в норвежских преданиях встречаются духи, способные награ­дить человека каким-нибудь мастерством или умением. Например, со­гласно шотландской легенде, поэт Томас Лермонт, или, как его прозвали, Томас Рифмач, получил дар предвидения от королевы эльфов за то, что не побоялся пойти с ней в волшебную страну и верно служил ей долгих семь лет. После чего вернулся в свой родной город Эрсильдун и прослыл на всю Шотландию поэтом-прорицателем. Согласно легенде, пророче­ства Томаса Рифмача продолжали исполняться на протяжении последую­щих пяти веков после его смерти. Интересно, что для русской культуры Томас Рифмач — фигура знаковая. Считается, что М. Ю. Лермонтов явля­ется потомком этого шотландского рода.
А в уральских сказах Бажова мы читаем о том, как Хозяйка Медной горы награждала резчиков по малахиту необыкновенным умением в обраще­нии с камнем, открывала им его тайны. Однако не каждый мастер мог по­хвастать знакомством с Хозяйкой. Она выбирала только тех, кто искрен­не любил своё дело: работал с душой и до денег жадным не был.
Однако не все способны добросовестно выполнять условия соглашения. Всегда найдутся такие ловкачи, которые не прочь научиться искусству фоссегрима и даже захватят с собой бараний окорок, но...
Как-то раз захотел один человек научиться играть на скрипке. Это было довольно странно, потому как все знали, что он был очень скупой и никогда не позволил бы себе по­жертвовать целый окорок духу водопада. Люди отговаривали его, ведь фоссегрим не станет учить музыке без вознаграждения. Но парень был очень упрям и никого не слушал. Пришёл он к водопа­ду, остановился, посмотрел на окорок... И тот показался ему слишком большим. Кому может прийти в голову выбросить столько мяса? Вот скряга и отделил аккуратненько самые хорошие куски мяса от кости. «Вот так-то лучше», — подумал он и бросил кость в воду. Теперь оставалось только ждать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем появился фоссегрим. Вид у него был серди­тый. И всё-таки дух водопада научил парня настраивать скрипку, но тот остался недоволен: «Я же пришёл сюда за тем, чтоб нау­читься играть!»
 
«Ты кости посмел мне без мяса отдать, так, скрипку на­строив, не сможешь играть», — ответил фоссегрим.
Довольно часто игру фоссегрима можно было услышать и с мельницы, которая стоит недалеко от водопада.
Однажды вечером Томмес Скотбаккен из Брункеберга, что в Телемарке, ночевал на мельнице у водопада Хэге. Но фоссегрим играл на скрипке так, что Томмес не мог усидеть на месте, ноги сами шли в пляс. Он танцевал и танцевал и не мог ос­тановиться, а дух водопада всё играл. Так прошла целая ночь. На­конец Томмес не выдержал и закричал: «Именем Иисуса, когда же всё это прекратится?» Тогда звуки скрипки стихли, и Томмес смог перевести дух.
Редко кто попадает к духу водопада не по своей воле, обычно люди сами разыскивают духа с тем, чтобы обучиться его мастерству в обращении со скрипкой. Однако народная песня, записанная в Эстердале, в местечке Юа, что неподалёку от водо­пада, рассказывает о том, как фоссегрим украл девушку вместе с телегой сена, на которой она ехала, и заточил её в свой водо­пад. Но девушка не растерялась. Она оставляла за собой след из соломинок, и люди смогли найти её и освободить.
 Небольшое озеро в чаще леса. Над неподвижными тёмными водами — головки нежных белых лилий. Рука так и тянется сорвать прекрасный цветок... Но берегись! Стоит лишь его коснуться — вмиг провалишься в глубо­кий омут, водяной крепко обхватит тебя своими длинны­ми скользкими руками и потянет на дно...
 Т. Киттельсен
Водяной, или нёкк (nøkk), — обитатель рек и лесных озёр, которыми так богата Норвегия. Он упоминается ещё в скандинав­ской мифологии — под именем «нюкр» (nykr). Имя это настолько древнее, что следы его можно обнаружить практически во всех гер­манских языках: к примеру, в английском оно перешло в народное название чёрта — Старый Ник (Old Nick).
 Т. Киттельсен. Водяной. 1904
Нёкк не любит выходить из воды и показываться на гла­за человеку в своём истинном обличье. Потому те, кому всё же довелось увидеть водяного, часто описывают только торчащую из воды голову с длинной спутанной бородой, большими ушами и страшно горящими глазами-плошками. Бытовало поверье, что появление водяного предвещает утопленника. И это не случайно, ведь образ нёкка является олицетворением той опасности, той враждебной человеку силы, что таят в себе тихие воды озёрных омутов. Естественно представить, что водяной заманивает людей в воду и тянет их ко дну. Потому большинство рассказов о нёкке — это истории о его коварстве.
Как и всякая нечистая сила, водяной считался особенно опасным после захода солнца. Было даже такое суеверие: если пить воду прямо из реки после захода солнца, на губах и носу мо­жет появиться особая болезнь — «укус нёкка» (nøkkebit).
Впрочем, укусы — самая безобидная из проделок водяно­го. Когда же он пытается утащить человека под воду, в ход идёт его главное волшебное свойство: умение превращаться во что угодно. Так, одно из древнейших упоминаний о водяном — средневековая народная баллада «Хейему и нёкк» — повествует о том, как водяной обернулся красивым, богато одетым юношей и пришёл в деревню на танцы, чтобы обманом увести к себе первую красавицу и певу­нью по имени Хейему. Вопреки ожиданиям, баллада кончается по­ражением водяного: девушка догадалась, кто перед ней на самом деле, и убила его. В человеческом обличье предстаёт водяной в большинстве преданий Северной Норвегии, где он выступает не столько как коварное чудище, сколько как хозяин и покровитель во­дяных духов и, к тому же, как искусный музыкант.