В стране троллей. Кто есть кто в норвежском фольклоре

Иногда скрытый народец предлагал обменяться скотом. Так, к одной скотнице как-то вечером пришёл старичок.
— Не хочешь ли ты поменять корову на пять коз?
— Почему бы и нет, — ответила она, скрыв изумление.
— Тогда ты получишь и козла в придачу!
Когда же на следующее утро скотница вошла в хлев, там не было коровы, зато стояли пять коз и козёл.
Но бывает и так, что скрытый народец похищает скот или накладывает свою магическую власть на коров. Тогда нужно перебросить стальной предмет через корову, что выбрал скрытый наро­дец, и в тот же миг он потеряет свою власть над ней.
Важное магическое средство в народных верованиях — стальные пред­меты, особенно острые — нож или игла. Перекинув нож через кого-либо или что-либо, принадлежащее потустороннему миру, человек как бы «пе­ререзает» волшебному существу путь назад: так можно у скрытого на­родца что-нибудь отобрать или оставить среди людей понравившуюся девушку (см. статью «Хюльдра»).
Такая функция стальных изделий встречается не только у норвежцев: на­пример, в европейских историях про вампиров сталь, наряду с чесноком, серебром и осиновым колом, служит орудием против нечисти. В русских быличках скотину прогоняют через порог, под которым лежит стальной предмет, чтобы домашние животные не болели и никто не мог их сглазить.
У одного бонда земля уродила на славу, да вот беда — не собрать ему столько в одиночку, а нанять некого. Вышел он вечером в поле и закричал со слезами: «Что же мне делать, не­откуда ждать помощи!» И с окрестных холмов ответили ему голоса, обещая помощь — с одним условием: должен он отблагодарить их пиршеством в конце работ. На том и договорились.
Тут же вышел скрытый народец на поле бонда и в одну ночь собрал урожай. Бонд устроил им большой праздник: украсил дом, накрыл знатный стол и всех пригласил на угощение. Поскольку не нарушил он своего обещания, то и в следующем году сопро­вождала его удача.
Правила важно соблюдать и при постройке дома. Любо­му хозяину известно, что дом нельзя ставить где попало. Прежде чем начать строительство, нужно узнать, не живёт ли там кто-нибудь из невидимого мира. Выбрал место — нужно, как это принято, например, в Западной Норвегии, крикнуть громко: «Живёт здесь кто-нибудь?» Если место занято, ничего не поделаешь — ищи другое.
А можно выбрать сразу несколько мест для постройки до­ма, а потом спать по три ночи на каждом из них. Где лучше всего спалось, там и возводили дом.
И по всей Норвегии верили: где собрался строить, там и сложи весь материал. Если брёвна и камни за ночь никто не тро­нул, то всё в порядке, можно начинать.
«Строительных» примет не счесть, в каждой деревне свои, но все сходятся в одном: если их не соблюсти, то рассердив­шийся скрытый народец может навредить и хозяевам, и скоту, а то и дом на другое место передвинуть.
Так же много правил связано с сетером, который равно принадлежал и людям, и невидимому народцу.
Люди пользовались постройками на горных пастбищах летом, и освободить их требовалось ко дню Святого Варфоломея (24 августа), самый крайний срок — ко второму сентября. Перед выездом всё нужно вымыть и убрать, потому как скрытый народец должен въехать в чистый дом. Последнее, что следовало сделать хозяевам, — накрыть на стол, чтобы обитатели невидимого мира почувствовали людское гостеприимство. Многие ставили на стол рёммегрёт — сладкую норвежскую кашу из сметаны с корицей, которую обычно готовили на праздник, например на Рождество, а также масло и сыр — самое лучшее угощение сетера. Когда за­крываешь дверь, нужно сказать: «Мы уезжаем — теперь ваш че­рёд». На юге Трёнделага также существовал обычай предупреж­дать скрытый народец о своём приезде на сетер. Подходили близко к сетеру и кричали: «Теперь моя очередь — пора и вам честь знать». Причём загодя, чтобы у скрытого народца было время собраться.
Если не покинуть сетер вовремя, зимние хозяева начина­ли волноваться, сердиться. В стены дома по ночам летели камни, ни с того ни с сего поднимался страшный шум, вещи и посуда падали с полок. Так скрытый народец проявлял свое нетерпение.
 
Бывало и так, что люди не хотели, чтобы в зимнее время кто-то занимал их сетер, тогда они рисовали крест над дверью, или вешали освящённое распятие, или втыкали стальной нож или иглу. Тогда на следующий год, рассказывает предание, не было им уда­чи: молоко кисло, сыр не удавался, то и дело пропадал скот.
 А. Блох. Свадебный поезд скрытого народца. 1887
Но скрытый народец мог и сжалиться над тем, кому было некуда пойти. Так случилось и с неким Торхильдом, которому при­шлось зимовать на сетере. Однажды пришёл к нему скрытый народец. Учтиво поздоровавшись, нежданные гости спросили, не позволит ли им Торхильд отпраздновать на сетере свадьбу. Объяснял-объяснял он, что не принадлежит ему сетер, но они так просили, так уговаривали, что в конце концов Торхильд согласился.
Хороша была та свадьба, нарядно убранство, прекрасна сияющая драгоценностями невеста, прибыл даже сам старейшина скрытого народца — гости называли его Трондом. Никогда Торхильд так не веселился, даже на собственной свадьбе. Попил он
и вкуснейшего тюссовского пива, поговорил со старейшиной. Однако заметил, как косились на него тюссы, перешёптываясь друг с другом, приговаривая потихоньку: «Будь осторожен с Торхильдом!
У него есть нож!»
Дневные работы тоже определялись строгими правилами начинались с восходом солнца и заканчивались, когда оно садилось, так как вечер и ночь — время скрытого народца, а они не любят шума и суеты.
Коль скоро потаённые жители невидимы, нужно было быть очень внимательным, чтобы никого не поранить. Так, например, когда валили дерево, следовало кричать: «Поберегись!» или «С дороги!» И воду нельзя было просто выливать за порог, чтобы ненароком кого-нибудь не облить или не ошпарить.
Скрытый народец и люди живут по соседству уже много веков, но всё-таки они принадлежат разным мирам. Страшно тоску­ет скрытый народец по людям и использует для общения любую воз­можность. Иногда скрытый народец завлекает к себе хитростью или лаской, иногда просто похищает молодых девушек — особенно тех, что ночуют в одиночку на горном пастбище. Ухажёры из иного ми­ра, хюльдреманы, могут быть красивы, но гораздо чаще они уродли­вы, с большим и страшным носом. Но это не мешает им добиваться внимания девушек, а некоторые даже хотят жениться на красавице из мира людей. И если случается, что хюльдреман особенно настой­чив, то здесь помочь девушке может только хитрость да смекалка.
Жила летом одна скотница на сетере. Как-то в четверг вечером зашёл к ней незнакомец и стал обхаживать её и так и этак. Сразу догадалась она, что за гость к ней пожаловал, и попыталась избавиться от непрошеного ухажёра, но только ниче­го у неё не выходило. Тогда решила она схитрить:
— Повадился тут дикий бык к моей корове ходить. Под­скажи, как бы мне от него избавиться?
— Да очень просто, — ответил хюльдреман. — Возьми волчьего лыка да гадючьих ягод, и ещё травку, сама знаешь какую. Подожги и дымом окури корову.
Скотница поняла, что третья травка, которую он назвать не мог, — богородичная травка. Собрала она все те травы и окурила себя.
Когда же на другой четверг опять пришёл к ней хюльдре­ман, то сразу почуял, что она сделала, сморщился и крикнул: «Фу! Провела ты меня!» Только его и видели.
Волчье лыко — это народное название волчника обыкновенного (Daphne mezereum). Его невысокие кустики растут по лесам, чаще там, где тень и сырость. В апреле расцветают розовыми и белыми цветками с приятным запахом. Цветки опадают, и только после этого появляются продолгова­тые зелёные листья. Назвали его лыком, потому что у этого кустарника очень прочное волокно, не ломается и не рвётся. А волчьим — потому что ядовитое. Осенью на месте цветков созревают длинные красные ягоды с косточкой внутри. Восьми таких ягод достаточно, чтобы убить человека. Но то, что в больших дозах — яд, в малых может идти на пользу. Раньше волчье лыко широко применяли в народной медицине. Гадючьи ягоды — народное название паслёна сладко-горького (Solanum dulmacara). Это вьющееся растение, встречающееся по берегам рек, в сырых зарослях и болотах. Цветки у него фиолетовые, реже белые, на­поминают цветки картофеля. Это не случайно: они относятся к одному се­мейству. И плоды у них похожи — гроздочка округлых ягод. Только у пас­лёна сладко-горького они очень ядовитые.