Кровавая битва Богов (СИ)

— Господин Симура, — Ферзь встал и учтиво поклонился. Симура кратко поклонился в ответ, хотя аристократам было не положено выражать уважение к простолюдинам. — Я нашел вашего внука. Но….
— Мой мальчик! — обрадовался Симура, и подошел, заключив меня в крепкие объятия. — Как же я рад тебя видеть!
У меня на спине проступил холодный пот. В последний раз я чувствовал человеческую любовь сотни лет назад, правда до того, как Рэви поговорила с отцом Акихико и помрачнела. Она относилась ко мне так же, пока не озверела, и вдруг на душе сделалось пусто, сделалось злобно. Но я решил, что не буду отвергать старика. Он мог мне пригодиться.
— Спасибо, что сразу не отправил его на деактивацию. А…. — Симура увидел ссадину на моей скуле. — Кто его избил?
— Это ещё кто кого, — усмехнулся Ферзь. — Ваш мальчишка, походу, прервал родословную одного из моих шалопаев. Не волнуйтесь. Их я накажу. Но пацану повезло. Если бы у меня не появилось настроение поехать с ними на тревогу, они бы расстреляли его на месте.
— Знаю, — кивнул Симура. — И благодарен тебе за это.
— Да бросьте вы, господин Симура. У меня у самого такой же пацан был, и его наряд досинов не пожалел, — ответил Ферзь. — Но выкупить его вам всё равно придется, увы. Таков закон.
— Хорошо, что ты их соблюдаешь, — сказал Симура. — Сколько?
— Ну, за такого тысяч триста, — ответил Ферзь. — И договор надо будет у дежурного взять, на подпись.
— Понял. А с этим что хочешь сделать? — Симура указал на Кайоши.
— Продержать здесь до отправки на крышку, — пожал плечами Ферзь. — Он и так в списке ЧИП. Банкрот.
— Замять можно? — поинтересовался Симура, и сразу же добавил: — Плачу вдвойне. Еще триста. Тебе на счет.
— Замнём, — вздохнул Ферзь. — Я обычно так не делаю, но вы человек хороший. И должен вам сказать, что это Хэчиро сунул мальчика в капсулу.
— Что? — нахмурился Симура. — Доказательства есть?
— Нет никакого компромата. Только слова пацана, но обстоятельств он не помнит.
— Это мы самостоятельно выясним. Пока громких обвинений не надо. Рано, — произнес Симура. — Ладно. Протокол будешь дописывать?
— Смысла нет, раз всё замяли, — Ферзь разорвал бланки и бросил их в урну, крышка захлопнулась и бумагу испепелило жаром. — Вы мне и так премию выписали. Переживу.
— Тогда мы пойдем.
— Только не забудьте договор подписать.
Вот так меня и купили, как какую-нибудь собачку или котёнка. Мне не нравилось чувствовать себя товаром, но ёкай его знает, что со мной случилось бы, не появись Симура. Дежурный выдал ему бланк, тот оставил подпись и сделал перевод на счет Ферзя, воспользовавшись платёжными часами, светившими интерфейсом на его запястье.
Сначала мы спустились на досинском лифте, а затем перешли в частный, с позолоченными дверьми из армированного металла. Кайоши будто бы засиял; сенсоры в лифте были новыми, не обожженными, стенки приятно пахли фруктовым мылом и чуть ли не блестели от ежедневной чистки.
Симура мазнул пальцем по сенсору с цифрой «2» и лифт бесшумно тронулся. Настолько неощутимо, что мне показалось, будто мы стоим на месте. Лишь когда лифт покинул тоннель, я увидел пейзаж второго уровня: огни в окнах жилых тросов, светлячки лифтов, курсировавших между ними на магнитных рельсах.
— Вот это понимаю, лифт. Не то что общественные, — восхитился Кайоши.
— Знаешь, общественные и частные лифты появляются на линиях в одинаково хорошем состоянии, — сказал Симура нравоучительно. — И ухаживают за ними одни и те же люди. Если бы не тяга жителей второго уровня к разрушению, уровень был бы чище. И не пытайся сменить тему. Ты хоть и вернул мне внука, но, всё же, ограбил склад. Причем ничего не сказав о том, что стал банкротом и попал в список ЧИП. Обсудим всё дома, после еды. Думаю, вы проголодались. Сейчас давайте помолчим.
И мы молчали. Я понял, что Симура сделал меня своей собственностью, однако жить я смогу несравнимо лучше, чем другие Боги. Иногда в памяти всплывали фрагменты прошлой жизни, и так я понимал, как именно жители этой Японии относились к божествам. В этом мире Богом быть действительно трудно. Бог не знает, зачем его купили. Может он будет создавать фигурки милых зверушек для жителей второго уровня, а может владелец отправит его на крышку, чтобы заработать гонорар и деньги с со ставок.
 
Что бы Бог не сделал для человека, человек всегда будет им не доволен, а Бог всегда будет гнобим. Даже если Бог ни в чем не виноват, то человек может запросто сорваться на нем из-за своей беды и избить, будто раба.
Если Симура осмелится поднять на меня руку, я его прикончу — это решено твёрдо. Ещё этот Кайоши…. Куда от них деться? Как отсюда выбраться? Я не понимал. Мне нужен был доступ к своим силам, доступ к местной магии или межпространственным технологиям, чтобы вернуться домой и достать Рэви.
Симура вдруг стал массировать висок пальцем, и сморщил лицо. Я почувствовал, что он делал это от боли.
— Господин Симура, у вас приступ? — забеспокоился Кайоши.
— Пока нет, но скоро будет, — выдохнул Симура.
— Так давайте я….
— Нет, — строго запретил Симура. — Дотерплю до дома. Счёт проверь.
— Господин Симура, — вздохнул Кайоши после короткого сеанса задумчивости. — Зачем? Я же просил вас.
— Не спорь со мной. Если тебя заберут на крышку, не факт, что мне ещё раз попадется такой одаренный парень, вытаскивающий меня с того света. А я не хочу, чтобы жадные родственнички превратили мою корпорацию в бандитский притон и развалили её. Я тебе давно предлагал жить и работать у меня. Зачем тебе считать копейки на втором уровне?
— Вы знаете мой ответ, — равнодушно сказал Кайоши.
— Вот упрямец, — фыркнул Симура.
Мы ехали не очень долго. Иногда наша линия шла параллельно другим, на которых шли общественные лифты, и я удивился, насколько сильно были забиты их кабины. Люди стояли так плотно друг к другу, что, казалось, вот-вот выдавят стёкла. Но больше всего меня впечатлили их взгляды: жестокие, затравленные, и завистливые. Они глядели на меня со злобой, и если бы нас ничто не разделяло, они бы наверняка попытались убить нас всех. Я отчетливо это почувствовал.
— За что они нас ненавидят? — поинтересовался я, чтобы окончательно разобраться в логике местного населения.
— А это не кажется тебе логичным? — спросил Кайоши. — Они маринуются там в собственных выделениях, а мы едем втроем, в прохладной и просторной кабине. Потому и ненавидят. Им не хватает денег, и не хватает места.
Я замолчал. Уклад общества стал понятен. Самый обычный капитализм с самым обычным классовым неравенством.
Мы оказались в лифтовой шахте, и она вывела нас на третий уровень. Я глазам своим не поверил, когда увидел, что на фоне звёздного неба плыли серые перья облаков. Под облаками раскинулся настоящий мегаполис, упиравшийся в небосвод пиками позолоченных высотных зданий. Яркий, красивый, мерцавший теплыми городскими огнями и подкупавший простором. Мне показалось, будто я пересек границу между разваленным индустриальным районом и аристократическим оазисом.
Все города в моем мире выглядели именно так, ведь благодаря магии не требовалось выбирать между дешевым и дорогим строительным материалом. Хочешь дворец? Да пожалуйста. Самая невзрачная хибара на моей родине внутри могла быть роскошным восточным дворцом, расположенным среди пустыни. При том дворец был не иллюзией, а вполне самобытным и реальным миром с характеристиками, угодными создателю. И ничего, кроме усилий для изучения нужных заклятий, вкладывать не приходилось
Наша магнитная рельса огибала мегаполис по периметру, и впадала в частный район на городском отшибе. Именно туда лифт и направился. Мы ехали мимо роскошных особняков, чуть подсвеченных дворовыми фонарями, и Кайоши глядел на них неотрывно. Не трудно было догадаться, о чем он мечтал.
 
Лифт остановился на платформе рядом с трехэтажным поместьем, и створки открылись. На выходе нас встретил мальчик примерно моего возраста, может чуть постарше. В красивом пиджаке, с ошейником и синяком под глазом. Я не нашел в нем ничего интересного. Невзрачный, забитый, и источавший совсем мало силы. По местным критериям я бы присвоил ему первый грейд — слабее некуда.