Тридцать монет на сундук Мертвеца и тринадцать зомби в придачу (СИ)
Шторм Милана
Тридцать монет на сундук Мертвеца и тринадцать зомби в придачу
— Где аметист на двадцать карат, который ты мне подарил?
— Насколько я знаю, ты одолжила его целителю, который хотел войти в контакт с бактериями.
Энн Маккефри, Элизабет Скарборо «Народ Акорны»
ПРОЛОГ
Обожаю начало осени! Комары уже не такие злые, мухи тоже жужжат как-то вяло, вспоминая, что скоро пора ложиться спать… ночью еще тепло, а днем иногда даже жарко.
— Каждому из вас в сопроводительном письме было указано приобрести серебряную лопату с черенком из осины… Хельга, что за рухлядь ты держишь в руках?
Ладно, беру свои слова назад. Я обожала начало осени. Пока не поступила в Магическую Академию на факультет некромантов. Потому что к такому меня жизнь не готовила! Кто же знал, что первым делом нас будут учить… копать? И даже не могилы, а картошку! В рамках оттачивания практических навыков.
Теперь-то я знаю, почему этот корнеплод такой дешевый: местные фермеры просто-напросто предоставляют свои картофельные поля для практикумов первого курса, и все довольны! Кроме меня. То, что я стала носителем дара поднимать мертвецов из могил, не сделало меня менее маркизой Хельгой Хоранской. Вот еще… буду я им… копать.
Картошку…
И не рухлядь это вовсе, а фамильная лопата… то есть, лопата, которой мой дед, благородный маркиз Нирой Хоранский… копал картошку.
Оказывается.
— Хельга! — голос профессора Жинно звучал гнусаво и противно.
— Это не рухлядь, профессор! — я приосанилась, одновременно пытаясь непринужденно опереться об инструмент, воткнутый в землю. — Это мое наследие!
Профессор строго посмотрел на меня снизу вверх, заставив почувствовать себя дылдой. Кто же знал, что среди гномов тоже некроманты встречаются?
— Ты будущий маг смерти, Хельга, — ответил он. — И первое, что тебе нужно запомнить: никакого наследия не существует. Все мы однажды окажемся внутри могилы. И нас обязательно кто-нибудь откопает. А потом — заставит служить.
— А я завещаю сжечь мой прах ко всем демонам, вместе взятым, — огрызнулась я.
А чего все остальные молчат? Я повертела головой, ища поддержки. К сожалению, группа из семи существ, из которых только двое — я и коренастый прыщавый парень — были людьми, могильно молчала.
Репетируют, что ли?
Я снова зло посмотрела на профессора.
— И почему вы ко мне прицепились? У Дага лопата вообще грязная, между прочим!
Даг, второй представитель человеческой расы в нашей группе, бросил на меня укоризненный взгляд и попытался спрятать свою лопату за спину.
К сожалению, он не был молодой красивой девицей семнадцати лет, и поэтому профессор Жинно даже не глянул в его сторону, продолжая буравить взглядом меня.
— Ты поняла меня, Хельга? — грозно спросил он.
А я на лопату его загляделась… сверкающая такая… а черенок — темный, словно из орешника сделан, а не из осины. И отполированный. Как-то не верится мне, что профессор Жинно будет копать вместе с нами!
Что я понимать должна? Что однажды умру? Так это давно уже понятно. Что мое тело может использовать такой же, как я? Определенно завещаю потомкам сжечь мой прах… А про наследие профессор вообще зря начал вещать.
Кто же мы без наследия? Я вот с пеленок знала, что стану одной из самых завидных невест Города. Так оно и было.
А потом во мне проснулся дар некроманта, и все женихи исчезли, как утренний туман.
За последнего из парней даже обидно было. Он мне немного нравился. Не сильно, конечно, но…
С другой стороны, я даже рада, что оказалась носителем этого дара.
Не люблю людей.
И гномов.
И эльфов.
И кобольдов…
Вообще, живых не люблю. Они такие скучные…
Я подняла голову к небу. Луна сегодня поразительно яркая, а ведь полнолуние уже минуло. Окрашенные в зеленый цвет ночного светила профессор и мои однокурсники казались какими-то экзотическими демонами, вышедшими из Геенны погулять.
О том, что мой облик сейчас не намного приятней, я старалась не думать.
— Хельга! — кажется, профессору Гному совсем не понравилось, что я его игнорирую, предпочтя любоваться небесными красотами. — Ты меня слышишь?
Я вздохнула и сердито уставилась на профессора.
Чего прицепился-то?
— Слышу, — буркнула я.
— Ты меня поняла? — не отставал Жинно.
— Угу, — только я не поняла, что должна была понять, но это мелочи.
Главное, профессор доволен и, наконец, от меня отстал. И от моей лопаты тоже.
Удовлетворенный своей условной победой, гномик махнул рукой, показывая на противоположный край картофельного поля.
— Начнем оттуда, — объявил он.
— А почему мы не можем начать отсюда? — не выдержала я.
— Хельга… — строгий взгляд меня ничуть не смутил.
— И почему копать картошку надо именно ночью? Что, так лучше видно? Между прочим, я не вампир и не дроу, чтобы видеть в темноте! — не унималась я.
Кстати, а вампиры-некроманты бывают? Что-то я раньше об этом не задумывалась…
— Хельга! Или ты сейчас же замолкаешь, или я буду вынужден отстранить тебя от практикума! — взревел Жинно. — Придешь в следующем году к другому куратору!
Ха! Интересно, как он себе это представляет? Я, вообще-то, доченька богатеньких родителей, пусть только попробует меня выгнать!
— М-м-мне т-т-тоже инт-т-ересн-но, — проблеял Даг. Парень, мало того что был покрыт прыщами, как улей пчелами, так ко всему прочему еще и заикался.
Вот его и надо выгнать! Прыщавый и заикающийся некромант — что может быть нелепей?
Гном вздохнул и обвел всю группу тяжелым взглядом. В свете зеленой Луны смотрелось впечатляюще. Две темные эльфийки, настолько одинаковые, что я при первой встрече приняла их за близнецов, впечатлились больше всех. Они так вытаращили глаза, что я чуть не покатилась со смеху.
— Да потому что, идиоты, вы будущие маги смерти! Думаете, кто-то позволит вам раскапывать могилы посреди дня? — сердито гаркнул профессор. — Все, хватит вопросов! В шеренгу построились и за мной! А то мы так никогда не начнем.
Пожав плечами, я устроилась в самый конец шеренги из семи существ. Так было можно нести лопату, перекинув через плечо и не боясь кого-нибудь зашибить.
Все-таки хорошо быть богатенькой! Жинно может сколько угодно грозить мне исключением, а терпеть все равно придется. Иначе мой папочка легко сделает из куратора отбивную. Такую, знаете ли… аппетитную и никому не нужную.
Если гном меня обидит, приличной работы ему не светит. Уж я об этом позабочусь!
Дошли мы до нужного места на удивление быстро. И я даже ни разу не споткнулась, что удивительно! Картофельная ботва к осени перестала быть пушистой, но все еще была в состоянии скрыть многочисленные рытвины в рыхлой земле. Дав нам по длинному рядку, профессор Жинно на примере одно кустика показал, что надо делать, и устроился на старом сухом бревне. Широком, обтесанном… я так поняла, что оно для сидения профессоров и было сюда принесено, ибо ближайшая рощица была не так уж и близко.
Кто же знал, что копать так трудно? Я взмокла уже на втором кусте! Мое легкое синее платьице испачкалось, пот заливал глаза, а волосы, которые я сдуру оставила распущенными, растрепались и превратились в кудель уже на четвертом!
А ведь впереди еще сорок!
— Что, Хельга, тяжеловато? — ехидно спросил профессор.
Вот не мог предупредить, что, кроме лопаты, еще удобную одежду захватить надо! Это хорошо еще, что я в ботинках… а ведь была у меня мысль туфли надеть!
Я сделала вид, что не услышала замечания паскудного гнома, и продолжила «отработку основного навыка». К двенадцатому кусту я даже вошла во вкус. Да так сильно, что, выкопав тринадцатый, немного увлеклась, и ямка получилась довольно-таки глубокой. Демон меня дернул тогда продолжить копать внутрь. Почему я не перешла к четырнадцатому, ведь и так отставала от всех?